1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Глобус

Израиль: израильско-палестинский конфликт и туризм

27.11.2002

Еще недавно Израиль считался одной из самых притягательных стран для паломников и туристов. Но последние два года название страны ежедневно мелькает в сводках новостей, сообщающих о всё новых жертвах терактов и столкновений израильской армии с вооруженными палестинцами. Как переживает туристическая инфраструктура Израиля нынешнее обострение израильско-палестинского конфликта? Об этом вы узнаете из репортажа нашего корреспондента в регионе Карстена Кюнтоппа.

«Положение катастрофическое», - так охарактеризовал ситуацию, сложившуюся в израильском туристическом бизнесе, Дэвид Майклс. Кому-кому, а ему - председателю правления компании Hilton - хорошо известно истинное положение вещей. Во время своей недавней поездки в Израиль Майклс сказал, что пока удается разве что держаться на плаву.

Отель Hilton, расположенный на прогулочной набережной в Тель-Авиве, со времен своего открытия в 1965 году не переживал подобного кризиса.

Но закрывать отель руководство пока не собирается, хотя большинство сотрудников уже пришлось уволить.

Число иностранных туристов, посетивших Израиль в первом полугодии нынешнего года, вновь сократилось - причем на целых 42% по отношению к аналогичному периоду прошлого года. Особенно пострадал от интифады Иерусалим. А меньше всего ощутил последствия израильско-палестинского конфликта Эйлат, город, расположенный на юге страны, у Красного моря, далеко от мест военных действий.

Очень сильно пострадал туристический бизнес на территориях Палестинской национальной автономии. До начала интифады палестинцы получали часть доходов от израильского туристического пирога: в рамках поездки по Израилю туристы посещали расположенные на палестинкой территории города Иерихон и Вифлеем. Теперь же иностранные туристы вовсе перестали посещать автономию.

Подробности – в сообщении корреспондента газеты «Тагесцайтунг» Яссина Мушабаша.

Уже полдень, а у Даниеля Джэфера, директора отеля в Раммалахе, нет времени даже на чашечку кофе. В его рабочем кабинете мнется повар в ожидании денег для закупки провианта. В фойе толпится стайка студенток, изучающих гостиничное дело – они пришли в отель на ознакомительную экскурсию. И кроме того, Даниелю Джаферу нужно выяснить, не объявлен ли вновь комендантский час.

Всего Раммалахе расположено 15 больших отелей. Royal Crown Suite Hotel, где работает Даниель Джафер – один из самых больших и роскошных. И, надо сказать, что его отель – единственный, который, несмотря на интифаду, введение комендантского часа, различного рода запреты и танки на улицах, все еще приносит прибыль.

Однако гостиничный ресторан из-за отсутствия спроса пришлось закрыть. Разбогатеть на содержании отеля в Рамаллахе сегодня дело нереальное. Но отелю хотя бы удается выжить, по крайней мере, 90% комнат занято, хотя и по демпинговым ценам.

О столь напряженном распорядке дня, как у Даниеля Джафера, управляющий отелем Best Eastern Hotel, который расположен также в Рамаллахе, Муайад Шукри может только мечтать. Вот уже два года его отель стабильно занят всего на 2%.

Надо сказать, что Best Eastern Hotel ни в чем не уступает по комфортабельности отелю Royal Crown Suite Hotel, но расположен слишком далеко от резиденции Ясира Арафата. И хотя из отеля можно было видеть и слышать, как израильская армия сносит часть резиденции палестинского лидера, но попасть ближе к месту событий из-за выставленных кордонов не представлялось возможным.

Именно поэтому журналисты предпочитают Royal Crown Suite Hotel, расположенный в самом центре города. CNN, например, сняло там целый этаж. А обычных туристов или паломников, которые приезжали бы посетить святые места Палестины и для которых расположение отеля не имеет такого значения, в настоящее время просто нет.

При этом все готово к приему гостей: гостиничные номера и рестораны, машины на прокат и бюро путешествий, специально обученные гиды и переводчики. Палестинские и иностранные инвесторы, согласно подписанному в Осло в 1993 году соглашению, создали все условия, необходимые для приема трех миллионов иностранных туристов в год.

Территория автономии могла бы стать раем для отпускников: средиземноморские песчаные пляжи в Газе, библейские достопримечательности в Вифлееме и Иерихоне, вечеринки в Раммалахе. Одно время туризм действительно приносил доход. Стандартная программа туристических агентств до начала интифады включала в себя две недели пребывания в Израиле и три дня в Палестинской автономии.

«Иногда, когда не было свободных мест в отелях в Вифлееме, часть туристов приезжали в Раммалах», - с ностальгией вспоминает Муайад Шукри о лучших временах.

Но потом началась интифада и ответные удары израильской авиации. Обороты палестинского туристического бизнеса упали сразу на 80%. Кто захочет проводить отпуск в охваченном войной регионе?

Согласно подсчетам, проведенным по заданию Ахмад Хеджази, исполняющего в автономии обязанности министра туризма, израильские воздушные удары нанесли индустрии туризма ущерб в размере 600 миллионов долларов США. Особенно сильно пострадал город Вифлеем, в котором по случаю торжеств, связанных с наступлением нового тысячелетия, ожидалось в два раза больше паломников, чем обычно. Теперь одни отели пустуют, другие разбомблены.

Так что в деле восстановления экономики Палестинской автономии на туристический сектор рассчитывать не приходится. В этом мнении сходятся оба директора отелей в Раммалахе. Даже если бы израильско-палестинский конфликт закончился бы сегодня, потребуется много лет, чтобы Палестина снова стала привлекательным регионом для туристов.

«Самое печальное, что мы с этим ничего не можем поделать», - жалуется Шукри. И хотя министерство туризма на каждой международной ярмарке приглашает иностранцев посетить Палестину, никто сюда не едет. Лишь туристы, мотивированные политическими целями, находят путь в Палестинскую автономию.

Развод по-мароккански

А сейчас с Ближнего Востока мы перенесемся на северо-запад Африки, в Марокко, чтобы выяснить, как здесь обстоят дела ... с разводами.

Как известно, в этой исламской стране право на развод существует только у мужчин. Однако, несмотря на противостояние традиционалистов, король Мохаммед Шестой, придерживающийся в ряде областей современных взглядов, и премьер-министр Абдерахман Юссуфи собираются внести изменения в семейный кодекс. В их планах поднять возрастную границу для выходящих замуж девушек с 15 до 18 лет, запретить полигамию и предоставить женщине право инициировать развод. Между тем берберы в горах Высокого Атласа живут по своим законам. Здесь женщины ходят с открытыми лицами и могут не только сами инициировать развод, но и даже выходить замуж по несколько раз. Каждую осень берберы проводят так называемый «свадебный базар» неподалеку от поселка Имилчил.

Для берберов праздник в Имилчиле – маленькая победа. Знак того, что они – древнейшее племя Северной Африки - уберегли свою культуру от влияний римлян, арабов и французов.

Как у всех древних праздников, у свадебного базара Имилчил есть своя легенда. По правде говоря, она слегка напоминает историю Ромео и Джульетты. Двое влюбленных Isli и Tislit не могли пожениться, потому что их семьи враждовали. Они плакали днями и ночами, и из их слез образовалось два озера, которые назвали потом Lac Isli и Lac Tislit. На глав враждующих семей это подействовало смягчающе, и с тех пор было позволено проводить раз в год свадебный базар, где юноши и девушки могут выбрать себе партнера по душе. Как бы там ни было, но эта традиция сохранилась и по сей день. В 20 км от поселка Имилчил, на пустынном плато на высоте примерно 3 тысячи метров над уровнем моря празднуют свадьбы, заключают свадебные договора, но самое важное – здесь будущие супруги имеют уникальную возможность найти друг друга.

Свадебный базар длится, как правило, три дня – с пятницы по воскресенье. Но уже за неделю до праздника здесь вырастает палаточный городок: на пустынную площадку начинают съезжаться грузовики, приходят караваны. Некоторые из них добирались сюда несколько дней.

Свадебный базар представляет собой, по сути, огромный рынок. Ряд палаток с мясными продуктами, ряд со сладостями, ряд с тканями и одеждой. Кроме того, здесь можно купить верблюда или осла, ковры или обувь, домашнюю утварь или инструменты. Ведь свадебный базар – это еще и отличный шанс для в основном кочевых племен берберов, стоянки которых разбросаны в горах Высокого Атласа, обменяться товарами, сделать нужные закупки накануне холодной зимы.

Во время праздника в этом году решили сыграть свадьбу Хена и Хасан. Хене за тридцать. Она бы, конечно, хотела выйти замуж раньше, но после смерти ее родителей, весь дом держится на ней.

- Я работаю с утра до вечера – пеку хлеб, кормлю скот, вскапываю землю, готовлю еду...

А кроме того, Хена присматривает за детьми, прядет шерсть, ткет одежду на всю семью и каждый день ходит за водой к близлежащему колодцу, расположенному на расстоянии одного километра от ее поселка.

- С Хасаном мы познакомились на свадебном базаре. Он мне сразу понравился, а я ему. Я тогда сказала: если хочешь взять меня в жены, то поговори с моими родственниками. Когда он это сделал, я дала свое согласие.

Хасану двадцать с небольшим. Он не видит никакой проблемы в том, что его жена намного старше его.

- Женщина, которую я хочу взять в жены, должна быть прилежной и работящей, чистоплотной, ну и, конечно, красивой. И каждую секунду работать! Какая-нибудь красавица, которая сидит и ничего не делает, мне не нужна.

Хасан уже понял, что Хена будет прилежно вести хозяйство, ведь она не один год работала на большую семью. О чувствах он не говорит. Но для него также важно, чтобы супруга не бросила его, если у него вдруг не окажется денег.

Хена тоже уже составила мнение про своего будущего жениха. «Он хорошо относится к своим родителям, значит будет хорошо обращаться и со мной», - говорит она. Хена знает, что в новой семье жить ей придется не намного легче. Но о другой жизни, чем в пустынных просторах Высокого Атласа, она и не думает. Читать и писать Хена не умеет - также, как и большинство в этих краях.

В свадебных приготовлениях Хене помогает опытная Этó. О своей судьбе он рассказывает:

- Я была замужем 8 лет. Потому начались проблемы - муж не приходил ночевать, не приносил домой денег. Тогда я взяла свою дочь и ушла из дому. Вернулась жить к моей матери. Я не могу сказать, что я о чем-то жалею. У меня все хорошо – я здорова, у меня появились радости в жизни. И за это я благодарна Богу.

С тех пор Этò помогает устраивать свадьбы. Помогает приготовить невесте свадебный наряд, следит за соблюдением традиционных обрядов, запевает свадебные песнопения. Но брак – это не только праздник, но и бюрократическая процедура. На свадебный базар для этого съезжаются государственные служащие. Под открытым небом на фоне возвышающихся горных пиков они устанавливают деревянные столы, достают бумагу и письменные принадлежности. Брачующимся, правда, ручки не понадобятся: после того, как жених заплатит выкуп за невесту –(примерно 20 евро), новобрачные оставляют под документом в знак согласия отпечаток большого пальца.

Брак до гробовой доски у берберов вовсе не обязателен. Жена может развестись с мужем. Для этого она должна вернуть выкуп и вернуться в свою семью. С этого момента она вольна выбирать себе нового партнера. Но будь то первая, вторая или пятая свадьба – все они отмечаются одинаково, с гостями, танцами и песнями.

Насколько нравы берберов, живущих в Высоком Атласе, отличаются от общепринятых в Марокко исламских норм, можно судить и по истории жизни Алу, опытного человека в деле поиска партнеров.

- В основном, мои супруги жили со мной два-три года, а потом – уходили. И тогда я шел в близлежащие деревни и, как правило, быстро находил себе новую жену. Мне больше нравятся молоденькие. С божьей помощью я женился 9 раз.

При этом Алу – не рекордсмен. Один местный житель очень хотел иметь детей, но ни одна его жена не могла родить ему ребенка. Каждый раз думая, что проблема в супруге, он искал новую. В настоящий момент он женат вот уже в 30-й раз.

Свадебный базар в Имилчиле – это красочный праздник, который уже давно привлекает сюда туристов со всего мира.

Среди берберов по этому поводу можно услышать разные мнения. Большинство считают, что базар должен проводиться в том же месте, где и прежде. Другие предлагают сделать из него коммерческий аттракцион, чтобы привлечь еще больше туристов и получать выгоду. Однако многие берберы этому противятся. С недавних пор они даже стараются утаить день открытия базара. (В этом году он прошел с 30 августа по 1 сентября.)

Но, похоже, берберы всех перехитрили. С каждым годом в Имилчиле играется все меньше и меньше свадеб. В этом году их было тридцать с небольшим. Так как свадебный базар всё больше превращается в спектакль для туристов, то берберы используют его, чтобы как можно выгоднее продать свои товары. А женятся они, как поговаривают, в другом месте...