1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Мосты

Десять лет жизни в контейнерном городке «Азово»

21.02.2002

В прошлом выпуске передачи «Мосты» мы оказались в контейнерном городке Азово, в котором до сих пор еще живет несколько сот семей - переселенцев из Казахстана, Киргизстана и других регионов бывшего СССР.

Они приехали в немецкий национальный район в надежде обрести свой дом, свою малую родину. Однако спустя десять лет этого пока не произошло. О том, почему заморожено строительство жилья, мы поговорим позже, а пока наши собеседники – некоторые жители контейнерного городка.

- В контейнерном городке мы прожили почти пять лет. Я бы сказала неплохо. У нас все условия были. Мы приехали из Казахстана в 1995 году.

- Я понимаю, что условия в контейнере для переходного периода лучше, чем где-то на улице. Но пять лет – это срок достаточный чтобы сказать: все, хватит.

- Ну, конечно. Это слишком. Хотя и было нам хорошо, прекрасно жить в контейнерном городке. Но жить в квартире – лучше.

- Скажите, а у вас были мысли уехать в Германию?

- Да вы знаете, как сказать. У меня муж то русский. У меня то, конечно были. У меня там живут мама с папой, сын.

- Но вы с мужем будете дальше жить здесь со свекровью?

- Ну, конечно. У нас здесь еще два сына.

- Здесь в этом национальном районе Азова вы себя можете чувствовать немкой?

- Конечно. Тут же и приобщаемся к немецкому языку. Можем и говорить по-немецки. Хотя слабо. Потому что диалект – это одно, а потом мы же долго не разговаривали, а сейчас потихонечку начинаем. Можно и обучаться. Здесь есть курсы немецкого языка. Пожалуйста, ходите, учите.

- Представьтесь, пожалуйста.

- Меня зовут Стопоченко Ирина Викторовна. Я учитель немецкого языка. Работаю в азовской гимназии. И, естественно, живу в Азово.

- А как давно выживете в Азово?

- С 1995 года. Я приехала из Казахстана. На Азово-2 я жила в таком контейнерном домике, и на Азово-1, вот уже шесть лет.

- Сколько у вас комнат?

- Две комнаты. Кухня и спальня, она же гостиная.

- У вас есть семья?

- Нет, я пока одна.

- Ну и удобны ли контейнерные домики для проживания?

- Временно можно. Но недолго.

- Есть ли у вас перспективы на получение квартиры?

- Не знаю. Обещают, но пока не знаю. Если будут строить, значит, что-то получим. Все зависит от того, будут ли строить.

- Вы не уедете из-за жилищных условий?

- Пока у меня планов таких нет. Пока работаю и надеюсь, что действительно в будущем будет жильё.

- Зимой здесь не холодно?

- Нет. А вот летом жарко. Но летом, я уезжаю в отпуск, и меня практически здесь летом нет. Поэтому я жары не ощущаю.

- Можно сказать, что вы здесь обосновались прочно.

- Ну, я думаю, когда я жилье получу, тогда уже будет прочно. А сейчас не могу этого сказать.

- Но это вас не угнетает?

- Нет. Я по жизни оптимист.

- То есть вы терпеливо ждете.

- Конечно.

- А какова квартплата?

- Летом 200-300 рублей, а вот зимой, у нас тут все на электричестве – 600-700 выходит.

- А какая у вас зарплата?

- У меня 1800.

- То есть получается, что проживание в контейнере стоит очень дорого?

- Да.

- У вас есть тут вода?

- Да. Ну, сейчас вот в некоторые часы отключают, а так и вода есть. А душ и туалет находятся на улице.

- Говорят, что этим контейнерам уже 10 лет и они приходят постепенно в негодность. Вы чувствуете это?

- Далеко ходить не надо. Трубы у меня постоянно прорывает. Их варят, а они все равно прорываются. В некоторых вагончиках уже и пол прогнил – меняли пол. Крыши тоже меняли.

- Вас как зовут?

- Виталий.

- Вы давно живете в этом городке?

- Год.

- Квартиру еще не получили, ждете?

- Нет, я в Германию уезжаю.

- Почему уезжаете, надоела жизнь в контейнере?

- Перспективы нет. Квартиры никто не обещает.

Из контейнерного городка мы отправились в районный родильный дом, который построен в Азово на германские средства. Мы облачились в белые халаты и в сопровождении медперсонала смогли оказаться даже в самых недоступных для обычных посетителей местах.

Родильный дом открылся в октябре 1997 года. Потом была реконструкция. Работает постоянно с 24 апреля 1998 года.

- Сколько детей здесь уже родилось за это время?

- В первый год – 65. На второй – 128. А в 2000 – 178. Порядка 500 родилось в районе. Но просто мощность, количество помещений не позволяет принимать еще больше женщин. У нас всего 10 коек. Можно было бы нам побольше, у нас тогда бы женщины меньше рожали в других местах.

- А с чем связано то, что количество детей растет с каждым годом?

- Женщины хотят иметь детей.

- В области идет естественная убыль, а в этом районе рождаемость превышает смертность.

- Вы главный врач всей больницы?

- Всего района. Центральная районная больница – это база.

- Вы здесь совсем недавно, так сказать новичок?

- Да, я с третьего сентября здесь. Не новичок в области, но новичок в этом районе. Хотя, в принципе, я родился в Азовском районе.

Роддом – это одно из подразделений больницы. У нас есть центральный блок – хирургический. Этот модуль был построен 10 лет назад. Естественно, сейчас с ним есть проблемы. Но я думаю, они будут решаться. Другая проблема – это строительство нового стационара. Меня поразила оснащенность медицинским оборудованием сельских структурных подразделений, операционного блока, восхищен роддомом.

- Сколько врачей работает в больнице?

- 45 врачей. А коек 150.

- Представьтесь, пожалуйста.

- Иванова Наталья Николаевна, заведующая родильным отделением. Работаю здесь три с половиной года, с момента открытия роддома.

- Скажите, а вот этот роддом чем-то отличается от городского роддома?

- Я приехала сюда из района Омской области. Он отличается большим количеством оборудования. У нас все тут покрашено, а не побелено, что для обработки очень удобно. Здесь все компактно. Палаты можно было бы сделать побольше, но я приехала уже в готовый роддом. Меня все устраивает.

- Считается, что во многих больницах, в особенности сельских существует проблема с лекарствами. С лекарствами есть проблемы?

- Нет. У нас в области такая установка, что акушерству нужно оказывать первую помощь, и в снабжении лекарствами и всем. Идет программа помощи из Германии и плюс то, что мы просим, нам всегда покупают.

- Вы говорите, что за это время здесь родилось более 500 детей, а смертность здесь высокая?

- В том году у нас не умер ни один ребенок. Но, обычно, каждый год бывает один смертный случай. Чаще всего это недоношенные дети или врожденная патология. И поэтому нет возможности выходить их.

- Какие имена здесь в моде для детей?

- У нас здесь много разных национальностей. Рожают и немки и русские и казашки. Встречаются и немецкие имена. Немцы, которые собираются уезжать, стараются давать больше немецкие имена. А те, кто остаётся у нас, дают нейтральные имена, которые вроде бы и в России в обиходе и в Германии: Ирина, Анна. А иногда уходят из роддома, а ребенок еще без имени. У мальчиков чаще Виктор, Саша.

- Как вас зовут?

- Носкова Эльза Райнгульдовна.

- Вы уже были в Германии на стажировке.

- Я была в Германии в 1996 году в городе Эссене в Элизабеткранкенхаус. Больница рассчитана там на 500 коек.

- Вам это помогло в вашей работе здесь?

- Безусловно. При строительстве этого роддома использовались те знания, которые мы получили. Новейшее оборудование было заказано в Германии именно то, которое нам необходимо для роддома. На открытии роддома были специалисты из Германии, которые обучали всех наших докторов работе с аппаратурой.

- Можно назвать этот роддом символом национального района? Все-таки здесь появляются на свет дети, которые возможно дальше будут жить в этом районе и способствовать тому, чтобы здесь все развивалось и продолжалось?

- Почему нет. Я вам скажу больше. Я только что говорил с роженицей малыша, у которого вы брали интервью. Она решила его назвать Виктором в честь журналиста «Немецкой волны». Они уезжают в Германию на ПМЖ, так что его судьбу вы можете отслеживать.

- Было бы хорошо, если бы немецкие врачи сюда приезжали для обмена опытом, или ваши врачи ездили бы туда?

- Я это буду только приветствовать. Мы найдем понимание и содействие.

Мы сейчас идем по территории больницы. Корпуса расположены компактно. Вот этот контейнерный домик – это пищеблок. Потом идет общесоматическое отделение. Рентген. А там дальше тот блок, который построили германские представители.

- Операционный блок рассчитан на пять лет. Уже прошло десять. Естественно есть проблемы сантехнические. Сибирь есть Сибирь. Те варианты, которые были приемлемы для Германии. Они в настоящее время не приемлемы для Сибири. По этому приходится решать проблему с отоплением, с канализацией.

- Но операции там проводить можно?

- Да. Медицинское оборудование хорошее. Нам нужно решить только сантехнические вопросы.

- А руководство национального района обещает новое здание?

- Да. В ближайшие пять лет это здание будет построено.

- С помощью Германии. Или район будет строить это на свои средства?

- Я думаю, совместно.

Конечно, больница немецкого национального района, которая оснащена современным оборудованием и укомплектована высокопрофессиональным медицинским составом, еще требует больших капитальных вложений. Проводить операции в контейнерном домике бесконечно долго нельзя, но, очевидно, придется еще в течение нескольких лет, пока не будет построено главное здание больницы. А пока больница производит впечатление походной, полевой. Районное здравоохранение находится сегодня в кризисе, как, впрочем, и весь район, для которого в связи со сменой правительства в Германии, на неопределенное время заморожена помощь из Германии. Вот и получается, что в районе много долгостроя, стоят некоторые предприятия, ждут благоустроенных квартир сотни семей, оказавшихся во временных контейнерных домиках.

Мы продолжим вас знакомить с жизнью и проблемами немецкого национального района Азово в Омской области в следующих выпусках передачи «Мосты».