1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Мосты

Гроут хочет «взять Берлин»; Как служится в Бундесвере молодым переселенцам?

05.09.2002

На днях в Берлине прошло по-своему уникальное событие. Лидеры культурной автономии «Российские немцы» Владимир Бауэр и Генрих Гроут (напомню, что последний еще несколько лет назад был ярыми противником культурной автономии, сегодня он, украинский гражданин, по мановению волшебной палочки Владимира Бауэра у руля этой организации), так вот лидеры культурной автономии объявили о создании международного конвента российских немцев. Рассорившись в России, Украине и Казахстане со многими руководителями общественных организаций немцев, Владимир Бауэр и Генрих Гроут решили найти единомышленников ни где-нибудь, а в Германии. И нашли-таки. Однако массовой и тем более международной организацией конвент, несмотря на громкое название, судя по количеству собравшихся в берлинском конгресс-центре, не стал. С подробностями наш берлинский корреспондент Константин Июльский.

О своем замысле создать международный конвент российских немцев лидеры культурной автономии России Владимир Бауэр и Генрих Гроут объявили еще в мае во время своего короткого визита в Берлин. В конце августа учредительный съезд в немецкой столице состоялся. Правда, без толп депутатов и пламенных речей. Зал конгресс центра был заполнен в этот день лишь на четверть. Самые массовые организации российских немцев в Германии, землячество и «Хаймат» отказались от сотрудничества в конвенте. Кто же вошел в него?

Генрих Гроут:

«Из Германии мы имеем три основные организации, которые подтвердили свое участие. Это Эшборнский форум во главе с господином Цильке, Landsmannschaft der Wolgadeutschen во главе с доктором Робертом Корном. И очень сильный союз – Aussiedlerverband под названием Wiedergeburt из Баварии во главе с господином Курцем».

Вошедшие в конвент организации, такие как Эшборнский форум или баварское Возрождение при всем уважении к ним массовыми назвать никак нельзя. Большая часть российских немцев и не слышала о них. Такие организации объединяют, как правило, лишь несколько единомышленников. А «Берлинская инициатива» при ближайшем рассмотрении оказалось и вовсе не гражданским движением, а обычным интеграционным проектом, созданным пару месяцев назад, и финансируемым берлинским сенатом. Состоят в таких организациях, как правило, два-три человека, помогающие переселенцам писать бумаги и получающие за это обычную зарплату. Какие же организации российских немцев решили объединиться в предложенный московскими гостями конвент. Председателя общества Хаймат, второго по массовости в Германии, Виктора Уля руководители автономии долго и безуспешно уговаривали присоединиться к конвенту:

«Они меня за уши тянут туда, они же понимают, что у них нет опоры. А их личные амбиции - это просто звездная болезнь. Это несерьезно. Во вторых, не может гражданин России и Украины приехать в Германию, чтобы проводить здесь съезд. Я говорю, ты что Ленин, что ли? Это все равно, что общественное объединение Heimat поедет сегодня в Москву и будет там проводить съезд. Хотя бы для камуфляжа надо бы опереться на какую-нибудь общественную организацию».

Почему же российские немцы, живущие в Германии, столь настороженно отнеслись к такой соблазнительной на первый взгляд идее объединения. Не в последнюю роль сыграли в этом раздоры между лидерами в России, склоки выливающиеся на страницах газеты «Нойес лебен», которую лидеры автономии привезли в Берлин. Со страниц этой газеты гремят выстрелы, громят коллег, лидеров других группировок российских немцев. Культурная автономия, то бишь Генрих Гроут и Владимир Бауэр, обвиняет в воровстве председателя международного культурного союза, ненавистного им Генриха Мартенса в заискивании перед немецким правительством. За это ему и его супруге возглавляющей молодежную организацию российских немцев, пишет газета, немецкое правительство выделило четыре с лишним миллиона марок. Один их главных врагов автономии Иван Беккер украл, или, по словам Владимира Бауэра, получил главный приз за пресмыкательство перед Германией, почти миллион марок, выделенных на его волжскую фирму. Недавний соратник, бывший вице-президент культурной автономии Гуго Вормсбехер, покритиковав руководство, тут же был уличен им в воровстве денег выделенных ему, якобы, на немецкий ансамбль. Вормсбехер обвиняет в свою очередь руководство автономии в краже крупной суммы денег, прошлогодних пожертвований на проведение митингов памяти жертвам депортации. Идейных разногласий между лидерами немцев в России нет. Грызня идет только из-за денег. Это подтвердила в своей речи в Берлине и депутат госдумы Тамара Плетнева:

«Все зло началось, когда начали делить деньги».

Словом, присмотревшись к мужским играм в России, российские немцы в Германии, размягченные здешней демократией, решили повременить с объединением. Пусть, дескать, сначала московские лидеры наведут порядок в собственном доме, мудро решили они, а там видно будет. Депутат госдумы Тамара Плетнева, почетный гость конвента, разочарована, не так представляла она себе в Москве учредительный съезд международного конвента:

«Хотелось бы, чтобы было побольше представительств из разных земель, и не только из бывших союзных республик СССР, но и из других странах. Но вы знаете, это же первый конгресс, в условиях, когда у нас на его проведение нет денег, и все строилось на энтузиазме. Я думаю, что следующее наше собрание будет гораздо представительнее».

Итак, конвент создан, по крайней мере, на бумаге. Командир есть, осталось только собрать войско. Откуда понесутся команды? Где разместится штаб?

Генрих Гроут:

«Мы в последнее время пришли к выводу, что основное препятствие процессу реабилитации и вообще всем мероприятиям, связанным с поддержкой российских немцев в странах СНГ исходят отсюда из Германии, из Берлина. Поэтому мы решили прийти именно сюда в надежде на то, что в родных стенах германские политики услышат нас быстрее, нежели в казахских степях, в Сибири или в Причерноморье. Мы полагаем, что самые сложные вопросы надо решать в Германии, а не за ее пределами».

Ну а кто же будет финансировать конвент. Как известно, любая организация должна иметь оплачиваемый штат сотрудников, секретарей, должна платить за аренду помещения, обзавестись компьютерами, бумагой, мебелью, оплачивать съезды, конференции и многое другое.

«Будем искать новые формы самофинансирования, мы принципиально не хотим финансовой поддержки от германского правительства структурной, чтобы не стать карманной структурой. Мы хотим найти независимые источники финансирования в среде наших предпринимателей как здесь в Германии, мы уже их видим, так и в странах СНГ».

Как известно время лакирует историю. Такого штурма Зимнего, какой мы все видели на киноэкране, как выяснилось позднее, и не было. Пару сотен солдатиков разогнали со свистом охранявший его женский батальон и разошлись по казармам. Возможно и нынешний учредительный съезд конвента в Берлине, на который пришло пару десятков случайных людей, будет преподнесен спустя годы потомкам как идея, овладевшая массами, как ликующее море депутатов. В истории такое уже бывало.

Итак, от помощи Германии Генрих Гроут отказался. Вся надежда на бизнесменов-переселенцев и предпринимателей из числа российских немцев. Вот только под силу ли им финансировать еще одну, пусть и международную, общественную организацию бьющих себя в грудь лидеров уже существующих, да не приносящих большой пользы организаций российских немцев. Вопрос, как водится в таких случаях, чисто риторический...

Как служится в Бундесвере молодым переселенцам?

А теперь спустимся на землю – в Германию. Многие наши слушатели интересуются службой в Бундесвере. Как себя чувствуют в Бундесвере молодые переселенцы. Об этом вы узнаете из сообщения, подготовленного Александром Павловым.

«Чтоб два года прошли, как два дня!» - этот предармейский тост в Германии не актуален, поскольку воинская повинность здесь, в отличие от России длится не «две зимы и две весны», а всего лишь девять месяцев. Наравне с остальными молодыми гражданами Федеративной республики, свой долг новой родине отдают и переселенцы из Восточной Европы. Освобождаются от воинской службы в Германии успевшие «потоптать сапоги» в той стране, откуда они родом, а также люди семейные с детьми. Немецкие военкоматы также стремятся к призыву парней со средним образованием, до момента пока те не продолжили учебу. Если же потенциальный призывник уже прошел треть учебного курса в университете или политехнической школе, то ему дают возможность завершить образование.

Достигший совершеннолетия, гражданин Германии получает повестку на призывную комиссию, которая определяет его способность службы в том или ином месте. Решающим, в данном случае является психологический тест, с помощью которого специалисты выявляют сильные и слабые стороны призывника: «чтобы правильный человек оказался на правильном месте». Говорит начальник призывной комиссии боннского военкомата Вендо Ленинос:

«Бундесвер очень заинтересован в поддержке интеграции переселенцев. Поэтому с первой повесткой призывники-переселенцы получают специально изданную для них брошюру, в которой на немецком и русском языках изложено все о воинской повинности и воинской службе. Типичная проблема переселенцев во время призыва – владение немецким языком. Если она возникла во время теста, то психолог определяет степень ее серьезности – для этого проводятся специальные тесты на понимание, проверяется навыки правописания. В любом случае, тест завершается беседой с психологом, который в итоге решает, пригоден тестируемый к службе или нет?»

Тот, чей немецкий, по мнению психолога, оставляет желать лучшего, в данный момент на службу в Бундесвере не призывается. Ему дается год или два на изучение языка, а затем его вновь приглашают на комиссию.

Гауптманн Лотар Буйный из танковой дивизии в Дюссельдорфе говорит, что с находящимися в его подчинении переселенцами из бывших советских республик, у него нет проблем:

«У меня с подчиненными из числа переселенцев никогда не было проблем. Как раз, наоборот, у них очень высока мотивация, и даже могу сказать, что их показатели выше средних. Они всегда помогают товарищам, являясь очень хорошими солдатами. Могу охарактеризовать их только с хорошей стороны».

Вальтеру Дернигу двадцать один год. Девять лет назад он приехал Германию из Таджикистана и после профессионально-технического училища сразу же «записался добровольцем», подписав контракт на четыре года. Решил пойти по стопам своего дяди - бывшего подполковника вооруженных сил СССР:

«Он очень рад, что я единственный из нашей родни пошел в армию и даже подписал контракт на сверхсрочную службу».

У него есть еще время подумать, хочет ли он посвятить военному делу всю свою жизнь. Пока он отслужил два с половиной года. Проблем с языком у Вальтера не было. Только:

«Сначала были проблемы со званиями, выговорить их. Но они были у всех. И у поляков и у русских. Нам помогали наши старшие. Они с нами сидели, чтобы мы это выучили. Мы выучили, а теперь все идет легко. В армии очень много чему учатся, и тоже очень много выучил и очень много видел».

Девять месяцев Вальтер Деринг провел с миротворческой миссией в Косово. Подружка его, тоже переселенка, была от этого не в восторге:

«Но я ей сказал, чтобы она потерпела и кто любит, тот ждет. Она тоже переселенка. Ей нравится, что я солдат, что я приезжаю к ней, для нее это самое главное. И мы с ней очень хорошо общаемся. Я живу от части в восьмидесяти километрах».

Высок и моральный дух Вальтера Деринга:

«Да, я чувствую, что защищаю родину. В России нас так никто не уважал, потому, что мы были не русскими, а немцами. Здесь же мы пользуемся уважением, особенно в армии. Они не смотрят, откуда я приехал, а смотрят за тем, как я выполняю свои обязанности».

Чувствует ответственность и гордость за свою форму и двадцатилетний Роман Эстерляйн, хотя и служит всего два месяца:

«Что-то конечно есть. Я пошел отдать долг стране, где я сейчас живу, моей родине, скажем так».

Хотя, следует отметить, что не все в Германии с симпатией и энтузиазмом воспринимают людей в униформе цвета хаки. Вот какой мало приятный случай произошел с гаупефрейтером Максимом:

«Когда мы охраняли американцев то народ кричал «шайсамерикана. Другие орали немцы, фашисты или «хайль Гитлер». Мы ничего не говорили, промолчали и пошли дальше. Вот так и относятся, но не все. Турки и им подобные. С девушкой лучше знакомиться без формы».

Вероятно поэтому, у Максима пока нет постоянной подружки. Хотя он по этому поводу не отчаивается:

«Мое мнение, что каждый мужчина должен побывать в армии».

Проблем с алкоголизмом и наркоманией, о которых любят разглагольствовать немецкие СМИ, среди переселенцев в подразделении гауптмана Буйного нет. Нет тут также и дедовщины:

«В принципе, эти альтернативные армейские структуры у нас отсутствуют, хотя бы потому, что срок службы довольно короток. Если бы он был дольше, то они возможно бы и появились. Конечно, сверхсрочник, который уже служит четыре года, обладает совсем иной долей ответственности, чем новичок, и соответственно располагает и совсем иной степенью полномочий. Однако старослужащие новичков не третируют, не «опускают». Если бы я нечто подобное заметил, то я сразу же предпринял бы необходимые меры и тут же наказал виновных».