1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Культура и стиль жизни

Книга недели: "Осмотр места происшествия"

Один из самых известных венгерских писателей Петер Надаш пытается найти объяснение случайностям, которые определяют жизнь людей. В своей новой книге он рассматривает и феномен "гомо советикуса" из Восточной Европы.

default

Название новому для немецких читателей сборнику одного из самых известных современных венгерских писателей Петера Надаша (Péter Nádas) дало его эссе, впервые опубликованное… три десятилетия назад. Правда, появилось оно тогда в подпольном, самиздатовском журнале.

Причудливые переплетения линий судьбы

Надаш в течение многих лет писал "в стол", зарабатывая на жизнь фотожурналистикой. Известность за пределами Венгрии пришла к нему в середине восьмидесятых годов, когда вышел эпический роман "Книга воспоминаний", в сюжете которого мы видим множество параллелей с судьбой самого автора (его отец, крупный партийный чиновник, покончил с собой во время венгерского восстания 1956 года, когда Петеру было всего четырнадцать лет).

В России больше известна его книга "Конец семейного романа", переведенная на множество языков (в том числе, не так давно, и на русский). Поиски собственного "я" в мире двоемыслия, утрата и обретение памяти - эти темы стали главными и для публицистической прозы Петера Надаша.

В эссе "Осмотр места происшествия", название которого можно перевести и как "Поиск улик", идет речь вовсе не о детективной истории, а о детских воспоминаниях автора, которые, однако, и в самом деле связаны с преступлением. Он рассказывает о старинном особняке на холмах Буды, о том, как мальчишкой вставал здесь на лыжи зимой, чтобы лихо скатиться вниз по белому откосу… И не знал, что в особняке в то же самое время допрашивали, пытали и готовили к показательным процессам Ласло Райка и других ветеранов венгерской компартии, арестованных по приказу Сталина.

Причудливые переплетения линий судьбы заставляют Надаша снова и снова говорить об "отвратительном фатализме истории", о случайностях, которые определяют жизнь людей. Почему жертвой чисток пали именно эти люди, а не другие? Логику тут искать бессмысленно. Чем объяснить превращение добродушного эпикурейца Габора Петера в жестокого садиста после его назначения на пост министерства госбезопасности? И обратную трансформацию после того, как его сняли с этого поста?

Нерешенная нравственная дилемма

Вопросы, на которые писатель продолжает искать ответ и сегодня, представляются ему столь актуальными, потому что они имеют самое непосредственное отношение к процессу преодоления тоталитарного прошлого - очень противоречивому и в относительно либеральной после 1956 года Венгрии (не случайно ее называли "самым веселым бараком соцлагеря"). По мнению Надаша, после краха социалистической системы осталась нерешенной серьезная нравственная дилемма, которая стоит как перед Востоком, так и перед Западом. Речь идет о самоидентификации новой, объединенной Европы. В эссе "Паразитирующие системы" говорится о "полной амнезии" и "параноидном приспособленчестве" восточноевропейского "гомо советикуса", о его неспособности жертвовать чем-либо из того, что он считает необходимым для выживания. Но уроки выживания (в том числе и нравственного) в прежних условиях мало подходят к новой жизни.

С другой стороны, писатель обвиняет жителей стран Западной Европы, "старых" либеральных демократий в чрезмерном "эгоистическом гедонизме", в том, что они стремятся уйти от любых серьезных проблем. И это, как считает Надаш, делает и их неспособными к взаимной интеграции.

Где же выход? На этот вопрос, как и на многие другие, поставленные им, писатель тоже не дает ответа.

Ефим Шуман

досье

архив

Контекст