1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Рынок и человек

Инвестиционный фонд DWS Russia

18.09.2002

Сегодня мы поговорим о немецком инвестиционном фонде, вкладывающем деньги жителей Германии в акции российских компаний.

Вы познакомитесь с менеджером этого фонда и узнаете, как он оценивает экономику России и какие именно фирмы считает наиболее перспективными.

Человек, с которым вы сейчас познакомитесь, является, несмотря на свою молодость – ему 30 лет, одним из ведущих немецких специалистов по российской экономике. Только он не учёный-теоретик, а инвестор-практик, так что от точности его оценок и прогнозов зависит судьба вверенных ему денег. За работой этого финансового менеджера наблюдал во Франкфурте-на-Майне мой коллега Павел Лось.

Три компьютерных экрана с графиками и таблицами, постоянно звонящий телефон с внушительным блоком памяти, в котором сохранены телефонные номера брокеров на ведущих биржах мира – и умиротворяющий вид из окна на тихую франкфуртскую улицу. Вот рабочее место менеджера инвестиционного фонда DWS Russia – фонда, вкладывающего деньги клиентов в акции российских предприятий. Управляет этим фондом инвестиционная компания DWS, дочерняя фирма крупнейшего немецкого финансового института - Deutsche Bank.

Поклонники голливудских фильмов, рассказывающих о захватывающей жизни финансистов и биржевых игроков на Уолл-Стрите, были бы разочарованы: ни сверкающих небоскребов, ни огромных кабинетов... Фондом DWS Russia (как и рядом других фондов DWS) управляют не с верхних этажей знаменитых франкфуртских близнецов-небоскребов Deutsche Bank, а из расположенного неподалеку неприметного здания. И не из отдельного кабинета, а из большого зала, где и находится вышеописанное рабочее место менеджера – как и рабочие места еще нескольких десятков его коллег, отвечающих за различные фонды. И только в одном привычные представления об инвестиционной компании полностью соответствуют действительности: все эти люди, сидящие перед своими компьютерами в этом большом зале, на самом деле управляют миллионами.

Отсутствие бросающейся в глаза роскоши вряд ли объясняется мерами экономии. Акцент не на показную мощь, а на эффективную структуру и сделал компанию DWS тем, чем она является сейчас: лидером немецкого рынка, имеющим в управлении астрономическую сумму в 100 миллиардов евро. Это, для сравнения, в два раза больше золотовалютных запасов России.

Кстати, о России. Вложение денег в ценные бумаги российских компаний сейчас вновь вызывает живой интерес у немецких инвесторов. В ответ на увеличившийся спрос в начале этого года и был создан фонд DWS Russia. С апреля его паи может приобрести любой житель Германии – и тем самым связать судьбу части своих сбережений с развитием российской экономики. Однако, наблюдая за нынешним всплеском моды на инвестиции в Россию, невольно возникают ассоциации с событиями 4-5тилетней давности. Вспомним: схожие настроения наблюдались в Германии и перед российским кризисом 1998 года. Или проводить подобные параллели сейчас неверно? Именно с этого вопроса и начался наш разговор с менеджером фонда DWS Russia и главой отдела восточноевропейских акций в DWS Штеффеном Грушкой (Steffen A. Gruschka):

«Действительно, перед российским биржевым крахом 1998 года тоже наблюдался резкий рост курсов российский акций. Тем не менее, между той и нынешней ситуацией имеются существенные различия. В 98 году Россия переживала экономический спад – в нынешнем году рост экономики в стране составит приблизительно 4 процента. Второе важное отличие: в 1998 году процесс реформ в России начал пробуксовывать. За минувшие годы, при Путине, в этой области очевиден значительный прогресс. То же – и в валютной сфере. Рубль был тогда крайне слаб, и в итоге произошла его девальвация. Сегодня у российской денежной единицы совсем иная ситуация – рубль, скорее, имеет тенденцию к удорожанию. Вообще позиции российской валюты за последние годы значительно укрепились. Далее: доходы от продажи нефти. В 98 году мы имели период низких цен (баррель стоил меньше 10 долларов) и, соответственно, низких доходов, сегодня баррель уверенно закрепился выше 25 долларов».

Интервью со Штеффеном Грушкой прервал телефонный звонок: коллеги обращали внимание менеджера на новости, поступившие только что от российской компании Вимм-Билль-Данн и, возможно, способные оказать влияние на события на биржах. Картинки на трех компьютерных экранах пришли в движение – но, как вскоре выяснилось, предпринимать каких-либо действий менеджеру фонда на этот раз не требовалось. А потому, проверив ситуацию на биржах, Штеффен Грушка вернулся к теме российской экономики и нефти. На вопрос, как долго продлится такая удачная для России ситуация на нефтяных рынках, он ответил так:

«Конечно, есть опасность, что дорогая нефть сегодня может обернуться падением цен на нефть завтра. Что произойдет тогда? Мы считаем, что при ценах выше 16 долларов за баррель у российского государства не должно возникнуть финансовых проблем. Но допустим, что баррель будет стоить меньше 16 долларов. Даже в этой ситуации у России не должно быть серьёзных трудностей, так как за последние годы страна накопила определённый запас прочности: имеются, к примеру, значительные золотовалютные резервы, которые позволят менее болезненно, чем раньше, пережить шок от падения цен на нефть».

И всё-таки, нельзя не видеть, что, несмотря на все перечисленные позитивные сдвиги, не изменилось одно, а именно - сильнейшая зависимость России от экспорта сырья, прежде всего нефти. Да, есть золотовалютные резервы, и нынешние цены на нефть весьма далеки от опасной черты в 16 долларов. Но если посмотреть на структуру российской экономики, то становится очевидным: она по-прежнему такая же, какой была до кризиса...

«Да, это верно, экономика России очень сильно зависит от нефтегазовой промышленности. После девальвации рубля в 1998 году неплохие шансы открылись и перед другими отраслями: девальвация, снизив стоимость российской продукции, сделала ее более конкурентоспособной. Но я вынужден признать, что к существенным изменениям в структуре народного хозяйства страны это не привело. Да, вы правы – зависимость от экспорта нефти и связанные с этим риски остаются. И всё-таки не будем забывать, что сегодня курсы акций многих российских компаний на 30 процентов ниже предкризисных курсов 98 года – и это при том, что экономические показатели страны лучше, чем тогда. Вот это и создает потенциал для дальнейшего роста на биржах».

В этот момент мировые биржи сами напомнили о себе: брокер на одной из торговых площадок сообщил, что ранее приобретенная фондом акция вновь выросла и стоит подумать о том, чтобы продать ее и, как говорят профессионалы, зафиксировать прибыль. Через пару минут ордер на продажу части принадлежавших фонду акций ушел на биржу – а мы, в ожидании подтверждения совершения сделки, обратились к другой проблеме, известной любому финансисту, работающему на российском рынке. Дело в том, что число акций компаний из России так мало, что у менеджера крупного фонда, по сути, нет свободы для маневра:

«Конечно, нельзя не согласиться с тем, что выбор котирующихся на биржах ликвидных акций российских фирм до сих пор крайне скромен. Мы провели исследование, в ходе которого пришли к выводу, что в России всего лишь около 30 компаний в принципе пригодны для того, чтобы мы вкладывали деньги в их акции. Конечно, это очень мало. Но даже в этом узком кругу можно найти более или менее перспективные компании и, таким образом, добиться для нашего фонда большей доходности».

Эта точка зрения подтверждается и статистическими данными. Так, сегодня общая стоимость всех котирующихся на фондовом рынке акций всех российских компаний составляет (в пересчете) около 87 миллиардов долларов. Для сравнения: рыночная капитализация лишь двух крупных немецких компаний Deutsche Bank и Deutsche Telekom - это приблизительно столько же. Впрочем, статистика позволяет сделать и другой вывод:

«Если взять рыночную капитализацию, то по этому показателю российский рынок после существенного роста курсов за минувшие три года является крупнейшим в Восточной Европе. Стоимость обращающихся на нем акций приблизительно вдвое превышает аналогичный показатель всех рынков региона вместе взятых. Что же касается ликвидности и числа свободно обращающихся на рынке акций, то здесь Россия значительно отстает. Крупные пакеты ценных бумаг находятся в руках олигархов или российских институциональных инвесторов, так что торговля акциями сильно затруднена. В целом можно сказать, что российский фондовый рынок на один-два шага позади более развитых восточноевропейских рынков – это касается и уже упомянутой ликвидности, и прозрачности торгов. Например, в Венгрии, Польше и Чехии действуют законодательные запреты на инсайдеровскую торговлю – запреты более совершенные или, по крайне мере, более строго соблюдающиеся, чем в России. Ведь в России в последние годы неоднократно происходили случаи, когда владельцы крупных пакетов акций грубо нарушали права миноритарных акционеров».

Ситуация в России и в некоторых других странах спустя несколько минут стала темой обсуждения на коротком рабочем совещании с участием менеджеров сразу нескольких фондов DWS. Речь шла о так называемых развивающихся рынках – emerging markets. География разговора впечатляла: Бразилия, Мексика, Турция, Южная Корея, Россия... Но каким образом менеджеры, сидящие в центре Франкфурта, могут принимать верные решения, касающиеся фондовых рынков самых различных государств – государств, каждое из которых имеет свои экономические и политические особенности, финансовые системы и т.д.? Какие источники информации используются в DWS, к примеру, для принятия решений при инвестициях в Россию?

«Главным фактором является, несомненно, наличие хороших контактов в России. Решающую роль здесь играют наши поездки: один-два раза в год я еду в Россию, посещаю компании, знакомлюсь с людьми, с которыми мы потом в течение всего года поддерживаем деловые связи. Крайне важно и сотрудничество с российскими финансовыми аналитиками: мы общаемся с ними практически ежедневно, и они рассказывают нам об интересующих нас событиях, о публикациях в прессе. Но, прежде всего они следят за положением дел в отдельных компаниях. Кроме того, важный источник информации для нас – сами фирмы. От них мы напрямую получаем финансовые показатели их деятельности, нередко с комментариями. Так что у нас достаточно данных. Помимо этого, мы получаем информацию от сотрудников Deutsche Bank и других западных банков, которые тоже специализируются на России».

Что касается последних, то в ходе нашего разговора на одном из компьютерных экранов на столе менеджера DWS Russia, действительно, появилось несколько десятков электронных сообщений от аналитических отделов ведущих мировых финансовых институтов. Речь в них, как несложно догадаться, шла о российской экономике. И всё-таки аналитические записки – это одно, а непосредственные личные впечатления - другое. Как уже сказал Штеффен Грушка, он бывает в России 1-2 раза в год. Это не слишком мало?

«Вопрос в том, как найти «золотую середину». К примеру, в крупной нефтяной компании за короткий период времени не происходит каких-то радикальный изменений. Компания масштабов «ЮКОСа» в течение месяца не переключится с нефти на производство чего-то еще. Потом не забывайте, что помимо личных поездок мы всегда остаемся в контакте - электронная почта, телефон, так что у нас достаточно информации, чтобы следить за ходом дел в той или иной фирме».

Признаюсь, что, слушая менеджера DWS Russia, я не смог удержаться от одного вопроса. А именно: российскую экономику критикуют за недостаточную прозрачность, отсутствие надежных источников информации. Доверяете ли вы тем данным, которые вам присылают из России, спросил я Штеффена Грушку:

«После недавних скандалов с финансовой отчетностью в США возникает вопрос, можно ли верить данным компаний и из экономически более развитых стран. В любом случае, мы не склонны слепо доверять получаемым нами финансовым отчетам и, естественно, критически подходим к ним. Конечно, никто не застрахован от того, чтобы попасться на удочку мошенников. Именно поэтому в нашей инвестиционной стратегии огромную роль играет вопрос о том, доверяем ли мы руководству той или иной фирмы. И мы инвестируем, прежде всего, в такие компании, менеджеры которых имеют хорошую репутацию».

Чтобы не ограничиваться общими соображениями, менеджер инвестиционного фонда DWS Russia назвал по моей просьбе несколько российских компаний, которые, на его взгляд, являются наиболее перспективными и которые близки к тому, чтобы соответствовать принятым среди бизнес-элиты на Западе стандартам:

«На данный момент к числу наших фаворитов среди российских фирм относятся такие хорошо известные нефтяные компании, как «ЮКОС» или «Сургутнефтегаз», которые имеют высокопрофессиональных менеджеров. Кроме того, мы высоко ценим «Газпром», которому принесет дополнительные выгоды будущая либерализация энергетических рынков. Среди банков мы особо выделяем «Сбербанк» - финансовый институт, имеющий прекрасные позиции на российском рынке. Должен также назвать телекоммуникационные компании «МТС» и «Вымпелком», которым оказалось на руку слабое развитие в России стационарной телефонной связи».

Напомню, что репортаж о немецком инвестиционном фонде, вкладывающем деньги жителей Германии в акции российских компаний, подготовил Павел Лось.