1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Cool

«Иисусовы фрики» – панки славят Христа

28.07.2002

Официальная церковь давно уже потеряла монополию на сына божьего. Много десятилетий Христом и евангельской премудростью торгуют оптом и в розницу разные секты. Своим парнем Христа объявляли субкультурные и молодёжные движения, включая и сторонников девственных браков и сексуально распущенных хиппи.

Техно-вечеринками в костёлах и пением псалмов на музыку современных композиторов тоже трудно кого-нибудь удивить. Но вот панки-христиане?! Что за курьёз? Сами себя они называют "Jesusfreaks". Английское слово «фрик» имеет несколько значений и чаще всего переводится, как чудак или придурок. «Иисусовы фрики» - звучит весело и богохульно. Но молодые люди с ирокезами и в потертых кожанках не шутят. Может быть мир окончательно свихнулся? Может быть не мессия спасёт людей, а людей пора спасать от мессии?! Подробнее о церковной службе с пивом и чипсами под аккорды электрогитары в репортаже Зёнье Шторм:

Это - христианский панк-рок. На сцене христианская панк-команда «Деревянный крест». Что уже смешно? Действительно, такое определение стиля напоминает дадаистские штучки. Но всё серьёзно - прически «ирокез», татуировки, пирсинг. Правда, на футболках вместо привычных «Будущего нет» или «Съешь буржуя» куда более крутое "Jesus terror force", что можно перевести, как «Силы террора Иисуса Христа».

«Христовы панки» служат собственную мессу и славят господа. На их жаргоне служба называется «отвязной вечерей», а к своим проповедникам фанаты «классного чувака из Назарета» обращаются не иначе, как «преподобная задница».

«Святой Дух, клёво, что ты явился нам. Боже, мы благодарим тебя за то, что ты сдержал своё обещание. Истинны слова твои: «я ухожу от вас, но пошлю вам утешителя».

От делегатов Всемирного конгресса католической молодёжи, который в эти дни как раз проходит в Торонто, «иисусовы фрики» вряд ли бы услышали дружное «аминь» в ответ на подобную молитву. Но на официальную церковь и вообще на обывателей панкам наплевать. Свои религиозные воззрения они разъясняют на специальных семинарах:

«Мы – одна банда христианских фриков и нас объединяют общие ценности. Своё призвание мы видим в том, чтобы нести Евангелие людям, похожим на нас. Евангелие мы разъясняем своими словами и так как нам нравится».

Иисус, в этом никто из них не сомневается, продвинутый парень. Объявись он сегодня среди нас, обязательно стал бы панком или хиппи.

«Если бы Иисус был жив, он вряд ли бы стал играть на органе, думаю, что электрогитара подошла бы ему куда лучше», -

уверен Cookie из Гамбурга. Куки – 28 лет, он один из отцов-основателей общины «иисусовых фриков». Десять лет назад Куки и несколько его приятелей решили жить по-христиански, но радикально. Сегодня в Германии насчитывается около пяти тысяч панков-христиан. «Иисусовы фрики» появились в Швейцарии, Польше и Дании.

Радикализм панковской субкультуры - экстремальная мода, музыка, построенная на двух гитарных аккордах, - дополнился в среде «иисусовых фриков» матёрым религиозным фундаментализмом. Внебрачные половые связи запрещены, гомосексуализм считается грехом, библейские тексты трактуются буквально. Фрики верят в то, что бог создал мир за семь дней и Адам – венец божественного творения:

«Бог всё же создал Адама и Еву, а не Адама и Адама. Ведь иначе род людской не мог бы продолжиться».

«Иисусовы фрики» проповедуют толерантность, поскольку об этом тоже сказано в Евангелии. Однако официальная церковь считает их воззрения экстремистскими. Говорит представитель протестантской церкви федеральной земли Северный Рейн-Вестфалия Бернд Шэфер:

«Это - разновидность фундаментализма, то есть, это - явная реакция на сложность и разнообразие окружающего мира. Любая разновидность фундаментализма стремится поделить всё вокруг на чёрное и белое, втиснуть в жёсткую схему. Ведь так легче понимать и контролировать мир».

Идея панковского отрицания буржуазных ценностей в таких условиях постепенно выхолащивается. Штефан раньше был левым радикалом из движения скваттеров, курил и здорово выпивал. Теперь это в прошлом:

«По началу мы причащались пивом и чипсами. Народ, упившийся в стельку, валялся во время богослужения на полу. Теперь многие бросили пить, поставили крест на табаке и спалили свои коллекции рок-пластинок. Мне кажется, это очень радикально».

Автор: Зёнье Шторм

Легко ли быть мусульманином в Германии

Около трёх миллионов мусульман живут в Германии, как минимум, три поколения. В большинстве своём это гастарбайтеры из Турции и их потомки. Отцы и деды нынешних немецких турок стали приезжать в Германию на работу в начале 60-х. Многие заработали денег и уехали на родину, но куда больше гостей-рабочих обжились, привезли семьи, получили немецкие паспорта. В Турции их, как правило, называют «алманджи» – то есть «немцами», в Германии, турок даже с немецким паспортом – для коренных жителей остаётся турком. О проблемах турецкой молодёжи - репортаж Сулеймана Тауфика:

«Ислам является главным смыслом моей жизни. А моя жизнь – это большой исследовательский проект. Следуя исламским принципам и изучая Коран, я прихожу в равновесие с окружающим миром, окружающими меня людьми».

Мнение студентки Мирзы Эрдим наверняка разделило бы большинство мусульман, проживающих в Германии. Примерно 800 тысяч из них имеют немецкое гражданство, обладают правом избирать и быть избранными. Однако и в политике, и в культуре мусульман очень мало. Религия и традиции сдерживают интеграцию. Мусульмане Германии образуют жёсткие, закрытые структуры. В немецких городах существуют не только мечети или молельные дома, но и исламские кладбища, союзы пенсионеров, сети исламских продуктовых магазинов, мусульманские газеты и группы взаимопомощи. Ислам не ограничивается религиозными делами, он определяет повседневную жизнь людей, их ценности и мировоззрение. Западное общество превозносит личную свободу, тогда как стержнем исламской традиции являются семейные ценности. Говорит Наригюль:

«Мусульманские семьи более дружные. Дедушки и бабушки, дети и внуки – все живут одной семьёй и заботятся друге о друге. Родственники – дяди и тёти – играют не менее важную роль, чем собственные родители. Они интересуются моими делами, дают советы. Все члены семейства у нас сильно зависят друг от друга, и поэтому решения принимают чаще всего родители, которые всегда вправе вмешиваться в дела детей».

Для коренной немецкой молодёжи всё это – другой и совершенно непонятный мир. Немцы привыкли полагаться на себя и на социальные структуры государства. У родителей, как правило, просят денег, а не совета. Немецкие бабушки и дедушки присматривают за внуками только в исключительных случаях. Если у родителей нет времени – они нанимают няню. В традиционной мусульманской культуре всё наоборот:

«Дети покидают родительский дом не раньше, чем вступят в брак. Иначе на них косо смотрят. Иметь друга или подружку для наших немецких сверстников в порядке вещей, но нам это запрещено, особенно для девочек-мусульманок. Дружить с мальчиками – табу».

Молодые мусульмане, пытаясь обрести собственную идентичность в западном обществе, часто наталкиваются на непреодолимые барьеры. Испытывая трудности с интеграцией, многие из них обращаются к религиозным корням, посещают кружки по изучению Корана, которые работают при различных медресе и школах. Чем больше проблем с интеграцией, тем, как правило, сильнее ориентация на ислам. Говорит Фатима Сагир:

«Мусульманская молодёжь часто делает акцент на культурную сторону религии. Многие считают, что ислам – основа их культурной самоидентификации. Мне немного жаль этих подростков, ведь их реакция объясняется тем, что они не могут найти своё место в западном обществе».

Преподавание исламской религии в школах тоже никак не проясняет реальные проблемы молодых мусульман в современной Германии. Говорит Мирза Эрдим:

«Уроки религии предлагаются в рамках занятий турецким языком, как родным. Но немецкое правительство выписывает учителей из Турции. А те не имеют никакого представления о проблемах детей-мусульман в Германии и испытывают большие трудности в общении с ними».

Наиболее смелые и самостоятельные пытаются найти свой путь к чистому исламу, дистанцируясь от неписаных традиций и обычаев. Говорит Мирза Эрдим:

«Мои родители придерживаются традиционного ислама. И я получила традиционное исламское воспитание. Но суть ислама я стала понимать лишь тогда, когда постепенно отошла от традиций. Ведь большинство этих правил основываются на предписаниях духовенства и очень патриархальны по своей сути. Я, как женщина, не могу с ними согласиться. На мой взгляд, эти предписания ничего общего с религией не имеют. Мне лично ислам не мешает учиться в университете, самостоятельно передвигаться по стране, снимать собственную квартиру и жить отдельно от семьи в другом городе. Оставаясь мусульманской, я сама решаю свои повседневные проблемы».

Автор: Сулейман Тауфик