1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Культура и стиль жизни

Как власти ГДР грабили коллекционеров

Проблема "трофейного искусства ГДР" не нова, но сейчас стала проявляться во всей остроте. Власти Восточной Германии попросту грабили частные коллекции, чтобы добыть валюту.

В один не очень прекрасный день 1982 года дрезденский коллекционер предметов искусства Хельмут Майснер (Helmut Meissner) получил письмо. От коллекционера требовали доплатить задолженность по налогам. Самым ошеломляющим было то, что сумма недоимки соответствовала оценочной стоимости всей коллекции предметов искусства, которой владел Майснер. Спустя некоторое время коллекционера посетили сотрудники Министерства госбезопасности ГДР – штази. Этот визит закончился конфискацией ценнейших картин голландских мастеров, антикварной мебели и фарфора.

З0 миллионов за продажу чужих картин

Коллекционер Майснер вскоре оказался в восточногерманской психиатрической лечебнице, а многочисленные экспонаты из его собрания - на аукционах и в галереях западных стран, прежде всего, Швейцарии и Голландии. Их продавала за валюту государственная фирма ГДР, специализировавшаяся на торговле антиквариатом и произведениями искусства.

Контекст

История Хельмута Майснера является далеко не единичной. "За сорок лет, которые существовала ГДР, нам известно о примерно 200 случаях экспроприаций частных художественных коллекций органами госбезопасности", - говорит юрист из Берлина Ульф Бишоф (Ulf Bischof). Изъятия происходили либо под каким-нибудь вымышленным предлогом (например, чтобы покрыть налоговую задолженность или якобы предотвратить попытку нелегально переправить эти произведения из ГДР за границу). По предварительным оценкам, в 1970-1980 годы экспроприации таких коллекций и их последующая продажа через сеть перекупщиков на Запад ежегодно приносила режиму Эриха Хонеккера (Erich Honecker) около 30 миллионов немецких марок.

Центром этой всей этой деятельности была упомянутая фирма из ГДР под названием Kunst- und Antiquitäten GmbH (сокращенно K&A). Она входила в сферу влияния Александра Шальк-Голодовского (Alexander Schalk-Golodowski), являвшегося основным "добытчиком" валюты для режима Восточной Германии. Списки проданных этой фирмой произведений искусства насчитывают десятки тысяч ценнейших артефактов.

Берлинский юрист Ульф Бишоф является единственным в Германии специалистом по так называемому "трофейному искусству ГДР". Так - по аналогии с трофейным искусством Второй мировой войны - теперь называют незаконно экспроприированные штази художественные собрания. Бишоф представляет юридические интересы потомков коллекционеров из ГДР. Процесс возврата достаточно сложен: все сроки давности прошли, следы большинства работ потеряны, и найти их удается, по большей части, лишь случайно. Да и в этом случае приходится надеяться только на добрую волю нового хозяина, который нередко и не знал о происхождении многих произведений искусства своей коллекции.

Но как быть с первыми покупателями и перекупщиками, которые не могли не догадываться об их происхождении? "Когда покупатели приезжали за приобретенными артефактами, их водили по огромным складам с сотнями картин. О том, откуда они, догадаться было несложно, но покупатели старались не поднимать этот вопрос", - рассказывает Ульф Бишоф.

Темное происхождение

При всей сложности попыток расследовать незаконные экспроприации, у "трофейного искусства ГДР" есть существенное отличие, скажем, от произведений искусства, награбленных нацистами. Многие свидетели беззаконий живы, сохранилась и большая часть архивов. Поэтому и случаи возврата незаконно конфискованных предметов уже есть. Сын дрезденского коллекционера Майснера, например, сумел добиться возвращения нескольких картин из собрания отца, которые находились в различных музеях Германии.

Адриан Коорт. Четыре каштана

Адриан Коорт. "Четыре каштана"

Есть, впрочем, и другой опыт. Сын сумел, например, выйти на след натюрморта голландского художника Адриана Коорта, который когда-то тоже был в дрезденской коллекции отца. В 1989 году ее вполне легально приобрела одна нью-йоркская семья, полностью уверенная в "чистом" происхождении картины. На запрос о ее возврате новые владельцы ответили отказом. Судебное разбирательство обещает быть длительным.