1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Культура и стиль жизни

Кирилл Головченко: ночная жизнь на украинских обочинах

Эта жизнь скрыта от посторонних глаз. Тем, кто ее ведет, не позавидуешь. Романтики тут никакой. Но фотографа Кирилла Головченко она поразила.

Несколько лет назад немецкая публика была совершенно очарована альбомом фотохудожника Кирилла Головченко "Kachalka" о "народном" фитнес-центре под открытым небом на берегу Днепра, где киевские чудаки качали мышцы на самодельных тренажерах из металлолома, досок и разного хлама. Сразу несколько крупных изданий Германии опубликовали восторженные рецензии, авторы которых писали не только о впечатляющей эстетике работ Головченко, но и о метафоре украинской жизни. Spiegel Online, например, говорил об "амбициозном" и "почти устрашающем" образе Украины, "балансирующей между демократией и олигархией".

Сейчас гейдельберское издательство Kehrer, выпустившее серию фотографий о качках из киевского Гидропарка, опубликовало еще одну книгу Кирилла Головченко. Она называется "Bitter Honeydew" - "Горькая медовая дыня". Вошедшая в этот альбом серия фотографий была признана лучшей на прошлогоднем всеевропейском конкурсе European Publishers Award for Photography.

Родившегося в Одессе фотографа, живущего и работающего сейчас попеременно в своем родном городе и в немецком Майнце, привлекли люди, которые в течение нескольких месяцев в году торгуют арбузами и дынями рядом с украинскими трассами. Его заинтересовала ночная жизнь этих людей (не только, кстати, украинцев, но и тех, кто приезжает сюда торговать бахчевыми из Азербайджана, Центральной Азии, Молдавии), импонировал их "прямой взгляд", как сказал Головченко в одном из интервью, их жесткость и мягкость.

Контекст

Получилась почти фантасмагорическая серия: люди, арбузы, дыни, машины, чугунок с борщом, закопченный чайник на костре, самодельные палатки, грубо сколоченные из досок и фанеры времянки... И все это - на фоне глубокого черного неба, такого черного, какое бывает только на юге, на обочинах неосвещенных ночных трас. Силуэты на этом фоне словно вырезаны скальпелем и наклеены на небо, затоптанную траву, солому под ногами.

Бизнес во времянках

Люди с обочин ночами не спят; во всяком случае, не все. Ну, во-первых, приходится охранять свой товар - как вот этому молодому парню, совершенно не страшному, несмотря на бейсбольную биту в руке и пистолет за поясом (газовый? игрушечный? или все же боевой?). Он явно позирует в своей новенькой куртке из дешевого кожзаменителя, надетой прямо на голое мальчишеское тело, и в старых джинсах, которые забыл застегнуть.

Разбогатеть на этом бизнесе невозможно, но и без этого охотников месяцами жить рядом с трассами без элементарных удобств, в палатках, сарайчиках, а то и просто в машине, немного. Удивительно, что и в этих условиях люди создают какое-то подобие домашнего уюта. Автор обращает на эти подобия особое внимание.

Автомобильная фара, подвешенная на веревке, становится ночным фонарем, тепло рассекающим тьму, в "нигде" стоят на импровизированном столике, покрытом чистой и выглаженной скатертью, телевизор с видеоплеером, на дереве висит самодельный умывальник с зеркалом, сделанный из перевернутой бутылки кока-колы с обрезанным днищем... Даже ночная водка пьется аккуратно и непременно закусывается - овощным рагу, шашлыками, виноградом.

Те, кому знакома летняя украинская ночь, не только увидят, но и услышат ее: громкое пение цикад, треск поленьев в огне, уютное бульканье кипящей воды, далекий лай собак... Но все это стихает, взрослые расходятся по своим времянкам, и у погасшего костра останется только мальчишка, лежащий навзничь, с открытыми глазами, на одеяле, раскрашенном под звездное небо. Он смотрит вверх, на черный южный небосвод, усыпанный настоящими звездами...

Смотрите также:

Контекст