1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Константин Эггерт

Комментарий: Прощание с Обамой с позиции силы

Владимир Путин будет готов пойти на уступки по Сирии, но уже при следующем президенте США, пишет Константин Эггерт. Комментарий российского журналиста специально для DW.

Они опять не договорились. И теперь уже вряд ли договорятся. Ни встреча Джона Керри с Сергеем Лавровым, ни беседа Владимира Путина с Бараком Обамой (скорее всего, последняя) во время саммита G20 в Китае ничего не изменили: Москва и Вашингтон так и не смогли прийти к общей позиции по поводу военного сотрудничества в Сирии в борьбе против запрещенного в России ИГИЛ, хотя американцы вроде бы и сделали российскому лидеру какое-то "последнее предложение".

До свидания, Барак!

Мне странно, что Джон Керри все еще рассчитывает найти общий язык с российским коллегой. В Кремле и на Смоленской площади уже мысленно попрощались с администрацией Обамы. Ей осталось пробыть у власти несколько месяцев. Идти сейчас навстречу Белому дому российский президент не видит никакого смысла. Наоборот, пока можно под разговоры о возможном сотрудничестве беспрепятственно помогать Башару Асаду, который все еще стремится расширить контролируемую им территорию.

Константин Эггерт

Константин Эггерт

В Кремле нынешнего американского президента презирают за слабость во внешней политике и не любят за профессорскую снисходительность в личном общении. Однако, с другой стороны, именно при Обаме Кремлю удалось почти все задуманное - взять Крым, сделать конфликт на востоке Украины постоянным фактором влияния на Киев и превратить войну в Сирии в главную тему дискуссий с Вашингтоном. Совершенно неважно, как новый президент США и его (или ее) команда будут относиться к российскому руководству. Говорить с Путиным о сирийском кризисе им все равно придется. Причем, как и сегодня, далеко не с позиции силы.

Кого уважают на Ближнем Востоке?

Обама оставляет Хиллари Клинтон или Дональду Трампу тяжелое наследство на Ближнем Востоке. Ирак превратился в вассальное государство Ирана, сам Иран - в серьезного регионального игрока, потенциальную ядерную державу, чьи амбиции растут день ото дня. Эрдогановская Турция стала за последние несколько лет настолько ненадежным союзником, что вопрос о ее выходе из Североатлантического альянса перестал восприниматься как ненаучная фантастика (хотя это, конечно, едва ли произойдет). Отношения с главными союзниками - Саудовской Аравией и Израилем - испорчены настолько сильно, что это невольно способствовало сближению саудовцев с израильтянами. Обе страны в ужасе от роста иранской мощи и безразличного отношения к этому Вашингтона.

Наконец, что самое главное, в той части света, где силу, в том числе военную, боготворят, США воспринимают как страну, неспособную решить ни одну проблему и добровольно отказавшуюся от участия в делах стратегически важного - и опасного - региона.

Контекст

У Путина же, напротив, в этом плане дела обстоят очень неплохо. В Сирии есть реальное военное присутствие - но, одновременно, не такое масштабное, чтобы гибель военнослужащих начала влиять на общественное мнение дома. Отношения с Тегераном - не без проблем, но рабочие, даже близкие, несмотря на то, что иранцы Россию традиционно не любят. Сказывается память о колониальной политике Российской империи и советской оккупации 1941-1946 годов. Однако они пока готовы использовать тесные связи с Москвой как противовес в непростых отношениях с Америкой.

С правительством Нетаньяху в Израиле Москва тоже ведет диалог, несмотря на разногласия по Ирану. Кризис в отношениях с Турцией разрешен, Реджеп Тайип Эрдоган снова клянется в дружбе с Россией. Разумеется, он это делает неискренне, но общие с Кремлем интересы заставляют на время забыть прошлые обиды. Правда, с Эр-Риядом отношения у Москвы хуже некуда, но они никогда не были особенно хорошими. Зато Египет, традиционный американский клиент, при президенте-фельдмаршале Абдель Фаттахе ас-Сиси все больше тяготеет к России.

В ожидании Клинтон - или Трампа

В этих условиях Кремль готовится предложить новому обитателю Белого дома сделку. Скорее всего, Россия будет вновь пытаться увязать сотрудничество в борьбе с исламистами в Сирии с судьбой Башара Асада. В случае с Хиллари Клинтон Путин знает, что разменять Сирию на Украину не получится. Идея так называемого decoupling - отказа от увязывания одной проблемы двусторонних отношений с другой - принадлежит именно Клинтон в ее бытность госсекретарем. В случае избрания Трампа такую попытку Москва, скорее всего, предпримет, хотя я не уверен, что она увенчается успехом. Все-таки каким бы готовым к сближению ни был кандидат республиканцев, его будут сдерживать Конгресс, военные, Государственный департамент и разведывательное сообщество.

В Москве не верят, что до конца своего срока Барак Обама предпримет какие-то жесткие действия, способные ударить по российским позициям на Ближнем Востоке, или внезапно согласится на поставки вооружений Украине. Думаю, российское руководство готово будет сделать все те уступки, которых, если верить The Washington Post, Обама потребовал от Путина в Китае (прекращение обстрелов и бомбардировок Алеппо, открытие гуманитарных коридоров, совместная воздушная кампания против запрещенного ИГИЛ) - но только не нынешнему президенту Соединенных Штатов, а следующему.

Автор: Константин Эггерт - российский журналист, ведущий программ телеканала "Дождь". Автор еженедельной колонки на DW. Константин Эггерт в Facebook: Konstantin von Eggert

Смотрите также:

Смотреть видео 02:26

Саммит G20 - больше разговоров, чем реальных дел? (05.09.2016)

Контекст

Аудио- и видеофайлы по теме