1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Германия из первых рук

Интеграционные курсы для мигрантов

12.07.2007

Сегодня мы с Вами побываем на интеграционных курсах для мигрантов в Бонне, посмотрим, как там организовано изучение немецкого языка.

default

А потом отправимся на гей-парад в Кёльне, поборемся за права секс-меньшинств. Гей-парад - это пёстро и весело, на давайте начнём с интеграционных курсов, это важно и нужно. Вот, в России от гастарбайтеров и мигрантов требуют, чтобы они за 90 дней выучили русский язык. А как, где, и за чей счёт, пока неясно. В Германии у мигрантов есть законное право на посещение интеграционных курсов, более того, мигранты обязаны их посещать. Как организованы такие курсы, кто их оплачивает, что они, собственно, дают - сообщение об этом подготовил наш корреспондент Зоран Арбутина. А споют для нас сейчас битлы, но по-немецки. По молодости лет были они гастарбайтерами в Гамбурге - вот и освоили языковой минимум:

Сегодня на интеграционных курсах в Бонне учатся заказывать поездки в отпуск в турбюро. Тема не самая актуальная: у большинства участников курсов нет ни работы, ни отпуска, ни денег на поездки за границу. Всего в группе 16 человек: беженцы из Ирака, немцы-переселенцы из Казахстана, а, в основном, молодые женщины из Турции. Их сразу видно по головным платкам:

«Я вышла замуж и 8 месяцев тому назад приехала к мужу в Германию. Мне эти курсы нравятся. В Турции я ходила в гимназию, но учила английский, а теперь начала учить немецкий. Я хочу дальше учиться, я хочу поступить в университет на математический факультет».

Занай говорит по-немецки, пожалуй, лучше всех в группе. Проблема даже не в том, что на курсах вместе учатся мигранты из разных стран, а в том, что у них совершенно разный уровень подготовки, считает преподавательница Урсула Ломайер:

«Конечно, я делаю всё возможное, чтобы это как-то сгладить. Всегда ориентируешься на средний уровень. Но всё равно, одни отстают, другие скучают. Ну, и попутно, когда время позволяет, я пытаюсь что-то рассказать о жизни в Германии, о культуре».

Интеграционные курсы включают в себя 600 часов занятий немецким языком и 30 часов - страноведением. Это минимальные сведения об истории, государственном устройстве и политической жизни в Германии. Обычно вся эта программа занимает 6 месяцев. Для тех, кто уже работает, есть вечерние курсы. По новому иммиграционному закону, принятому в январе 2005-го года, посещение интеграционных курсов обязательно для всех мигрантов, прибывающих в страну. Но на курсах немало и мигрантов, которые уже давно живут в Германии, но так и не выучили немецкого языка. Курсы платные - по одному евро за час обучения. Те, кто живёт на социальное пособие, а таких подавляющее большинство, освобождается и от этой символической платы. Большую часть расходов оплачивает ведомство по делам мигрантов и беженцев. Заявленная цель курсов - помочь мигрантам разобраться в жизни чужой для них страны, найти работу. А для этого надо знать немецкий язык, хотя бы на бытовом уровне. Но теория и практика не всегда совпадают, указывает руководитель интеграционных курсов в Бонне Андреа Витт:

«600 часов занятий языком - это для большинства просто слишком мало. Люди получают недостаточно знаний, чтобы самостоятельно разобраться хотя бы в проблемах повседневной жизни. Ну, вот смотрите, к нам зачастую приходят совершенно безграмотные люди, они даже на своём языке не умеют читать и писать. И никаких навыков учёбы у них нет. А ведь это не дети, а взрослые люди. Или, например, мигранты из арабских стран, у которых совсем другая письменность».

Норму в 600 часов определило ведомство по делам мигрантов и беженцев. Причём исходило оно, в первую очередь, из своих финансовых возможностей. А педагоги сразу говорили, что за 600 часов мало-мальски освоить немецкий язык могут только люди с приличным уровнем образования, уже владеющие каким-то другим иностранным языком и навыками учёбы. Для других минимальный срок учёбы - это 900 часов. Вот, например, Айран, беженка из Ирана. В Германии она живёт уже пять лет. Она ещё в школе изучала английский. Тем не менее, немецкий язык даётся ей со скрипом:

«У меня беда с артиклями. Я их всё время забываю и путаю, вот в чём проблема. Здесь, на курсах учительница рассказывает про культуру про Германии. Я немножко понимаю. Но сама я ничего не читала, и немецкое телевидение мы дома не смотрим. Я хочу работать в турагентстве продавщицей. Для этого я должна понимать по-немецки и говорить. Это моя программа».

По окончании курсов желающие могут сдать экзамены и получить свидетельство. Но это не обязательно, достаточно и справки о том, что человек исправно курсы посещал. А уж чему он научился или не научился - это другой вопрос. Кроме того, любой может продолжить обучение, только уже за свой счет. Но делают это немногие. Во-первых, мало у кого из мигрантов есть деньги, во-вторых, если для человека даже начальные интеграционные курсы оказались слишком сложными, то вряд ли он решится пойти на повышенные. А для успешной интеграции большинству мигрантов, кроме знаний языка, необходима ещё и профессиональная подготовка. Людям нужна перспектива, чтобы они знали, зачем учатся, подчеркивает Андреа Витт:

«Залог интеграции - это не только знание языка. Очень разумно было бы включить в интеграционные курсы, например, практики на предприятиях, проводить с каждым занятия по профориентации. И вообще, с мигрантами должны заниматься не только педагоги, но и социальные работники, которые помогали бы им разобраться с разными учреждениями и ведомствами. Но на всё это нет денег. Федеральное правительство выделяет слишком мало средств».

А теперь другая тема. В прошлое воскресенье в Кёльне прошёл очередной гей-парад. Для кёльнцев это давно уже привычное событие, своего рода праздник города. А вот Ольга Капустина впервые в жизни стала свидетелем этого зрелища. Вот её впечатления:

Ой, батюшки, куда же это я попала? На карнавал, что ли? Музыка грохочет, кругом ряженые, весь город разукрашен и везде – люди, люди, люди… Только знаменитый Кельнский карнавал проходит в феврале, а я-то угодила на гей-парад. Сама я на глаз определить не берусь, но в газетах написали, что в этом году в шествии участвовало 20 тысяч человек, а число зрителей перевалило за полмиллиона. Ну, доложу я Вам, геи постарались! Ни времени, ни денег на костюмы не пожалели. Кого тут только не было - и бабочки, и ангелочки, и роботы и телепузики. Особенно хороши были принцессы с усами. Уже и не поймёшь, что эффектней выглядело: отдельные части гардероба, или отдельные части тела - без гардероба. Перья на голове, крылья на спине, цепи на шее, наручники на руках… Средства передвижения тоже самые разные – от мотоциклов и велосипедов до садовых тачек и детских колясок. Но большинство участников, конечно же, плясало пешком по узким центральным улочкам Кельна – по тому же маршруту, что и знаменитый кельнский карнавал.

Официально праздник называется Christopher Street Day. Откуда пошло такое название? Дело в том, что в июне 1969 года в Нью-Йорке в баре на улице Кристофер-стрит произошла стычка между полицейскими и представителями секс-меньшинств, из которой последние вышли победителями. И поняли: бороться за свои права можно! Вот с тех пор каждое лето и борются - парадным шествием. Многие приехали на гей-парад в Кельн из других городов Германии и Европы. А вот Уте из небольшой деревни под Кельном далеко ехать не пришлось.

Я приехала на парад, чтобы поддержать равноправие и толерантность. Я уже в третий раз в гей-параде участвую. Здесь у нас в Кельне это один из любимых праздников. Это просто супер!!!

Кельн по праву считается столицей геев в Германии. В городе чуть больше миллиона жителей, а каждый десятый - гей или лесбиянка. И этого не скрывает. Несмотря на то, что Кельн – древний католический город, его жители очень либеральны и толерантны. Вот и посмотреть парад, и повеселиться от души пришли люди целыми семьями, с детьми, бабушками и внуками.

Ну, куда сегодня в Германии не пойди - повсюду русскую речь услышишь. Серж Айзенманн родом из Омска. А в Германию два года тому назад переехал именно потому, что он гомосексуалист. Только дома, в Омске его называли совсем другими словами:

- Это было даже в детском саду уже. Во-первых, я потерял рано отца. Из-за этого стресса, мне кажется, я быстрее повзрослел. Однажды я к бабушке подхожу и говорю: «Ты знаешь, я чувствую себя как-то странно – вроде как и мальчиком, и девочкой одновременно». Она мне говорит: «Больше ко мне с таким никогда не подходи». И я перестал об этом вообще рассказывать родителям. Было сложно мне. В школе тоже было сложно. Мне пришлось скрывать это все. Школа – это вообще самое ужасное время.

В какой-то момент, говорит Серж, его так достали, что он решил себя «перевоспитать», стать, как все. И девушка у него была, даже две. Но они и сами замечали, что что-то с ним не так, и отношения тихо, без скандала, сходили на нет. А с тех пор, как Серж переехал в Германию, он избавился от комплексов:

- Здесь на это не смотрят. Здесь я просто не вижу глаз на мне. Не беспокоит, не мешает. Я могу просто жить своей жизнью и не обращать внимания на то, что думают другие.

А праздник кипит. Повсюду в толпе развеваются радужные флаги – символ борьбы за мир, а заодно и за права сексуальных меньшинств. Представители крупнейших политических партий раздают бесплатные презервативы и брошюрки про безопасный секс. А ликование публики не знает границ.

- Es ist geil! Es ist einfach nur hammergeil! Zeigt euch Leute! Zeig euer Körper! Was ihr alles habt! Was ihr wisst! Nichts zu verstecken!

Серж:

- И Кельн превращается в рай. Каждый гомосексуалист мечтает увидеть улицы, наполненные парочками, которые обнимаются беззастенчиво. Это… просто… отлично!

Вот и всё на сегодня. Передачу мне помогли подготовить Зоран Арбутин и Ольга Капустина.