1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Константин Эггерт

Комментарий: Кризис мирового православия

Отказ четырех церквей, включая Русскую, участвовать в Соборе на Крите привел к образованию двух противостоящих друг другу православных "блоков", пишет Константин Эггерт в комментарии для DW.

"Готовили более полувека, провалили за три недели". Разочарованных комментариев такого рода, в основном от так называемых церковных "либералов", намного меньше, чем ликования фундаменталистов - "Слава Богу, наши иерархи не поедут на это сборище нечестивых!" Святой и Великий Всеправославный собор, который созывается впервые за тысячу лет, состоится без участия четырех автокефальных (независимых, самоуправляющихся) церквей - Русской, Болгарской, Грузинской и Антиохийской. И, с точки зрения Москвы, Собором считаться не будет, а все решения, которые примут на нем, не станут обязательными.

"Не так сели!" и другие разногласия

Церковная дипломатия очень непрозрачна. Теорий заговора, например, по поводу причин отказа болгарских иерархов ехать на Крит, более чем достаточно. Одни говорят, что их действительно обидела схема рассадки в зале, где должен проходить Собор. Другие полагают, что имеющая тесные связи с Москвой Болгарская церковь сделала то, о чем ее попросили неофициально. Антиохийский патриархат, находящийся в Дамаске, внезапно "вспомнил" о том, что не поделил с Иерусалимским патриархатом юрисдикцию над Катаром, где живет всего несколько десятков православных. Грузинская церковь нашла какие-то изъяны в проектах документов Собора.

Что случилось на самом деле, понять трудно. Но лично мне в объяснения типа "проекты итоговых документов стали для нас сюрпризом, и поэтому мы не едем" верится с трудом. Встреча готовилась давно, и часто несхожие позиции церквей по различным актуальным вопросам были известны заранее. Казалось бы, для того и Собор, чтобы договариваться. Но, как утверждают в Москве, Константинопольский патриархат, в чьей юрисдикции находится Крит, заявил, что никаких изменений на самом форуме вносить нельзя.

Как считает публицист, бывший главный редактор "Журнала Московской Патриархии" Сергей Чапнин, на собор нужно было ехать в любом случае и открыть на нем практическую дискуссию по насущным для мирового православия вопросам. Она, как в истории со Вторым Ватиканским собором 1962-1965 годов, могла бы продолжаться несколько лет, но зато привела бы к выработке совместных позиций по теологическим и практическим вопросам.

Москва и Фанар в борьбе за влияние

Позиция Русской православной церкви в конфликте вокруг Собора была решающей. Противоречия, существующие между Московским и Константинопольским патриархатами, были известны и ранее. Московская патриархия стоит во главе крупнейшей по численности православной церкви. Патриарх Кирилл хочет, чтобы это неформальное первенство имело какое-то практическое выражение.

Константин Эггерт

Константин Эггерт

Между тем, Константинопольский патриарх исторически считается "первым по чести" среди глав православных церквей. Этот статус не дает никаких полномочий. Однако нынешний Константинопольский патриарх Варфоломей часто пытается вести себя так, как будто он своего рода "православный папа". В Москве к нему относятся с большим подозрением: учился в Риме, имеет прекрасные отношения со Святым престолом и обширные международные связи. Историческая встреча патриарха Кирилла и папы римского Франциска в феврале этого года имела целью, среди прочего, наладить прямой контакт главы Русской церкви с понтификом, чтобы сделать позицию Москвы в мировом православии более весомой.

Кроме того, в юрисдикции Константинополя находится часть упорно отказывающихся присоединиться к Москве русских приходов, в основном, в Европе. Это общины, созданные еще эмигрантами первой волны. Они составляют так называемую Архиепископию (епархию) православных русских церквей в Западной Европе. Русская православная церковь давно ведет пока не очень успешную борьбу за переход этих приходов под свой контроль.

Помимо этого, в Москве уверены, что патриарх Варфоломей подталкивает Украинскую православную церковь к отколу от РПЦ и переходу под юрисдикцию Фанара (район в Стамбуле, где находится резиденция Вселенского патриарха). Представители Константинопольского патриархата это всегда отрицают.

Победа фундаменталистов

Все это было известно и до Собора, и его подготовке не особенно мешало. Что же случилось? Выскажу личное предположение: начиная с февральской встречи с папой римским в Гаване патриарх Кирилл испытывает нарастающее давление фундаменталистов. Это если не самая многочисленная, то точно самая активная часть клира и прихожан Русской православной церкви. Фундаменталистские блоги и издания полны рассказов о "секретном пакте с ватиканским еретиком", который якобы заключил патриарх, и о том, что со дня на день православные должны будут принести клятву верности Риму. Когда стало ясно, что на обсуждения критского собора вынесут документ, предполагающий в определенных случаях разрешить православным браки с инославными, и другой, поддерживающий продолжение диалога с другими христианскими церквями, радикалы перешли в мощную словесную атаку. Полагаю, что страх перед открытым расколом в церкви стал как минимум одной из причин, по которым патриарх Кирилл решил не ехать на Крит.

Контекст

В 2008 году аналогичная ситуация фундаменталистского бунта сложилась в церкви на исходе патриаршества Алексия Второго. Но тот круто пресек "мятеж", лишив неформального лидера радикалов епископа Анадырского и Чукотского Диомида сначала кафедры, а затем и священного сана. Казалось бы, почему бы так же не поступить и нынешнему патриарху? Например, патриарх Варфоломей просто проигнорировал письмо Кинота (органа, управляющего монашеской "республикой" на Афоне) с критикой диалога с другими христианами.

Думаю, вот почему: за эти восемь лет изменилась и Россия, и Русская православная церковь. Смесь агрессивного антизападничества, изоляционизма, конспирологии тогда была все же уделом маргиналов. Сегодня поток этих идей захлестнул общество. Они довольно быстро стали доминирующими. Патриарх Кирилл своими выступлениями немало этому способствовал. Его апология Советского Союза и так называемого "Русского мира" - это, в сущности, смягченный вариант того, что пишут авторы какой-нибудь "Русской линии". Фундаменталисты, не любящие патриарха за хорошее отношение к католицизму и склонность к публичности, сегодня считают, что заставили его следовать своей линии. Они стали самой влиятельной силой в Русской церкви.

То, что случилось - гигантский удар по вселенскому православию, которое теперь безнадежно и надолго расколото на "московский" (как бы фундаменталистский) и "константинопольский" (как бы реформаторский) блоки. "Как бы" - потому что в глазах всего мира православное сообщество предстает неспособным дать внятный общий ответ на вызовы современности. Ответ, который, с одной стороны, не вел бы к отказу от церковного предания и традиции, а с другой, хоть как-то учел бы опыт человечества, накопленный за более чем тысячу лет, прошедшие с момента последнего Вселенского собора. И Константинопольский патриархат, с его желанием конвертировать символическое первенство в реальную власть, и Московский, оказавшийся в заложниках фундаменталистов, и внезапно "прозревшие" иерархи других церквей несут каждый свою долю ответственности за это.

Автор: Константин Эггерт - российский журналист, ведущий программ телеканала "Дождь". Автор еженедельной колонки на DW. Константин Эггерт в Facebook: Konstantin von Eggert

Смотрите также:

Смотреть видео 01:46

Встреча тысячелетия: папа римский и патриарх всея Руси на Кубе (13.02.2016)

Аудио- и видеофайлы по теме