1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Олег Кашин

Комментарий: История Ильдара Дадина - не эксцесс, а проявление системы

Жалобы осужденного активиста Ильдара Дадина на пытки в колонии привлекли внимание властей России. Но это не изменит систему, считает Олег Кашин в специальном комментарии для DW.

Участник пикета в поддержку Дадина в Москве 1 ноября 2016 года держит в руках плакат: Стоп пыткам. Свободу Дадину.

Участник пикета в поддержку Дадина в Москве 1 ноября 2016 года

Ильдар Дадин, кажется, спасен. Реакция властей на его тюремные жалобы по российским меркам кажется беспрецедентной: с Дадиным в колонии ИК-7 (Сегеж, Карелия) встречается уполномоченная по правам человека в РФ Татьяна Москалькова, замдиректора ФСИН Валерий Максименко ведет себя так, что претензий к нему нет даже у самых радикальных соратников Дадина, а официальные комментарии по поводу, якобы, отпуска начальника колонии Сергея Коссиева производят вполне положительное впечатление. Скорее всего, Коссиев действительно не вернется из отпуска, даже если власти и будут отрицать связь его карьерных неприятностей с делом Дадина.

Обижать политзаключенных опасно

Ильдар Дадин - заключенный того типа, которого можно назвать политическим, не опасаясь упреков в преувеличении. Он сидит по самой настоящей политической статье 212.1, суммирующей административные задержания на митингах в реальное уголовное дело с реальным сроком. Дадину не придумывали "Кировлеса", неуплаты налогов или драк с полицейскими. Он сидит именно за то, что выходил в Москве на политические пикеты. Он политический заключенный, а к политическим заключенным и общественное внимание всегда выше, и их медийные возможности несопоставимо более велики, чем у "обычных" осужденных.

Олег Кашин

Олег Кашин

Однако странно было бы, если бы тюремное начальство в провинциальной Карелии вникало в такие тонкости. Замкнутая и непрозрачная российская тюремная система живет по собственным законам, предусматривающим множество способов воздействия на человека, пишущего жалобы и объявляющего голодовки. Многих удивляет как раз беспечность администрации колонии. Если бы тюремщики оберегали Дадина, то никакого скандала бы не было, не было бы ни проверок, ни визитов омбудсмена, ни таинственных отпусков начальника колонии.

Коссиеву не повезло

Но, видимо, у всякого бесконтрольного силового ресурса, распоряжающегося человеческими жизнями, в какой-то момент всегда отказывает инстинкт самосохранения. Конечно, начальник колонии внутри ее периметра - царь и бог, и чем дольше он царствует, тем реже он задумывается о том, что его безграничная власть может быть чем-то ограничена. Смешно рассуждать о карьере начальника карельской колонии в политологических терминах, как если бы речь шла о министре или партийном лидере, но отставка Сергея Коссиева кажется делом решенным.

Ему не повезло с политической конъюнктурой. Новый омбудсмен нуждается в каком-нибудь подвиге, который помог бы завоевать доверие общества. К тому же только что были переформатированы Общественные наблюдательные комиссии (ОНК), следящие за соблюдением прав человека в тюрьмах, и ФСИНу выгодно продемонстрировать, что права заключенных защищаются и теперь, когда из ОНК изгнаны почти все правозащитники.

Можно даже вспомнить о политической пересменке в Кремле. Замена Вячеслава Володина на Сергея Кириенко и неопределенность с новыми правилами политической игры заставляет оптимистично настроенных наблюдателей ждать хотя бы символической либерализации. Все обстоятельства пересеклись в одной точке, в которой не повезло оказаться майору Коссиеву, и здесь против него играет вообще все: не только свидетельства Дадина, но даже самодовольные фотографии в соцсетях из отпуска на Пхукете. Человеку на такой должности стоит быть чуть скромнее и не выпячивать свое положение хозяина жизни.

Гулаговская родословная

Может быть, странное сравнение, но российская реальность не боится странностей. Борис Ельцин в своей "Исповеди на заданную тему" вспоминал, как на заседании политбюро Андрей Громыко мог неожиданно взять слово и сказать: "Товарищи, представляете, мне тут пишут, что в Омске в магазинах нет мяса". И хотя более молодые соратники прекрасно знали, что мяса уже который год нет в продаже не только в Омске, уважение к заслуженному кремлевскому ветерану заставляло их вежливо улыбаться и качать головами: "Что вы говорите, нет мяса, какой ужас!"

Случай Ильдара Дадина устроен примерно так же в том смысле, что рассказанная им история почему-то воспринимается как сенсационный кошмарный рассказ о чем-то нетипичном и свойственном только одной колонии ИК-7 и даже только ее одному обитателю - собственно, Дадину. При этом вряд ли у кого-то в действительности есть сомнения, что описанное Дадиным - именно рутина во всех фсиновских учреждениях от Калининграда до Владивостока. Один скандал, каким бы громким он ни был, не изменит в этой системе ничего, и даже майор Коссиев, когда его действительно отправят в отставку, легко найдет себя, может быть, даже в роли члена ОНК.

Фсиновские чиновники часто шокируют общество, открывая памятники и мемориальные доски в честь юбилеев учреждений ГУЛАГа. Российские официальные структуры любят искать свои корни в историческом прошлом, часто используя для этого всякие преувеличения и натяжки. Исторические корни ФСИН - один из немногих случаев, когда родословная не вызывает сомнений. Да, конечно, перед нами именно модернизированный ГУЛАГ, переживший и хрущевскую десталинизацию, и саму советскую власть. Эта система не уничтожена, более того, она прекрасно себя чувствует, и никакой Ильдар Дадин не сможет сделать так, чтобы она наконец-то умерла.

Автор: Олег Кашин - независимый журналист и писатель, основатель и главный редактор информационного ресурса kashin.guru. Автор еженедельной колонки на DW. Олег Кашин в Facebook: Oleg Kashin
Смотрите также:

Смотреть видео 00:59

В Москве прошел пикет в поддержку Дадина (01.11.2016)

Аудио- и видеофайлы по теме