Голландская болезнь России: почему остаются бедными страны, богатые нефтью | Рынок и человек | DW | 23.06.2005
  1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Рынок и человек

Голландская болезнь России: почему остаются бедными страны, богатые нефтью

22.06.2005

Сегодня мы поговорим о парижском авиасалоне и голландской болезни. Мы подведём итоги смотра авиастроителей в Ле Бурже, который в этом году побил все рекорды – и по объёмам заключённых сделок, и по числу посетителей. В центре внимания вновь оказалось противостояние между европейскими «Аэробусами» и американскими «Боингами», и вы узнаете, кто выиграл очередной раунд конкурентной борьбы. А затем речь у нас пойдёт о нынешнем взлёте цен на нефть и о том, почему во многих богатых энергоносителями странах жизнь на удивление бедная и почему высокие доходы от экспорта сырья часто приводят не к расцвету экономики, а к её кризису. Именно этот феномен и называется голландской болезнью.

Мировое самолётостроение, пережив тяжелейший кризис после терактов 11 сентября 2001 года в Нью-Йорке и Вашингтоне, сейчас вновь на подъёме – причём подъём этот, похоже, будет очень мощным. Об этом свидетельствуют результаты завершившегося в минувшее воскресенье под Парижем международного аэрокосмического салона в Ле Бурже. Назову только две цифры: всего за неделю самолётостроители Европы и США получили заказы на пассажирские авиалайнеры на общую сумму почти в 49 миллиардов долларов. Это – в три раза больше, чем на предыдущем парижском салоне в 2003 году.

Так что давайте вместе с вагнеровскими валькириями поднимемся в небеса и посмотрим, кто там нынче задаёт тон.

Главным героем, главным аттракционом крупнейшего в мире аэрокосмического салона стал в этом году крупнейший в мире пассажирский авиалайнер – Аэробус А-380. Организаторы ожидали, что на этот раз в Ле Бурже побывает примерно 300 тысяч посетителей – а их оказалось 450 тысяч, и приехали они прежде всего для того, чтобы посмотреть на нового гиганта. Супер-аэробус, впервые поднявшийся в небо всего два месяца назад, ежедневно совершал показательные полёты, и в воскресенье, в последний день смотра, за его плавными движениями в небе следили более ста тысяч человек.

Так что в категории «зрелищность» бесспорным победителем нынешнего Парижского авиасалона стала европейская самолётостроительная компания Airbus. Однако она выиграла состязания и в категории «коммерческий успех».

«Для компании Airbus салон в Ле Бурже прошёл отлично, причём не только для аэробуса А380, но и для всего нашего семейства самолётов», заявила в беседе с корреспондентами Deutsche Welle пресс-секретарь компании Airbus Барбара Крахт. На языке цифр это выглядит так: в течение недели получены заказы на 280 самолётов, каталожная стоимость которых составляет более 33 миллиардов долларов. Это – примерно в два раза больше, чем общий объём сделок, заключённых корпорацией Boeing.

«У нас здесь появился новый покупатель аэробуса А380», - подчеркнула далее Барбара Крахт. Речь идёт об индийском авиадискаунтере Kingfisher – эта компания заказала пять супер-аэробусов. А другая молодая индийская авиалиния - авиадискаунтер Indigo – заказала сразу сто лайнеров А320. Так что авиаперевозчиков из Индии, переживающий явный экономический подъём и коренные изменения в свой транспортной инфраструктуре, тоже можно включить в число героев нынешнего авиасалона в Ле Бурже: индийцы буквально «пачками» закупали самолёты и спокойно выкладывали за них один миллиард долларов за другим. Весьма щедрым заказчиком оказалась и авиакомпания Qatar Airways: она официально объявила о своём намерении в ближайшее время подписать контракты на 15 миллиардов долларов. Треть этой суммы пойдёт на покупку «Боингов» две трети – на приобретение «Аэробусов». При этом представители эмирата Катар решили сделать ставку на самое новое детище европейских самолётостроителей – на дальнемагистральный лайнер А350.

«К концу смотра в Ле Бурже мы получим примерно 110-120 заказов на А350. А к концу нынешнего года эта цифра практически удвоится», - предсказывал в начале авиасалона вице-президент компании Airbus Густав Хумберт (Gustav Humbert). И оказался прав, причём половину заказов обеспечила авиакомпания Qatar Airways – она запросила 60 машин. Проект А350, реализация которого должна начаться в сентябре, - это ответ европейских самолётостроителей на Boeing 787 Dreamliner.

«На нём можно будет осуществлять беспосадочные полёты между любыми двумя точками, а именно это и нужно людям. Вы ведь тоже не захотите совершать пересадку, если можно добраться напрямую», вновь и вновь подчёркивал в Ле Бурже глава «Боинга» Майкл Блэр (Michael Blair), указывая на преимущества Dreamliner’а. В этих словах – неприкрытая полемика с концепцией супер-аэробуса А380. Он в силу своих размеров предназначен для полётов только между самыми крупными аэропортами, а потому в значительной мере рассчитан на пассажиров, которые, совершив пересадку, затем полетят в свой конечный пункт на менее крупном лайнере. А экономичный и не очень большой дальнемагистральный Boeing 787 Dreamliner сможет совершать прямые трансконтинентальные рейсы между самыми разными аэропортами. И тот факт, что на эту машину, которая начнёт перевозить пассажиров через два года, уже поступило более 260 заказов, показывает: данная концепция привлекательна для очень многих авиакомпаний. Так что в категории «дальнемагистральный самолёт средних размеров» в Ле Бурже победили американцы, оставив новоиспечённый аэробус А350 далеко позади.

А теперь от самолётов перейдём к тому топливу, на котором они летают. Точнее говоря, к нефти, из которой это топливо делают. В начале нынешней недели цена важнейшего энергоносителя на нашей планете взлетела до очередной рекордной высоты – за баррель легкой американской нефти давали более 59 долларов, и теперь уже мало кто сомневается, что вскоре будет взят и рубеж в 60 долларов, ещё совсем недавно казавшийся просто фантастическим. Жители стран, богатых нефтью, должны, вроде бы, радоваться, даже ликовать, предвкушая рост своего благосостояния. Однако в России, например, у широких слоёв населения нет ощущения, что их жизненный уровень растёт прямо на глазах – вместе с котировками на нефтяных биржах. Но, может быть, это чисто субъективное восприятие действительности? А как насчёт объективных макроэкономических показателей? Оказывается, они тоже улучшаются далеко не так быстро, как ожидалось, а некоторые даже ухудшаются. Например, в мае в России резко снизились темпы роста промышленного производства. Как объяснить такое противоречие: Россия экспортирует всё больше нефти по всё более высоким ценам - а экономическая ситуация в стране осложняется? Для специалистов диагноз совершенно очевиден – Россия захворала «голландской болезнью». То есть с научной точки зрения ничего удивительного не происходит: у учёных есть ответ на вопрос, почему, например, многие богатые нефтью и другими полезными ископаемыми страны Африки и Азии как жили, так и живут в беспросветной нищете. С одним из таких учёных беседовал корреспондент Deutsche Welle Клаус Ульрих:

На первый взгляд, это просто удивительно! Казалось бы, страна, которая получает большие доходы от продажи сырья, должна жить благодаря этому очень богато. Однако весьма часто это, увы, не так! В подобных странах нередко царит коррупция, идёт непрерывная борьба за перераспределение ресурсов, прекращаются инвестиции в экономику, поскольку возникает ощущение, что высокие доходы и так гарантированы.

Именно в этом и состоит суть проблемы, подчёркивает эксперт Института немецкой экономики в Кёльне Хубертус Бардт. Изучив опыт целого ряда стран-экспортёров нефти, он пришёл к выводу, что «чёрное золото» очень часто становится не благом, а злом, и всё потому…

…что большинство таких стран слишком концентрируется на природных ресурсах и забывает, что необходимо зарабатывать деньги и на чём-то другом.

В подобную ловушку в недавнем прошлом – во второй половине 20-го века - попала даже такая богатая и промышленно развития страна, как Голландия.

Там в конце 60-х годов были найдены полезные ископаемые, а именно – нефть и газ в Северном море. В результате вырос курс голландской валюты, а это осложнило экспорт продукции, производимой другими отраслями экономики. Голландия очень страдала от этого феномена, темпы экономического роста снизились, число безработных увеличилось.

С тех пор эксперты и говорят о «голландской болезни». Правда, сама Голландия сумела сравнительно быстро от неё избавиться. Полному излечению весьма способствовали накапливавшаяся веками мощная индустриальная база и политическая воля руководства страны, своевременно прислушавшегося к мнению экспертов. Совсем иное дело – государства, входящие в ОПЕК, Организацию стран-экспортёров нефти. Хубертус Бардт приводит статистические данные о годовом доходе на душу населения – это, пожалуй, самый точный показатель благосостояния общества. Так вот, доход, превышающий 20 000 долларов на человека, имеют только два члена ОПЕК – Катар и Объединённые Арабские Эмираты. А вот в Нигерии данный показатель не достигает и 1000 долларов. Кёльнский учёный объясняет это целым рядом причин:

Страны, богатые полезными ископаемыми, такие, например, как государства ОПЕК, всегда очень много денег тратят на военные цели. А вот на образование они выделяют куда меньше средств, к тому же в загоне оказываются и фундаментальная наука, и научно-технические разработки.

Вот конкретные цифры: страны ОПЕК в период с 1988 по 2001 год расходовали на покупку оружия и вообще на армию в среднем 6 процентов своего валового внутреннего продукта. А в других развивающихся странах или государствах с переходной экономикой, например, восточноевропейских, расходы на оборону не превышали и 3-х процентов валового внутреннего продукта. Таким образом, многих экспортёров нефти объединяет откровенная милитаризация. Ещё один общий признак – бюрократизация, порождающая, в свою очередь, повальную коррупцию.

Коррупция – это одна из самых больших проблем для стран, богатых полезными ископаемыми. Легко представить себе, какой аппетит возбуждает поток денег, неожиданно обрушивающийся на страну. Каждый пытается урвать кусок пирога, каждый пытается так повлиять на государство, распоряжающееся этими деньгами, чтобы извлечь личную выгоду. Вот именно это и называется коррупцией.

Конечно, сейчас, когда цены на нефть очень высокие, доходы от её экспорта даже в условиях повсеместной коррупции благотворно сказываются на государственном бюджете. Хубертус Бардт в качестве положительного примера приводит Россию, которая получила возможность досрочно погасить часть своего внешнего долга. Своего рода образцом для других нефтедобывающих стран кёльнский учёный считает Норвегию. Он даёт очень высокую оценку давно уже созданному в этой стране фонду, в который контролируемые государством норвежские нефтегазовые компании перечисляют часть своей прибыли. Сосредоточенные в этом фонде средства вкладываются в ценные бумаги на мировом фондовом рынке.

Совершенно верно, инвестиции направляются за рубеж. В государственный бюджет поступает лишь определённая часть доходов, основная часть откладывается на «чёрный день».

По пути создания такого фонда пошла и Россия - там он был назван стабилизационным. Однако эксперт Института немецкой экономики в Кёльне Хубертус Бардт подчёркивает, что самое важное - не просто создать такой фонд, а грамотно распорядиться его средствами. Конечная цель каждой нефтедобывающей страны должна состоять в максимальной диверсификации народного хозяйства. Хороший пример в этом смысле подают Объединённые Арабские Эмираты. В Дубае, например, сейчас бурно развивается туризм, здесь строится один фешенебельный отель за другим. Кроме того, Дубай всё больше превращается в крупный транспортный узел, в перевалочный пункт для пассажиров и грузов. Направлять нефтяные деньги на развитие самых разных отраслей экономики – вот залог того, что запасы «чёрного золота» будут благом, а не злом, подчёркивает кёльнский эксперт.

Эта проблема в данный момент чрезвычайно актуальна для стран Каспийского бассейна, скажем, для Азербайджана. Государствам этого региона необходимо следить сейчас за тем, чтобы деньги, полученные от продажи нефти, с одной стороны, не были слишком быстро израсходованы, а поступили бы примерно в такой же фонд, который существует в Норвегии. С другой стороны, такой фонд следует уже сейчас достаточно активно использовать для инвестиций в другие отрасли экономики, для создания разнообразных промышленных предприятий, чтобы тем самым повысить общую конкурентоспособность страны и снизить её зависимость от экспорта нефти.

Ну что ж, сегодняшний «авиационно-нефтяной» выпуск радиожурнала „Рынок и человек“ подошёл к концу. Я прощаюсь с вами и напоминаю, что следующий раз в увлекательный мир экономики мы с вами окунёмся ровно через неделю. Кстати, ровно через неделю речь у нас пойдёт о том, ведёт ли международная экспансия к сокращению или к созданию рабочих мест внутри страны. Знаменитая консалтинговая фирма McKinsey провела широкомасштабное исследование и пришла к весьма неожиданным выводам. Так что до встречи!