1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Пресса

Демократия дубинок показывает слабость Кремля

Жестокость, проявленная российской милицией во время демонстраций оппозиции в Москве и Санкт-Петербурге, главная тема комментариев мировой печати.

default

Австрийская газета "Зальцбургер нахрихтен" пишет:

Жесткие действия власти не имеют ничего общего с предполагаемой паранойей в Кремле, и их лишь относительно можно увязать с предстоящими в конце года выборами. Для подобных объяснений механизмы управления после семи лет правления Путина действуют сейчас слишком отлажено. Путин все более плотно изолирует свою управляемую из центра империю. Одновременно он все более решительно проводит наступательную внешнюю политику. За его повседневной тактикой кроется не неожиданная истерия, вызванная необходимостью померяться силами с демократами, а долговременная стратегия. На берегах Москвы-реки интернет сегодня подвергается цензуре наследниками КГБ точно так же, как другие СМИ. Кремлевский режим окончательно отворачивается от сообщества западных ценностей и при этом гордится собой.

Швейцарская газета "Базлер цайтунг" высказывает такое мнение:

Невероятная жестокость, с которой российская милиция обращалась с участниками небольших мирных демонстраций в Москве и Санкт-Петербурге кажется удивительной лишь на первый взгляд. Но с точки зрения правящего режима Владимира Путина, она вполне оправдана. Кремль извлек уроки из мирных революций в Грузии и на Украине, где после сфальсифицированных выборов демонстрации протеста быстро набрали размах и смели тамошние правительства. Российская власть стремится не допустить разрастания протестов и одновременно запугивает простых граждан. В краткосрочной перспективе такая тактика может принести успех. Но в долгосрочной перспективе подобная стратегия редко оказывалась полезной.

Датская газета "Берлингске тиденде" так оценивает внутриполитическую ситуацию в России:

Нужно быть слепым как крот и неимоверно толерантным, чтобы не замечать, что не все спокойно в государстве российском. За год до выборов, которые должны означать завершение президентских полномочий Путина, он так жестко правит страной, что от демократии в России осталась одна лишь оболочка. А под этой оболочкой скрываются не свобода, и плюрализм мнений, а жесткая концентрация власти и преследования политических противников. Евросоюз и США могли бы оказывать на Россию больше давления, чем в настоящее время. Ведь пока Путин может без больших помех осуществлять свои замыслы. Впрочем, Путина, конечно же, невозможно свергнуть с помощью путча. С ним и ему подобными необходимо бороться демократическими средствами.

Эту тему продолжает комментарий из французской газеты "Фигаро":

Россияне разочарованы годами правления Ельцина, когда на руинах коммунизма царил хаос. В России намного больше россиян испытывают ностальгию по советскому режиму, чем мечтают о демократии по западному образцу. Сильное государство, которое олицетворяет Путин, в ходе референдума, наверняка, получило бы широкую поддержку. Жестокие действия милиции против демонстрантов не вызовут в России волну возмущения. И все же, Кремль демонстрирует неожиданную слабость, столь жестко реагируя на малейшие проявления недовольства.

В комментарии болгарской газеты "Дневник" читаем:

Столкновения на улицах Москвы и Санкт-Петербурга однозначно показывают, что Кремль предпочитает "демократию полицейских дубинок", которая известна нам из недавнего прошлого и из стран, где правят авторитарные режимы. При этом не важно, почему и как проходят протесты. Достаточно подать голос против режима, чтобы тот обрушился на недовольного всей своей мощью. Впрочем, подобное развитие ни у кого не должно вызывать изумления. Достаточно вспомнить, что российский президент Путин был агентом КГБ, и в сегодняшней России 90 процентов всех руководящих должностей занимают выходцы из спецслужб.

Британск ая газет а "Таймс" пишет:

Беспощадность Путина ставит перед Западом целый ряд непростых вопросов. В среднесрочной перспективе… мы должны стремиться к тому, чтобы только минимально зависеть от поставок российского газа. В ближайшей перспективе нам надо решить, как реагировать, если Гари Каспаров превратится в мученика демократии. Но еще важнее вопрос, о том, как нам лучше позаботиться о тех российских диссидентах, которым было предоставлено надежное убежище в наших странах.

Контекст