1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Россия

Горячее лето 2010 года не разогрело активность россиян

Катаклизмы этого лета не дали толчок росту социальной активности россиян и не спровоцировали рост протестных выступлений, утверждают эксперты. Вместе с тем ситуация накалилась и готова взорваться.

В московском метро

В московском метро

Никакого радикального изменения динамики общественного поведения в последнее время в России не наблюдалось. Вывод, который сделал директор Института глобализации и социальных движений (ИГСО) Борис Кагарлицкий на пресс-конференции в Москве 1 октября, основан на результатах наблюдения за последние шесть месяцев. Тем удивительнее, считает эксперт, что факторы экстремальной ситуации, к которым относится аномальная жара и пожары, которые достаточно сильно повлияли на жизнь, в этом случае не сыграли никакой роли.

По словам Кагарлицкого, низкая активность россиян совершенно не соотносится с масштабами бедствий, которые произошли в России этим летом. Объяснение этому феномену было дано такое: российский народ слишком инертен. Кроме того, пожары коснулись в первую очередь сельских районов, тогда как основная масса населения России проживает в городах, отметил Борис Кагарлицкий.

"Как я провел этим летом"

В московском метро

Подмосковье, июль 2010-го

Вместе с тем изменение поведенческих реакций нынешним летом все-таки наблюдалось. Вместо ожидаемого классического социального протеста возникло неожиданное стремление к солидарности. "На пожарах было необычно много волонтеров", - заметил эксперт. А ведь Россия всегда традиционно отличалась отсутствием солидарности в народных массах, что, по словам эксперта, скорее всего, является наследием Советского Союза.

Более того, по окончании лета эти движения не распались, и готовность действовать осталась высокая. Борис Кагарлицкий прогнозирует, что выход этой активности может начаться постепенно, возможно, будущей весной. Свою роль могут сыграть дефицит продуктов и рост цен на них. "Это бомба замедленно действия. Когда она взорвется и какой силы будет взрыв, мы прогнозировать не беремся, но взрыв будет", - заявил Кагарлицкий.

Низы не могут, пока верхи не хотят

Эксперты отмечают, что социальные движения, даже достаточно слабые, ничего не могут изменить, если власть консолидирована. На Дальнем Востоке, например, протестные выступления против введения драконовских пошлин на иномарки были массовыми, в них были вовлечены десятки тысяч человек, но успеха они не имели, вспоминает Кагарлицкий.

В то же время борьба за Химкинский лес, собравшая, по оценкам экспертов, не более 3 тысяч человек на Пушкинской площади, что ничтожно мало, если сравнивать с тем же Владивостоком, смогла пробить брешь в защитной стене, выстроенной властью. По мнению Бориса Кагарлицкого, это стало возможным из-за того, что власть оказалась слаба, внутри элит возникли разногласия, а возможности сохранить в тайне порочность системы больше не существует. На этой почве сила социальных движений значительно возрастает.

Волонтерами не рождаются, волонтерами становятся

Руководитель центра социального анализа Института глобализации и социальных движений Анна Очкина также считает, что экстремальное лето не стало фактором, который формирует социальное протестное движение в России. Виной тому "лидерский характер" протестов, недоверие организационным структурам, а также действия власти, характерные для России. До сих пор эти факторы сдерживали развитие социальной активности, отметила эксперт. По словам Очкиной, исследования показывают, что изначально люди, работающие в социальной сфере, которые в России находятся в наиболее тяжелой ситуации, не верят в возможность оказаться в еще более серьезном положении, чем уже есть сейчас.

Это работает до тех пор, пока сами люди не окажутся на улице. Но феномен рождения сильного волонтерского движения отрицать также невозможно, отметила эксперт. Практически все волонтеры в России - представители все той же социальной сферы: врачи, педагоги и так далее. По методике, разработанной Мировой организацией труда (МОТ), они считаются безработными, так как их зарплата ниже прожиточного минимума, но они помогают другим.

Система образования - болевая точка России

По словам эксперта, ситуация может скоро изменится, и происходить это будет достаточно быстро. После заявления министра образования и науки Андрей Фурсенко о том, что в России 200 тысяч учителей - лишние, не остается ждать иного варианта как сокращение, а это значит, что люди окажутся без дела и без денег. Уже сейчас в административном порядке сокращен фонд заработной платы, и если школы хотят сохранить педагогический состав, они должны найти средства собственными силами.

Таким образом, две волны наконец-то встретились: социальные реформы, которые у многих уже сейчас начинают ассоциироваться с катастрофой, и реальный кризис, усиленный природными катаклизмами. Если прибавить к этому растущее самосознание россиян, которое проявилось в кризисной ситуации, то, по словам Очкиной, получится, что "социальная подушка, которая долгое время удерживала россиян от активности, начинает заметно истончаться".

Профсоюзы – авангард протеста

Заместитель директора Института "Коллективное действие" Андрей Демидов отметил еще одну тенденцию. Несмотря на то, что новые проблемы не вызвали заметной реакции, тем более на макроуровне, проявилась ведущая роль профсоюзов, которые в разных регионах России начали двигать вперед народное протестное движение.

По словам Демидова, организации, создаваемые на базе профсоюзных ячеек или изначально возникающие как профсоюзная организация, сегодня поднимают не только вопросы повышения зарплаты, но и другие социально значимые вопросы, отвечая на которые можно дойти и до создания сильного настоящего протестного движения.

Загадка русской души

Наиболее очевидно становление организаций, занимающихся борьбой за права работников сельского хозяйства. Сейчас уже звучат заявления, обращающие внимание на то, что цены на продукты питания, которые повысились в последнее время, растут не по вине производителей. Например, хлеб сейчас готовят не из муки нового урожая, который в значительной степени сгорел этим летом, а из прошлогодней муки, то есть рост цен - спекулятивный.

Однако вопрос о том, где раньше может произойти социальный взрыв, остался без ответа. Эксперты отметили, что не берутся прогнозировать не только то, когда и насколько сильно может взорваться эта "бомба замедленного действия", но и кто будет первым. По словам Бориса Кагарлицкого, народ России, который часто ведет себя крайне нелогично, и в этом случае подтверждает свою репутацию.

Автор: Егор Виноградов, Москва
Редактор: Андрей Кобяков

Контекст

Архив