1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Политика и общество

Иван Беккер: «Борьба идет за германские средства»

Без представительного органа российским немцам трудно будет сохранить свою национальную самобытность. Германская сторона готова финансировать целенаправленные проекты, которые утверждаются единой организацией.

default

Руководитель вновь созданной ассоциации общественных организаций российских немцев, бывший исполнительный директор государственно-общественного фонда «Российские немцы» Иван Беккер в интервью Немецкой Волне рассказал о задачах и перспективах сохранения национальной самобытности оставшихся в странах СНГ и, в частности, в России этнических немцев.

Господин Беккер, Вы являетесь председателем ассоциации общественных объединений немцев России. Что это за организация и была ли такая необходимость в её создании?

События в национальном движении российских немцев в последнее время привели к тому, что когда-то, ранее существовавшая массовая и мощная организация «Wiedergeburt» по сути дела умерла. Существовала Организация, находившаяся в оппозиции к «Wiedergeburt», – Международный союз российских немцев, три года тому назад был распущен по воле её председателя Гуго Вормсбехера.

В соответствии с Законом о национально-культурных автономиях у нас стали появляться региональные национально-культурные автономии, их 28 всего, официально зарегистрированных. И была создана федеральная национально-культурная автономия. Эти автономии могут заниматься проблемами образования, сохранения культуры, языка, традиций.

С появлением национально-культурной автономии и исчезновением этих общественных объединений конфликтности не убавилось: так как ФНКА занимается проблемами культуры, образования, традиций, то, появившись на этом поле, она неизбежно стала конкурентом уже действовавших структур – Общественной академии наук российских немцев, Международного союза немецкой культуры, которые выполняли свои функции давно и профессионально.

Лидеры культурной автономии заявили, что они никого не признают, они главные, а все, кто до этого работал – это все никчемные организации. Пребывание в атмосфере конфликтности в дальнейшем приведет к тому, что государство, и немецкое, и российское, с нами говорить будут примерно так: «Вы между собой договоритесь, а потом приходите. Нам важно, чтобы вы говорили одним голосом». То, что немцы, в рамках своего общественного движения живут в конфликте – это очень плохо, потому что в регионах все от этого жутко устали. В регионах конкретные проблемы во многом не решаются потому, что мы не имеем скоординированной, признанной всеми общественными объединениями стратегии и тактики решения наших проблем.

А то, что 500 с лишним тысяч немцев, которые остались сегодня в России, не говорят на своем языке, это не их вина, это их беда.

И при этом они по-прежнему считают и чувствуют себя немцами?

Конечно, не они же виновны в том, что они оказались распыленными по всей территории бывшего СССР, лишены возможности говорить на родном языке. Потребность в возрождении языка и сегодня колоссальна. А если это так, то на это мы должны как-то реагировать. Но какими инструментами.

Призвана ли вновь созданная ассоциация регулировать усилия общественных организаций? В чем ее задачи?

У нее три главных задачи: во-первых, скоординировать и консолидировать усилия самых разных общественных структур регионального, межрегионального, федерального уровня для решения главных задач, стоящих перед немецким этносом. Во-вторых, определится в том, что для немцев является главным, что второстепенным, как им жить дальше и что надо для этого сделать? И, наконец, третья задача, с учетом первой и второй начать разговаривать и с германскими, и с российскими чиновниками на одном языке.

То есть, речь идет о создании системы национальной самоорганизации. Мы же понимаем, что немецкой республики не будет. И верить в это сегодня может только человек крайне наивный, или тот, кто пытается ввести людей в заблуждение. Мы не требуем власти, но мы хотим получить поддержку от государства для создания механизма, который позволял бы нам принимать согласованные решения.

А сама национально-культурная автономия вошла в Вашу ассоциацию или она стоит особняком?

ФНКА стоит особняком, я думаю, по чисто субъективным причинам. Рано или поздно все равно все мы будем в одной лодке. Мы начинаем переговорный процесс. Мы получили сигнал и со стороны ФНКА о готовности участвовать в диалоге. Это не значит, что она должна влиться в ассоциацию и исчезнуть. Региональные автономии – 17 из 28 - уже официально вошли в нашу ассоциацию.

Как на практике будет выглядеть работа с общественными организациями? Что Вы делаете, чтобы объединить российских немцев под одной крышей созданной ассоциации?

Надо поменьше политических лозунгов и побольше конкретной работы. Например, мы подготовили концепцию национально-культурного возрождения и сохранения немецкого этноса в 21 веке, разослали ее в регионы, затем собрали круглый стол. Потом мы подготовили концепцию нового российско-германского соглашения по проблемам российских немцев, обсудили ее точно также на нашей конференции, на которой были представлены 50 с лишним регионов, утвердили её и официально передали германской стороне – депутатам Бундестага. Работают в основном над этими документами сами регионы.

Государство никогда не отдаст в руки общественных организаций распределение средств – ни немецкое государство, ни российское. И бороться за это глупо. Другое дело, что мы должны заставить государство распределять эти средства коллегиально, при участии самих немцев.

А лидеры ФНКА, по Вашему, серьезно полагали, что смогут распределять выделяемые госудраством средства?

Они с первого дня своего появления стали на это претендовать, причем в весьма неприличной форме. Но только государство решает, дать деньги или не дать. Поскольку у нас уже существовала федеральная программа, и деньги под эту программу выделялись, лидеры автономии заявили: «Всё, никаких дирекций, деньги теперь должны проходить только через нас!» Шума и крика много, а конкретной работы - ноль. Организация Генриха Мартенса, Молодежное объединение и другие организации не кричат, не шумят, а кладут на стол профессионально подготовленные проекты и реализуют их благодаря финансированию с германской стороны. Наши попытки призвать ФНКА к профессиональной работе приводят к негативной реакции, дескать, нас не признают.

Вновь созданная Ассоциация общественных немецких организаций сможет урегулировать сегодняшние конфликты или ФНКА будет препятствовать этому?

Я не отождествляю ФНКА с его руководством. В ФНКА входит много региональных структур, причем 17 из 28 уже перешли в оппозицию. Тем не менее, я думаю, что рано или поздно и вся ФНКА станет на нормальную позицию конструктивного сотрудничества. А сможет ли ассоциация урегулировать конфликт – сказать трудно. Мы пытаемся что-то предпринять, мы видим, что нас люди понимают. У нас в ассоциации представлены 50 регионов, не считая региональных НКА. Учредители у нас есть в 49 регионах. Мы рассчитываем на победу здравого смысла.

Как происходит руководство новой ассоциацией?

Коллегиальность в принятии решения должна помочь избежать или минимизировать число ошибок. Поэтому все существенные вопросы мы договорились решать только сообща. Единоличные решения и я отказался принимать, и не буду этого делать. Это записано в уставе. У нас есть Совет, в состав которого вошло по одному представителю от каждого региона. Самая главная наша задача на сегодняшнем этапе - добиваться от государства проведения съезда и создания единой системы национальной самоорганизации, потому что ни одна общественная организация, сколь бы многочисленной она не была, не имеет права говорить от имени всего народа.

Германская сторона часто сетовала на то, что нет пока организации, которая будет говорить от имени всех российских немцев. Может ли ассоциация стать таким партнером для германской стороны, и как прореагировала германская сторона на создание такой ассоциации? Были у вас уже с германскими чиновниками контакты, переговоры?

Нет, мы их проинформировали и не более того. Это наше внутреннее дело – создание тех или иных структур, организаций, ассоциаций. Мы их просто информируем о том, что такая ассоциация создается. Мы не хотим спешить, тем более, что мы не претендуем на право говорить от имени всех немцев.

А кто же будет говорить от имени всех немцев?

Мы стоим на той позиции, что говорить от имени всех немцев может только национальный представительный орган, поэтому германская сторона в этой ситуации не сможет говорить либо с нами, либо с ФНКА, либо с организацинй Мартенса, либо с кем-нибудь еще, как с партнером, выступающим от имени всех российских немцев. Либо мы все вместе садимся за стол переговоров,или мы должны иметь единый национальный орган, который будет говорить от имени всех немцев.