1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Суть дела

Еще раз о Берлинской стене

08.08.2002

«Для пресечения вражеской активности реваншистских и милитаристских сил Западной Германии и Западного Берлина на границах Германской Демократической Республики, включая границу западных секторов Берлина, вводится такой же контроль, как и на границах всех суверенных государств. На пограничных переходах Западного Берлина будет введен надежный контроль и постоянное наблюдение с целью пресечения подрывной деятельности. До тех пор, пока Западный Берлин не станет демилитаризованной нейтральной зоной, граждане ГДР смогут пересекать границу только при наличии специального разрешения. Посещения столицы Германской Демократической Республики демократического города Берлина со стороны мирных жителей Западного Берлина возможны только по предъявлению удостоверения личности. Реваншистским политикам и агентам западногерманского милитаризма въезд на территорию столицы ГДР воспрещается.»

Это заявление было сделано правительством ГДР 14 августа 1961 года после того, как за одну ночь в Берлине были возведены пограничные ограждения, получившие в последствии название Берлинской стены. По сути дела западная часть города, в которой жили до двух миллионов человек, была отрезана этой стеной от окружающего мира, стала островом на территории ГДР. В наших передачах мы неоднократно обращались к этой теме. Казалось бы, все уже рассказано, стены вот уже более 10 лет как нет, ее останки разошлись по всему миру как сувениры или строительный материал, но память об этом символе тоталитаризма живет, и каждый год 13 августа Берлин превращается в большой музей человеческих воспоминаний. И здесь каждая рассказанная история уникальна по своей трагичности. О судьбах людей и методах подавления человеческой воли и пойдет речь в сегодняшней передаче.

«О наши границы разобьется власть империалистов. Многие из них уже раскроили себе головы о стену, пытаясь проникнуть сюда, но в наш дом входят через дверь, а не через стену» .

Это песня ГДР-овских пограничников из Восточного Берлина. Но все происходило далеко не так, как поется в их песне. Не западные шпионы пытались пробраться на территорию ГДР через стену, а граждане ГДР предпринимали отчаянные попытки вырваться из «свободного и независимого» социалистического лагеря, который охраняли как тюрьму строгого режима. Пограничники обязаны были стрелять по каждому, кто со стороны ГДР приближался к стене на подозрительно близкое расстояние.

«Как журналист я часто обращался к теме Берлинской стены как до, так и после воссоединения Германии», - рассказывает Хольгер Кулик – корреспондент журнала «Шпигель»:

«Меня интересовали планы модернизации стены, о которых ходило множество слухов. Прежде всего мне удалось найти стрельбище на юге восточного сектора. Там был построен макет стены в натуральную величину, в котором могли размещаться жестяные силуэты людей в полный рост. Так пограничники отрабатывали свои снайперские навыки. С помощью Хагена Коха, офицера полка имени Дзержинского, мне удалось познакомиться с протоколами, где пограничники с точностью до минуты фиксировали все попытки перейти границу. В отдельной графе указано, сколько выстрелов было сделано: предупредительных и на поражение. Была в этих протоколах и еще одна графа, на мой взгляд, самая циничная: насколько оправданы были выстрелы. Например, человек прыгает с крыши здания находящегося Восточном Берлине на спасательную сетку пожарных в Западной части города. Пограничники ГДР стреляют в беглеца и признают эти выстрелы оправданными. Я до сих пор не могу понять этой логики. В документах Хагена Коха была информация и о планах усиления системы охраны стены. Необходимо помнить, что "стена" была системой сложных пограничных сооружений. Если со стороны Западного Берлина к ней можно было спокойно подойти, то на территории ГДР перед стеной проходила в полном смысле слова мёртвая зона, в которой находились самострелы, мины и собаки. Вся эта система постоянно усовершенствовалась. Разрабатывались всё новые виды самострелов, ловушек, мин, дополнительных ограждений... Сигнальные датчики, реагировавшие на малейшее движение, собаки... Кроме того, на наблюдательных вышках предполагалось установить камеры постоянного слежения».

Тем не менее, несмотря на все эти меры устрашения, многие пытались покинуть ГДР. Способов для этого было немало, но гарантии на успех не мог дать никто. Первое время, когда стена не была ещё столь сложным военно-техническим сооружением, люди нередко "просто" пытались перелезть через неё, но риск быть схваченным, раненым, либо убитым, был уже тогда очень велик. Поэтому уже в 1961 году, как вспоминает Хольгер Кулик, в Германии появились специалисты-перевозчики:

«Существовал целый ряд групп, прежде всего в Западном Берлине, которые, начиная с 1961 года, предлагали свою помощь в пересечении границы. Поначалу они рыли тоннели - вход был в доме на территории ГДР, а выход через несколько сот метров но уже в Западном Берлине. Надо сказать, что тоннелей было довольно много. Их строительство практиковалось до начала 80-х годов. Но Штази (госбезопасность ГДР) довольно легко определяла их местонахождение. Нередки были попытки бежать на запад через Венгрию и Румынию, куда граждане ГДР могли ездить без виз. Но "братские соцстраны" по инициативе ГДР так часто меняли цвета и форму своих визовых штампов, что подделывать их было сложно и опасно. Вывозили людей из ГДР и в тайниках, устроенных на автомобилях, принадлежавших гражданам ФРГ, и даже, как ни странно, дипломатам. Таким образом - помогая гражданам ГДР бежать на Запад - зарабатывали деньги многие западные немцы. Они предлагали свои услуги через посредников на Востоке. Стоило это от 10 до 15 тысяч западногерманских марок за человека, причём половину, либо треть бежавший должен был уплатить вперед. Для восточных немцев эта была огромная сумма, поэтому без помощи состоятельных родственников или друзей на Западе осуществить побег было нереально».

Естественно, власти ГДР видели всё иначе.

«Разжиганием проблем беженцев Запад пытается сохранить старые, либо создать новые очаги напряжения. С момента создания Германской Демократической Республики империалистические «кайзеры» Запада хотят поставить нас на колени. Прикрываясь лозунгом о прозрачности границ, они создали систему вербовки специалистов и организовали широкомасштабную торговлю людьми. 13 августа 1961 года положило конец этим махинациям. Мир был сохранен. Тем не менее, агрессивные силы продолжают предпринимать попытки, направленные на ликвидацию ГДР. Чтобы как и ранее вредить нашему государству, они используют банды торговцев людьми, управляемые секретными службами, которые занимаются вербовкой и вывозом из страны специалистов».

Однако, не всё было так просто, как это хотели видеть коммунисты и власти ГДР. Например, Альфонс Вильдинг и его сестра Маргарет ( Байер) выросли в семье пастора. Воспитанные на христианских ценностях, они и после образования ГДР продолжали активно работать в церковных кругах. Маргарет и её муж Георг отказались отдать свою 3х-летнюю дочь в городские ясли. Властям ГДР всё это не нравилось: в государстве, где все должны быть равны, кто-то пытался жить по своему.

Говорит Альфонс Вильдинг:

«В государстве рабочих и крестьян общество также делилось на классы, хотя этого вроде бы не должно было быть. На нас это отражалось прямо и однозначно: к детям рабочих и крестьян было совсем иное отношение, чем к детям интеллигенции, и уж тем более к детям служителей церкви. Мы - дети пастора - всегда были изгоями этого общества, небольшой группой, которой постоянно приходилось доказывать свою верность режиму, если мы хотели чего либо добиться в жизни».

Режим не оставлял выбора «прослойке». Именно непролетарское происхождение делало многих потенциальными перебежчиками. Так произошло и с Маргарет Байер.

«Родители присматривали за моей дочерью все время, пока я училась в университете на врача. Это стало известно властям, мне постоянно ставили в упрек то, что мою дочь воспитывают в семье священника, и каждая такая беседа заканчивалась слезами. Я пыталась найти работу, но мне везде отказывали. А после сдачи госэкзамена на поиски работы выделялось всего 3 месяца, и если за это время я ее не находила, то навсегда теряла возможность работать врачом».

Такими методами « неклассовое свободное» общество, так называемой, Демократической Германии выражало свое отношение к « непролетерски настроенным согражданам. Так Альфонсу Вильдингу и семье Байер это общество оставило лишь один выбор – побег. С помощью родственников в Западном Берлине им удалось найти фирму, которая специализировалась на переправке людей через границу. За перевоз каждого из членов семьи фирма потребовала 13 тысяч западногерманских марок, всего 52 тысячи. Уплатить эту сумму было не по карману ни самим беглецам, ни их родственникам на Западе. Семье Байер оставалось надеяться только на ... закон ФРГ.

Мало кто знает, что финансовое законодательство ФРГ позволяло списывать с налогов деньги, затраченные на то, чтобы вызволить кого-либо из ГДР. Т.е. написав в налоговой декларации, что я потратил на подготовку и осуществление побега своего родственника 10 тысяч, я снижал на эту сумму размер дохода, облагаемого налогом. Так правительство Западной Германии оказывало косвенную материальную поддержку жителям ГДР и одновременно стимулировало развитие весьма специфического бизнеса на своей территории. Фирм, занимавшихся рискованным делом вывоза беглецов только из "налоговых соображений" становилось все больше. Власти ГДР знали об этом и старались внедрить в контрабандные структуры своих сотрудников. Их задачей было срывать готовящиеся побеги. Причём, желательно таким образом, чтобы власти ГДР смогли довести дело до суда, чтобы доказать бандитскую сущность этих фирм и этих людей, продемонстрировать эффективность работы пограничников ГДР и лишний раз доказать тщетность любых попыток империалистов дестабилизировать первое в истории государство рабочих и крестьян на немецкой земле. Был у ГДР и финансовый интерес - но об этом чуть позже и так же на примере семьи Байер. Агенты Штази узнали о намерении Байеров бежать на запад задолго до начала осуществления их плана и контролировали его постоянно. Он был заведомо обречён на провал.

Многое казалось беглецам подозрительным в тот памятный декабрьский вечер 1974 года, который они уже считали последним ГДР. Как вспоминает Маргарете Байер:

«Вечером в день побега к нам пришел мужчина и попросил приготовить ужин. Затем он потребовал, чтобы я сделала своей дочери успокоительный укол. Мы отказались, тогда мужчина сказал, чтобы мы дали ей хотя бы успокоительную таблетку. Во время подготовки нам постоянно говорили, что всё будет происходить тихо и незаметно. А в тот вечер прямо перед дверью остановился большой Опель «Адмирал» с номерами из Западного Берлина, который в нашем районе сразу же бросался в глаза. Более того, все соседи видели, как мы в него садились. Затем на этой машине мы на большой скорости выбирались из города по самым узким улочкам, по которым ни один местный житель не поехал бы, боясь вызвать подозрение. На заправке водитель вышел и оставил нас одних в машине. Нам бросилось в глаза то, как много бело-зеленых полицейских машин стояло вокруг. Лишь спустя несколько часов мы поняли, что попали в ловушку».

Всего 7 человек было арестовано в результате этой акции "Штази". Альфонс Вильдинг, Маргарете и Георг Байер были приговорены к трем годам лишения свободы. Причём суда, как такового, с судьей и присяжными не было, потому что приговор был вынесен еще до побега.

Говорит Маргарете Байер:

«Тогда всем было наплевать на наши права, приговор был вынесен заранее и мы знали об этом. У нас ни на секунду не возникало сомнения в том, что всё наше дело и приговор – политическая акция. Мы получили по три года исправительных работ в колонии строгого режима и имели право всего на одно письмо в месяц. Один раз в три месяца мы могли получать посылки и видеться с родственниками. Все это, естественно, только при условии, что наше поведение нравится тюремным властям. Если нет - они в любой момент могли все это запретить».

С предателями в ГДР не церемонились. Маргерете Байер, ставшая пациенткой тюремных врачей, может судить об их методах вполне профессионально - она врач по профессии,.

«Они не останавливались ни перед чем. Каждые 4 недели я регулярно болела. Мне говорили, что я пью витамины, и лишь когда мне случайно попалась на глаза моя больничная карта, я увидела, что меня кормили анаболиками как раз в тот момент, когда у меня было сердечное недомогание. А это был верный путь к скоропостижной смерти».

После постройки берлинской стены количество беженцев из ГДР резко возросло. В 70-е годы в Штази был сформирован специальный отдел по предотвращению побегов, который удивительно быстро начал сам организовывать побеги. Как это происходило рассказывает Клаус Коку, строивший в 50-х годах тоннели для побегов из ГДР, а сейчас занимающийся изучением актов Штази, имеющих к ним отношение.

«Штази вербовала арестованных организаторов побегов. При этом им нередко давали короткий срок, отсидев который, они быстро возвращались в Западный Берлин, чтобы организовывать побеги по заданию Штази. Причём, побеги, организованные спецслужбами ГДР, были нередко успешней, чем те, к которым они не приложили руку. Так происходило потому, что для Штази было важно не нанести ущерб репутации своего агента, организующего побег. При этом Штази сама определяла, кого выпустить из страны, а кого - нет. Отбирали тех, кого не считали для себя опасными».

ГДР-овская пропаганда клеймила позором империализм, зарабатывавший на «торговле людьми». Так называли переправку людей за пределы соцлагеря. Но при этом власти ГДР постоянно использовали желание своих граждан бежать за границу как ... источник доходов для пополнения государственной и партийной казны.

Байеры убедились в этом на своём опыте. Продержав семью два года в тюрьме, ГДР продала их Федеративной Республике, получив за каждого по 150 тысяч западногерманских марок. ГДР заработала на псевдопобегах и вообще на продаже диссидентов миллиарды марок.

Эрих Хонеккер - последний лидер коммунистической ГДР произнёс однажды пророческую фразу: берлинская стена будет существовать до тех пор, пока будут существовать обстоятельства, вызвавшие её появление. Хонеккер был уверен, что отгородившись от мира, ГДР сумеет победить. Экзюпери когда-то сказал, что цитадель, которую человек построил для своей защиты, быстро превращает своего создателя, в узника. В этом мир может убедиться и в Корее, и в Шенгенском пространстве, и в Калиниграде, и в Израиле, и отгораживаясь от оси зла.

Автор: Сергей Мигиц