Итоги года для Европы | Тема | DW | 31.12.2002
  1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Тема

Итоги года для Европы

31.12.2002

Перед наступлением нового года принято подводить итоги года уходящего, и сегодня европейские журналисты неукоснительно придерживались этой традиции. За последние 12 месяцев произошло множество важных событий, как на мировой, так и на внутриевропейской арене. В ближайшие 10 минут мы, конечно, не сможем рассказать обо всех обсуждающихся темах, а потому предлагаю ограничиться итогами года для Европейского союза – тем более что год этот уже называют «историческим годом для ЕС».

Основанием для этого эпитета является саммит, состоявшийся в Копенгагене всего лишь около двух недель назад. Впрочем, эта встреча готовилась много лет. Ее результатом стало решение о вступлении в Евросоюз 1 мая 2004 года сразу 10 государств: трех стран Балтии, Венгрии, Кипра, Мальты, Польши, Словакии, Словении и Чехии. Ничего подобного по масштабам в истории ЕС еще не было: территория Европейского союза увеличивается на треть, а число жителей стран ЕС вскоре достигнет 500 миллионов человек.

Другим важнейшим событием года является введение в наличное обращение единой европейской валюты евро. У этого невиданного до сих пор финансового эксперимента множество убежденных сторонников и не менее убежденных противников. Критики обвиняют новую денежную единицу в том, что она спровоцировала рост цен во многих странах. Ну что ж – полностью отрицать это невозможно. Согласиться с частичной правотой этого аргумента пришлось сегодня даже министру финансов ФРГ Хансу Айхелю, обычно выступающему в поддержку евро.

Сторонники же европейской валюты указывают на то, что масштабная акция по введению ее в наличный оборот прошла гладко и без осложнений, а выросшие поначалу цены с течением времени начали снижаться.

Если говорить о проблемах года, тот одной из них для Европейского Союза стала Турция. И вот именно на этом – а не на достижениях европейцев в последний год – я и хочу остановиться подробнее.

Анкара стремится к скорейшему вступлению в ЕС. Брюссель в ответ на это постоянно подчеркивает: двери в Европу для Турции всегда открыты, однако для присоединения к европейскому клубу страна должна соответствовать определенным – и довольно жестким – политическим, социальным и экономическим критериям. И проблема заключается в том, что многим из этих критериев Анкара не отвечает. Не будем также забывать, что и в Турции, и в странах ЕС есть силы, активно противящиеся сближению страны с Европой. Словом, отношения между Анкарой и Брюсселем весь год оставались достаточно напряженными – и, увы, нужно признать, что это «наследство» стороны возьмут с собой и в новый год.

Одним из свидетельств этого стали события недельной давности, когда в турецкой столице начался судебный процесс против сотрудников пяти немецких фондов и организаций в Турции. Генпрокуратура страны убеждена, что обвиняемые вошли в «тайный сговор» против турецкого государства, а стоящая за ними Германия вмешивается «во внутренние дела Турции, стремясь обострить этнические и религиозные противоречия» и таким образом ослабить эту страну. В немецких фондах подобные обвинения полностью опровергают. Комментаторы же в Германии откровенно называют аргументы Генпрокуратуры сфабрикованными, а сам процесс – заказным.

Непосредственным поводом к началу расследования Генеральной прокуратуры стала книга турецкого историка националистического толка Хаблемитоглу. Книга посвящена добыче золота близ города Бергама на западе Турции, которая ведется с применением ядовитых цианидов. Против этого решительно выступают турецкие экологические движения. Так вот, по мнению Хаблемитоглу, немецкие фонды организуют и поддерживают этот общественный протест. В свою очередь, за фондами, по мнению историка, стоит руководство Германии, которое пытается таким образом препятствовать золотым разработкам в Бергаме. Обвинение Генпрокуратуры, в целом, и базируется на изложенных в книге идеях, а сотрудникам немецких фондов вменяется еще в вину и «тайный сговор».

Остроту придают ситуации последние события: националиста Хаблемитоглу неожиданно нашли мертвым у его собственного дома. Он был убит двумя выстрелами в голову. Преступление пока остается нераскрытым.

Что касается немецкой стороны, то и официальные лица в Берлине, и сами сотрудники немецких фондов полностью отвергли предъявленные им обвинения. В свою очередь, турецкое политическое руководство, судя по всему, тоже не в восторге от начавшегося суда. Но, как повторяют в Анкаре, органы юстиции в Турции независимы, а потому политики не могут по собственной воле прекратить процесс.

Так кто же тогда стоит за судебным процессом? Вот что рассказал в эксклюзивном интервью «Немецкой волне» Вульф Шёнбом, глава турецкого отделения Фонда имени Конрада Аденауэра.

- Прежде всего, хочу отметить, что, по моему мнению, идея досадить немецким фондам исходит не от правительства Турции, не от парламента и не от кого-либо из ведущих политиков страны. Скорее, инициатива исходит откуда-то из глубин чиновничьего аппарата или от военных, которые считают, что процесс реформ в Турции и сближение страны с Европой идет слишком быстро и слишком решительно. И, конечно, мы, как немецкий фонд, поддерживаем такие реформы, проводя различные конгрессы или публикуя исследования и статьи на эту темы.

Отмечу, что Вульф Шёнбом сейчас является одним из 15 обвиняемых турецкой Генпрокуратурой. В этой же роли находится и Ханс Шумахер, руководитель турецкого отделения другого немецкого фонда - Фонда имени Фридриха Эберта. Мы также обратились к нему, попросив прокомментировать позицию, которую заняло в отношении процесса турецкое правительство.

- Турецкое правительство занимает вполне разумную позицию, подчеркивая, что оно не хочет и не может вмешиваться в судебный процесс. И это правильно. Представители руководства страны уже заявили, что они не поддерживают действия прокуратуры, но не могут ей помешать. Кстати, нужно отметить, что прокуратура в Турции действительно независима. А в данном конкретном случае я предполагаю, что она независима не только от правительства и других государственных органов, но иногда и от элементарной логики.

- Как повлияет нынешний судебный процесс на сближение Турции с Европой и возможное вступление страны в Европейский союз?

- Я надеюсь, что никак не повлияет. Решение о начале переговоров о вступлении в ЕС будет принято только через 2 года. Думаю, что к тому моменту сегодняшние проблемы будут решены.

Несколько иной точки зрения придерживается Вульф Шёнбом, глава турецкого отделения Фонда имени Конрада Аденауэра.

- Ну, в любом случае, нынешний судебный процесс окажет негативное влияние на германо-турецкие отношения. Свое критическое отношение к происходящему в Турции уже высказали и в Министерстве иностранных дел, в Ведомстве федерального канцлера, в Комитете по вопросам внешней политики в Бундестаге и так далее. Что же касается Евросоюза, то процесс против немецких фондов очень критически упоминается в исследовании ЕС по ситуации в Турции и положению неправительственных организаций в этой стране. Подобные события, конечно же, вредят имиджу Турции в Европейском союзе, и потому обе стороны заинтересованы в скорейшем разрешении конфликта.

А как в руководящих структурах самого Евросоюза смотрят на судебный процесс против немецких фондов и какое влияние это окажет на присоединение Турции к ЕС? Подробности передает из Брюсселя наш корреспондент Леонид Сокольников.

Несмотря на рождественские каникулы, в Брюсселе оживленно комментируют события, связанные с процессом над представителями немецких фондов в Турции. Официальное руководство Евросоюза пока воздерживается от комментариев, тем более, что, по имеющимся сообщениям, правительство Турции дистанцировалось от этого инцидента. Однако в кулуарах Еврокомиссии не сомневаются, что произошедшее - ни что иное, как ответный шаг Анкары на игнорирование ее настойчивых требований к прошедшему две недели назад копенгагенскому саммиту начать переговоры о вступлении Турецкой республики в Евросоюз уже в 2003 году.

Особенное недовольство вызывает у Турции Франция. В печать попало содержание телефонного разговора турецкого премьер-министра Абдуллы Гюля с главой правительства Великобритании Тони Блером. В нем Абдулла Гюль заявил, что на одном из заседаний Евросоюза французский президент Жак Ширак якобы обвинил Турцию в шантаже. По словам турецкого премьера, Ширак оказывал давление на представителей стран-членов ЕС в решении оттянуть переговоры о рассмотрении кандидатуры Турции для вступления в ЕС на два года. «Я очень огорчен, что Ширак повлиял на решение ЕС, - сказал Абдулла Гюль. - Настоящим шантажом как раз является оказание давления на членов ЕС».

Однако наблюдатели в Брюсселе отмечают, что в отличие от других стран, желающих влиться в единую европейскую семью, Турция на протяжении всех предыдущих лет заявляла о том, что готова вступить в ЕС только на своих условиях. Характерно, что кандидатом в Евросоюз Турция была названа еще в 1999 году, но в том же году на саммите в Брюсселе лидеры стран-членов ЕС отказались назвать дату начала переговоров, сославшись на то, что Турция пока не соответствует критериям Евросоюза по некоторым параметрам, в том числе, по ситуации с правами человека. И настойчивые требования провести в стране ряд демократических реформ буквально до последнего времени наталкивались на жесткое сопротивление властей Анкары. И это при том, что экономические отношения между ЕС и Турцией неуклонно расширялись. Но нежелание урегулировать курдскую проблему, окончательно отменить смертную казнь, прекратить преследование за критику деятельности госучреждений являлись серьезным барьером на пути в объединенную Европу. Кроме того, некоторые европейские политики видят главную опасность в том, что из 65 миллионного населения Турции более 90 процентов – мусульмане. Пустить их в европейский христианский клуб – не самая блестящая перспектива для политических консерваторов.

Жискар Д’Эстен, руководитель Конвента по выработке новой общеевропейской конституции, даже заявил: «Вхождение Турции в ЕС было бы концом Европы. Это не европейская страна, если ее столица, ее население не находятся в Европе». Правда, буквально на следующий день руководящие деятели Еврокомисии и Европейского Парламента поспешили отмежеваться от слов Жискар Д’Эстена. Кроме того, известно, что турецкие законодатели приняли в августе этого года пакет мер, которые предусматривают проведение в стране демократических реформ. В том числе разрешение на массовые демонстрации, радио- и телевещание на курдском языке, получение курдами полного образования и расширение прав немусульманских меньшинств. При этом не нужно забывать, что Турция – член НАТО, и ее активно поддерживают Соединенные Штаты. Белый Дом не раз заявлял, что он одобряет усилия нового правительства Турция, направленные на вступления в ЕС.

Тем не менее, последние события в Турции еще раз укрепили сомнения тех, кто не разделяет оптимизма по поводу расширения единой европейской семьи, и вновь поставили на повестку дня вопрос: «А нужен ли Евросоюзу «берег турецкий»?