1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Центральная Азия

Елки и палки туркменской экологии.

С.Ниязов повелел открыть для всеобщего доступа заповедные территории.

На днях СМИ распространили сообщение о новых распоряжениях президента Туркмении. Сапармурат Ниязов, выступая перед вновь назначаемыми на должности служащими некоторых областных и районных администраций, распорядился закрыть все библиотеки и больницы, кроме столичных. Кроме того, он повелел открыть для всеобщего доступа заповедные территории.

Сапармурат Ниязов произнес: «Зачем нам заповедники?», и объяснил свое решение об открытии, а, вернее, о закрытии заповедников тем, что последние - это пережиток советского строя, и теперь, в период благополучия, не от кого охранять животных. Так что на территориях уже бывших заповедников надлежит пасти мелкий скот. На фоне известия о закрытии медицинских учреждений в регионах, сообщение о судьбе заповедников отошло на второй план. Оно показалось многим как бы само собой разумеющимся – какие уж животные, когда людей лечить негде! Многим, но не всем. В интервью корреспонденту «НВ» Оразу Сарыеву ответственный сотрудник одного из крупных заповедников республики выразил недоумение в связи с тем, как можно оставить без охраны исчезающие виды птиц, джейранов, архаров, сайгаков. По словам источника, редкие животные часто перебирались в заповедник для зимовок с сопредельных территорий, где сотрудники давали им корм, хотя падежа все равно в последнее время избежать не удавалось. Источник напомнил, что в туркменских заповедниках обитают животные, занесенные в Красную книгу, и без охраны они истребляются местными жителями и пограничниками.Например, в Копетдагском заповеднике насчитывается несколькосотен архаров и фазанов, кабаны буквально каждый на счету.В Бадхызском заповеднике - несколько куланов, джейранов, фазанов. Редкие виды фисташковых деревьев вытесняются земельными посевами и пастбищами, культивируемыми жителями сопредельных районов.Сходная ситуация с Капланкырским заповедником, куда для зимовки из казахстанских степей раньше мигрировали тысячи сайгаков.Сотрудник заповедника считает, что если все это оставлять на произвол судьбы – это значит нанести по туркменской природе и мировой экологической системе разрушительный удар. Источник сообщил, что уже в течение ряда лет сотрудники заповедника своевременно не получали зарплату, государство не обеспечивало их технической поддержкой, они работали на одном энтузиазме. Но люди все же выполняли свою работу и привыкли еще с советских времен в таких условиях жить и хозяйствовать на территории заповедников. Но теперь бросать все – это настоящая катастрофа.

В свою очередь, лидер оппозиционного движения «Ватан», бывший вице-премьер Туркмении Худайберды Оразов считает:

ХО: Закрытие заповедников – это юридическое оформление того, что фактически было сделано приблизительно 10 лет назад. Как известно, природа Туркмении легко ранима. Достаточно сказать, что из 455 тысяч кв.км 80% занимают пески Каракумов. Поэтому во времена СССР еще в 30-е годы была разработана уникальная программа по борьбе с опустыниванием для сохранения уникальной флоры и фауны. Именно для этой цели нужны были заповедники, которые юридически Ниязов сейчас закрыл. Как и в других сферах, Ниязов в 95-96 годах резко уменьшил, а потом и вообще прекратил финансирование природоохранных мероприятий, которые проходили через министерство природы республики. Были споры об этом, но в конечном итоге, естественно, выигрывал Ниязов. Есть такие уникальные заповедники от Мары до Кирки – начиная с 94 – 95 годов сотни арабских шейхов заезжают туда на огромных джипах, грузовиках, за каждым шейхом ездят десятки его помощников, и они занимаются там соколиной охотой, ловлей дрофы. Практически не осталось уникальных заповедников, которые были в 1991 году. А теперь Ниязов это просто оформил юридически!

Мнение лидера оппозиционного движения «Ватан» разделяет один из бывших высокопоставленных сотрудников Совета министров. В интервью корреспонденту «НВ» Оразу Сарыеву он сказал, что начиная с Кугитанского заповодника на востоке Лебапского велаята, и до Карабилских хербтов на афгано-туркменской границе все заповедные хозяйства уже заброшены. В частности, если раньше на Каспии велся учет пятнистых тюленей, журавлей, уток, производился обмен регистрационными номерами даже со странами Скандинавии, то в настоящее время это огромное хозяйство пришло в упадок. Единственное исключение еще составляет Репетекский заповедник.

Вопрос Худайберды Оразову: отношение власти к заповедникам – это проекция общего отношения лидера государства к экологическим проблемам или же исключительный случай?

ХО: Десятки таких примеров. Возьмем, в частности, аральскую зону. Сейчас много говорится о так называемой «аральской катастрофе», но не все знают, что ее основной удар пришелся на Ташаузскую область Туркмении и Каракалпакскую область Узбекистана. Практически люди не могут ни пить, ни выращивать сельхозпродукцию – то есть люди вынуждены при режиме Ниязова пить и такую воду, но они доживают до 40 лет и погибают. Страшная детская смертность, тяжелые формы инфекционных заболеваний. В такой ситуации находится примерно полтора миллиона жителей Ташаузской области.

Какова логика при принятии президентом Туркмении такого решения, как закрытие заповедников? Ведь только недавно он объявил о новом дорогостоящем проекте строительства в пустыне горнолыжного комплекса? Значит, свободные средства есть?

ХО: У Ниязова есть два условия рассмотрения любых проектов: во-первых, принцип «позолоти ручку», то есть чтобы был учтен его личный интерес, и, во-вторых, чтобы этот проект не приносил никакой пользы населению Туркмении. Возьмем хотя бы такой пример: уже в течение 15 лет каждый год вокруг Ашхабада высаживаются ели. Саженцы привозятся миллионами и высаживаются. К концу года они высыхают, потому что они не могут расти на территории Туркмении, но с упорством и миллионными затратами из госказны высаживаются за счет остановки работы целых учреждений и учебных заведений – «все на высаживание елей»! Если бы эти деньги и усилия направить на высадку саксаула, арчи, которые подходят для нашего климата, то вся Туркмения уже была бы в лесах. Но так как в этом случае природа улучшится, Ниязов занимается высаживанием елок! Другого ключа к его поведению найти невозможно!