1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Политика и общество

Европа: сдвиг вправо

Права человека и права меньшинств. Говорят, что концепция нуждается в переосмыслении под девизом "Европа – не Ноев ковчег". Говорят о прочности союза, основанного на общем образе врага.

default

Хелен Краг: "Программу" нельзя заменить "железом"!

Хелен Краг (Helen L. Krag), директор Института по изучению меньшинств Копенгагенского университета, автор книг по проблемам этнополитики и новейшей истории, считает, что такой союз не обеспечивает безопасности:

Права человека и права меньшинств

На прошлой неделе в Дании побывал федеральный президент Германии Йоханнес Рау (Johannes Rau), который в датском институте внешней политики изложил свои представления о развитии демократии в Евросоюзе. Одно из замечаний, прозвучавших из зала, касалось того, что в хартии евросоюза, принятой в прошлом году в Ницце, о правах меньшинств не сказано ни одного слова. В модели европейской федерации национальных государств положение меньшинств не обозначено, а между тем именно оно представляет собой слабое место всякого национального государства.

Задача: не создавать новых условий для возобновления старых конфликтов

С приемом новых членов в ЕС острота проблемы – правового и политического профилирования меньшинств – становится всё насущнее. При этом под меньшинствами понимаются как группы внутри существующих национальных государств, так и группы, расселённые по обе стороны той или иной границы. Упомяну, скажем, венгров, живущих в Словакии и Румынии, или одно из самых заметных общеевропейских меньшинств – цыган (Roma и Sinti). Если цель объединения – процветающая и свободная от конфликтов Европа, то необходим новый проект решения вопроса о гражданстве. Потому что исключение меньшинств из процесса принятия демократических решений – не менее, чем имущественная и правовая дискриминация, - создаёт мощный конфликтный потенциал в отношениях между меньшинством и большинством.

А ведь в решениях Европейского Совета и во всех конвенциях многократно повторяется, что суть и всей Европы в целом, и каждой страны – в многообразии.

Конечно, задачей Дании на предстоящий период очередного председательства в ЕС могло бы стать последовательное отстаивание этого принципа. Но это, похоже, не стоит в повестке дня.

На чем основана высокая репутация Дании?

У Дании есть репутация защитницы прав меньшинств. У этой репутации – две исторические опорные точки: во-первых, спасение датских евреев во время Второй мировой войны и национал-социалистической оккупации Дании; во-вторых, это образцовое решение проблемы меньшинств на датско-германской границе. Образцовым в так называемой Шлезвигской модели является единодушное признание обоими государствами – Данией и Германией – всей полноты гражданских и политических прав соответствующих меньшинств. Предпосылкой для такого подхода является, с одной стороны, благополучие, определенное равновесие и между обоими государствами, и между меньшинствами и соответствующим государством. В остальном, к сожалению, гордиться нечем.

Новая даская политика в отношении меньшинств достойна сожаления

Датское законодательство в отношении меньшинств отличается ограничительным характером и не вписывается в европейские рамочные условия обращения с национальными меньшинствами, за что Евросовет и подверг это законодательство критике. Как известно, в Дании придают первостепенное значение свободе слова, поэтому за высказывания дискриминационного характера, праворадикальной окраски, невозможно привлечь к юридической ответственности. Параграф, касающийся расизма, в датском законодательстве и без того худосочен, а исполняется он ещё слабее.

Новое правительство Дании однозначно выступило за ухудшение положения беженцев. Сейчас готовится к третьему чтению в парламенте закон об интеграции иностранцев. С точки зрения признания за вновь прибывшими каких-то прав, достойным похвалы этот закон не назовёшь.

Новое правительство очень ограничило помощь странам "третьего мира", помощь, снискавшую Дании всеобщее уважение. Наконец, ещё одна мера – это серьёзное сокращение бюджета правозащитных институций, сокращение, которое приводит к закрытию некоторых организаций.

Программу пытаются заменить железом

Последнее десятилетие 20 века было десятилетием попыток предотвратить конфликты путём расширения прав человека и прав меньшинств. Первое десятилетие нового столетия, похоже, опирается на идею укрепления безопасности. Можно сказать, что "программу" пытаются заменить "железом". Будем исходить из того, что идентичность определяется не языком и религией, а опытом исторических и недавно полученных травм. А поскольку именно эти травмы определяют образ изначального врага, то единственный путь к снижению угрозы конфликтов – это работа над преодолением недоверия, усугубление внимания к болевым точкам, а не дальнейшее презрение к правам. В любой стране, мерами доверия и предоставления людям прав, людей этих можно превратить в добропорядочных сограждан. Говоря с ними на языке власти, можно превратить их в недовольных и строптивых подданных.

Образ общего врага умножает угрозы конфликтов

Относительно мирное развитие после Второй мировой войны было обеспечено уважением прав человека. И наоборот, нарушение прав человека гарантировало войну. Сейчас происходит конструирование новой категории врагов, даже почти гомогенной группы, называемой "террористами". Смысл этой конструкции в том, чтобы всякий, кто борется против своих "терроризмов", становился твоим союзником. Союзничество, основанное на общем образе врага. Оно-то и создает новое конфликтное мышление, которое по своей природе противоположно понятию безопасности. Достоинство отдельной личности, закрепленное ее правом на существование, а также правом на идентичность и соучастие, - вот единственная гарантия подлинной безопасности.

Контекст