1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Германия из первых рук

Зачем школьнику охранник?

13.12.2007

Сегодня вся передача будет такая, как бы сказать, полукриминальная. Как спасти детей от родителей-убийц? Как защитить школьников от насилия? Как обезоружить квартал красных фонарей?

default

Вот такие вот темы. Давайте начнём с самой печальной: Мать-одиночка дала своим пятерым сыновьям снотворное, а потом удушила их полиэтиленовым пакетом. Женщина помещена в психиатрическую клинику. Безработные родители-алкоголики на несколько дней заперли в пустой квартире свою пятилетнюю дочь. Ребёнок умер от истощения и обезвоживания организма. Приёмный отец-наркоман до смерти замучил двухлетнего сына. Труп ребёнка он положил в холодильник. Вот только несколько сообщений из криминальной хроники последних месяцев. Это - самые экстремальные случаи, приведшие к смерти. А сколько детей подвергаются избиениям и издевательствам, не получают необходимого внимания и даже питания? В 2005-ом году зарегистрировано около 3.000 таких случаев. Это - только официальные цифры. А вот Немецкий союз защиты детей считает, что в Германии каждый десятый ребёнок не получает должного ухода и воспитания или даже подвергается жестокому обращению. Как такое вообще возможно? Ведь родители-убийцы жили не на необитаемом острове и не в пустыне, а среди других людей. А, может быть, это просто диагноз всему обществу? Почему соседи не замечали или не хотели замечать синяки и голодный блеск в глазах у детей. Куда смотрело ведомство по делам несовершеннолетних? И где она, грань между заботой о детях и вмешательством в частную жизнь граждан? Вот такая дискуссия идёт сейчас в Германии. Вопросов много, убедительных ответов мало. Вернер Роскош руководит консультацией по проблемам семьи и воспитания в ведомстве по делам несовершеннолетних в Бонне. Он считает, что во многих случаях родители просто не в состоянии обеспечить должный уход за своими детьми:

«Зачастую это стрессовые ситуации, когда родители просто срываются и бьют или мучают своих детей. Нередко это матери-одиночки. В большинстве случаев это алкоголики или наркоманы. Вообще, насилие по отношению к детям - это почти всегда проблема семьи и ближайшего окружения. Причём не надо думать, что это проблема исключительно бедных семей, так называемых низших классов».

Вернер Роскош уверяет, что ведомства по делам несовершеннолетних катастрофически перегружены работой. Зачастую одному сотруднику приходится опекать десятки так называемых «неблагополучных семей». Кроме того, возможности активного вмешательства в жизнь этих семей ограничены законом. Но, самое главное, чтобы ведомство по делам несовершеннолетних вообще могло помочь, кто-то должен забить тревогу - родственники, соседи, учителя, воспитатели детского сада или врачи. Вот на врачей-то сейчас и возлагают основные надежды немецкие политики. Кто, если не врач-педиатр, может лучше всех установить случаи задержек в умственном или физическом развитии у детей, и уж тем более, следы избиений и издевательств? Проблема только в том, что как раз «проблемные семьи» почти никогда не обращаются к врачам. Министр социальной защиты федеральной земли Гессен Сильке Лаутеншлегер видит выход в принуждении:

«Мы в земле Гессен приняли закон, обязывающий родителей проходить с детьми профилактические осмотры. Другие федеральные земли следуют нашему примеру. Но лучше было бы принять общефедеральный закон».

Но федеральный министр по делам женщин, семьи и молодёжи Урсула фон дер Ляйен считает, что такие обязательные профилактические осмотры для детей дошкольного возраста - это недопустимое вмешательство в частную жизнь людей. Нельзя же, в самом деле, заносить всех родителей в разряд подозреваемых. Госпожа министр делает ставку на добровольно-принудительный вариант:

«Давайте рассылать приглашения всем родителям, подавляющее большинство и так уже вполне добровольно проходят со своими детьми профилактические осмотры. Ну, а те, кто этого не делает, к тем придут с визитом сотрудники ведомства здравоохранения или ведомства по делам несовершеннолетних».

Ну, а пока политики спорят, во Франкфурте-на-Одере открывается повторный процесс по делу об убийстве 9 детей. Их мать скрывала беременности, а сразу после родов избавлялась от младенцев. Самое ужасное в этой истории - соседи, сослуживцы, родственники и даже муж обвиняемой уверяют, что ничего не знали, не видели, не слышали и не заметили.

В апреле прошлого года я уже рассказывал о берлинской школе имени Рютли, где ученики распоясались настолько, что учителя во главе с директорjм написали открытое письмо с просьбой школу закрыть. Скандал тогда вышел на всю Германию. В результате руководство школы сменили, а проблема осталась. И не только в школе имени Рютли. Теперь власти берлинского района Нойкёльн пошли на крайнюю меру: они наняли для 13 самых проблемных школ частных охранников:

«Предъявите школьное удостоверение!»

С понедельника на входе в школу имени Отто Гана стоят два рослых охранника в тёмно-синих униформах. Оружия у них нет, но вид - внушительный. Главная их задача - не допускать на территорию посторонних, предотвращать драки между школьниками и, в это даже трудно поверить, защищать учителей. В ответ на изумлённый взгляд преподаватель английского языка Михаэль Герман напоминает, что в соседней школе недавно был жестоко избит учитель. Один из учеников решил, что учитель к нему придирается, и привёл с собой своих старших братьев и друзей. Учитель попал в больницу:

«Речь ведь о чрезвычайной ситуации. И я должен честно признаться, порой бывает страшно. Я недавно угодил в похожую ситуацию. Меня окружила целая орава хулиганья, но, к счастью, всё обошлось. Но я просто не знаю, что в таком случае делать, я боям без правил не обучен».

А вот берлинский сенатор внутренних дел Эрхардт Кёртинг уверен, что частные шерифы на школьном дворе - это явный перегиб:

«Я думаю, что частные охранники или полицейские в школе - это оправдано лишь в самых исключительных случаях, когда возникает непосредственная угроза. А вообще-то у педагогов должно быть достаточно своих методов, чтобы не допускать насилия».

В школе имени Отто Гана - 720 учеников. 80 процентов из них - дети из семей мигрантов. Поэтому и охранников для школы подбирали со знанием турецкого или арабского языка. Заместитель директора школы Гюнтер Юнгвирт уверяет, что педагоги уже опробовали все доступные им возможности: специальные уроки социального поведения, курсы психологов для преодоления агрессивности. В школу регулярно наведывается полиция с лекциями о том, куда заводит насилие. Охранники по американскому образцу - это уже крайняя мера:

«Особенно у детей из семей мигрантов очень разветвленные родственные связи. Они прекрасно организованы, каждый ученик принадлежит к группе или клану в 20 или 30 подростков, они все друг друга называют двоюродными братьями и сёстрами. Многие учатся в других школах. Так что к нам на школьный двор приходят проблемы извне. И если возникает конфликт, то в нём участвуют уже не 10, а 100 человек. С такой ситуацией педагоги справиться не могут».

Ну, а как же относятся к новым порядкам сами школьники? Раша Агиль представляет интересы старшеклассников:

«Такие секьюрити, такие охранники, они и сами вызывают агрессивные чувства у учеников. Стоят тут как шкафы в своих униформах. Я таких видела только на дискотеках или концертах. А нужны ли они у нас в школе, трудно сказать…»

Что такое «Репербан», о которой поёт Удо Линденберг? Это главная улица района красных фонарей в Гамбурге. Ну, есть, в городе, что посмотреть: порт, конечно, кварталы солидных ганзейских домов, театры на любой вкус, музеи, картинные галереи. А что привлекает туристов со всего света: конечно же, «Репербан». Улица развлечений, улица греха, квартал красных фонарей. Секс-шопы, топлесс-клубы, порно-кинушки, пип-шоу, секс на сцене, просто бордели. А там где девицы лёгкого поведения, там и лёгкая нажива. На «Репербане» издавна делили деньги и сферы влияния банды сутенёров, наркодельцов и просто бандитов из разных стран. Нередко шли в ход ножи и пистолеты. Немцы, итальянцы, турки, выходцы из стран Восточной Европы. В последнее время особой жестокостью отличались албанцы. Турист, конечно, может всю ночь проболтаться на «Репербане» без особых приключений, если, конечно, он сам не ввяжется в пьяную драку. А алкоголь на «Репербане» течёт рекой. И вот полиции всё это надоело. И «Репербан» обзавёлся новой достопримечательностью: Здесь объявлена первая в Германии «Свободная от оружия зона». Запрещены не только холодное и огнестрельное оружие, но и бейсбольные биты и газовые пистолеты. Нарушителю грозит штраф до 10.000 евро, если, конечно, он не успел это оружие применить. А на улице появились запрещающие знаки с изображением всех этих видов оружия. Есть только одно «но»: в районе красных фонарей сохранилось несколько оружейных магазинов. Конечно, получить разрешение на покупку оружия, особенно огнестрельного, в Германии труднее, чем в большинстве стран мира. Но всё равно, неувязочка получается: в «свободной от оружия зоне» торгуют оружием? Полиция и тут нашла компромисс: револьвер или кинжал можно вынести за пределы квартала, если он в фирменной упаковке, а владелец имеет на руках разрешение на ношение оружия и чек на покупку. Ну а запрещающие знаки в «свободной от оружия зоне» установлены на высоте от трёх до четырёх метров, иначе бы их тут же поломали или растащили на сувениры: публика на «Репербане» привыкла, что там всё дозволено,

Вот и всё на сегодня. Передачу мне помогли подготовить Дафне Антохопулос, Моника Дитрих и Бернд Гресслер.

Аудио- и видеофайлы по теме