1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Германия

Канцлер Коль и архивы "штази"

"Канцлер воссоединения" против подлинного объединения страны? Политический контекст спора гораздо серьёзнее, чем частная судьба пусть и выдающегося политика.

default

Суд решил. Впереди - другие процессы.

В июле 2001 года Административный суд в Берлине (Verwaltungsgericht) запретил Ведомству по работе с архивами бывшей службы государственной безопасности ГДР ("штази") обеспечивать доступ к досье, заведенному восточногерманскими спецслужбами на бывшего канцлера ФРГ Гельмута Коля (Helmut Kohl). Адвокат Коля Штефан Хольтхоф-Пфёртнер (Stephan Holthoff-Pförtner) аргументировал тогда требование своего клиента не допускать к этому досье историков и журналистов так: материалы на бывшего канцлера собирались антиконституционными методами – путем подслушивания телефонных переговоров, перлюстрации и т.д., а также и вовсе могли быть построены на фальсификации. Стало быть, вместо переосмысления исторического опыта, каковое является целью деятельности ведомства, могло бы иметь место лишь усугубление совершённых ранее противоправных действий. Поскольку Коль выступал в этих документах в роли "жертвы" или "третьего лица" в смысле действовавшего тогда Закона о документах "штази" (Stasi-Unterlagengesetz, VG 1 A 389.00), то публикация этих материалов означала бы недопустимое вмешательство в личную сферу, специально защищаемую Конституцией.

Marianne Birthler vor Stasi Akten

Marianne Birthler

В свою очередь, возглавляющая ведомство Марианна Биртлер (Marianne Birthler), опираясь на предшествовавший опыт работы, требовала единого подхода ко всем лицам, включая крупных политических деятелей. В 2002 году в закон были внесены изменения, снимающие препятствия, на которые ранее опирался адвокат Коля. 17 сентября 2003 года тот же берлинский Административный суд, ссылаясь на новую норму (VG 1 A 317.02), отменил прежнее решение.

Суд указал на то, что речь идет не о содержании досье, а о том, что новый закон допускает более широкую публикацию документов, касающихся исторических деятелей. Ведомство Биртлер указало на то, что материалы, избранные им для публикации в форме передачи историкам и журналистам, представляют собой не записи телефонных разговоров или протоколов подслушанных агентами "штази" бесед. По словам представителя ведомства, речь идет о материалах, собранных "штази" из открытых источников, телевизионных выступлений и публичных заявлений бывшего канцлера. Адвокат Коля заявил в ответ на решение суда, что будет добиваться пересмотра дела до тех пор, пока не исчерпает всех юридических возможностей защиты. Это означает, что, несмотря на решение берлинского суда в пользу ведомства Биртлер и против бывшего канцлера Коля, досье на этого политика пока не может быть предано огласке.

Политический контекст спора

В случае бывшего канцлера Коля спор идет о большей или меньшей степени защиты личной сферы политика, заведомо свободного от каких бы то ни было обвинений в сотрудничестве с восточногерманскими спецслужбами: речь идет лишь о том, что публикуемые документы могут содержать сведения о частных или внутриполитических обстоятельствах, которые Гельмут Коль не хотел бы делать достоянием гласности. Однако, политический контекст спора гораздо серьезнее, чем частная судьба пусть и выдающегося политика.
Наследие "штази" в сознании большинства граждан западных федеральных земель длительное время считалось принадлежностью исключительно самой бывшей ГДР. Если на востоке ФРГ каждый гражданин, не только выдвигающийся на политической арене, но и желающий получить работу в государственном учреждении, должен быть готов к вопросам о возможных связях с бывшими гэдээровскими спецслужбами, то бывшие западные немцы от таких подозрений освобождались в силу рождения. После того, как в июле 2003 года в Германию вернулись из США копии документов "штази", содержащих сведения о тысячах агентов этой организации на Западе (так называемая "Картотека Розенхольц"), ситуация меняется. Всё больше политиков на западе считают себя вынужденными пройти добровольную проверку. Самым громким разоблачением последних дней стало установление того факта, что со "штази" сотрудничал известный западногерманский публицист Гюнтер Вальраф (Günter Wallraff). Министр юстиции федеральной земли Тюрингия Карл Хайнц Гассер (Karl Heinz Gasser) через газету "Файнэншл таймс дойчланд" за четверг 18 сентября призвал и представителей деловых кругов Германии "на добровольной основе" пройти проверку в ведомстве Биртлер.

За происходящим в этой связи в Германии пристально следят и в других европейских странах. Так, леволиберальная французская газета "Либерасьон" в обширной статье пишет 17 сентября о том, что за эту неделю уже несколько депутатов бундестага, Берлинского сената и парламента федеральной земли Бранденбург, три министра юстиции федеральных земель на востоке ФРГ и руководство общественно-правовой телерадиокомпании "Радио Берлин-Бранденбург", объединившее свои "восточную" и "западную" редакции, заявили, что намерены пройти самопроверку в архиве "Розенхольца". Некоторые из них, пишет газета, обеспокоены распространением в стране атмосферы подозрительности. "Либерасьон" цитирует Марианну Биртлер, уроженку ГДР, видящую в такой проверке, которой сама она была подвергнута четырежды, "дело чести". Не все восточные немцы были доносчиками, а некоторые даже проявили гражданское мужество, спасая архив от уничтожения. Теперь, считает Марианна Биртлер, свою часть этой работы предстоит сделать Западу.

Именно на этом фоне упорство, с которым от открытия своего досье уклоняется бывший канцлер Коль, воспринимается многими в Германии как парадоксальная попытка не допустить подлинного объединения страны, предпринимаемая тем самым политиком, которого в бытность его на посту главы правительства называли "канцлером воссоединения".

Контекст