1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Тема

Германия в долгах

19.11.2002

Экономическая ситуация в Германии далека от идеальной и уже давно не может служить образцом для подражания. Катастрофический рост государственной задолженности привел к тому, что ФРГ нарушила теперь один из основных критериев Маастрихтского договора, заложившего основы европейского валютного союза: в этом году дефицит германского бюджета превысит максимально допустимую норму в три процента.

Долговой счётчик, фиксирующий рост государственного долга Германии крутится все быстрее: каждую секунду задолженность германского государства увеличивается на тысячу триста тридцать три евро. Союз налогоплательщиков ФРГ – представляющий интересы всех жителей Германии, платящих налоги, разместил такой виртуальный счётчик на своей интернетовской странице и установил реальный во Франкфурте-на-Майне. «Чтобы никто не забывал, что живет уже сегодня за счёт наших потомков», - заметил президент союза Карл-Хайнц Дэке. Общая сумма государственного долга ФРГ к моменту начала нашей передачи составила один триллион 251 миллиард 970 миллионов евро. Шесть последних цифр в этом показателе меняются со скоростью цифр на секундомере. Я попросил экономического обозревателя русской службы «Немецкой Волны» Андрея Гуркова объяснить, кому должно германское государство.

- Я думаю, что многие слушатели на территории бывшего СССР при слове государственный долг думают о тех долгах, которые имеют, например, Россия или Украина – это, прежде всего, внешняя задолженность, то есть долги перед международными финансовыми институтами или перед отдельными государствами. В Германии, как и в других развитых странах, таких, как Япония или США, ситуация другая. Они берут деньги на рынке капитала, выпуская государственные облигации. В зависимости от потребности в деньгах выпускают больше или меньше облигаций. И эта задолженность – задолженность перед анонимным финансовым рынком. Любой гражданин планеты может быть кредитором немецкого государства, если он купить немецкие государственные облигации. Поэтому нельзя точно сказать, внутренняя это или внешняя задолженность. Это задолженность перед финансовым рынком.

Накануне прошлых выборов в бундестаг, в результате которых «красно-зелёной» коалиции удалось остаться у власти на второй срок, доходы и расходы государства были примерно равны. Однако, как выяснилось, бюджет основывался на ошибочных расчётах. Как это произошло, поясняет экономический обозреватель Рольф Венкель:

- Ежегодная государственная задолженность не должна превышать годового объема государственных капиталовложений, это записано в германской конституции. Капиталовложения в этом году должны были составить 25 миллиардов евро, а долги по подсчётам Министерства финансов не должны были превысить 21 миллиард евро. Однако эти подсчёты основывались на прогнозах, которым не суждено было подтвердиться. Количество безработных в Германии не сократилась ни на йоту и по-прежнему превышает 4 миллиона. А рост экономики оказался гораздо ниже, чем ожидалось. Безработные, как известно, в государственную казну ничего не вносят, а, наоборот, получают из неё выплаты. И теперь выяснилось, что поступления в госбюджет и в текущем, и в следующем году будут на 16 миллиардов евро ниже, чем полагал министр финансов Ханс Айхель. Это значит, что пересмотра бюджета и, соответственно, роста задолженности не избежать. Получается, что реальная задолженность государства составляет в текущем году 37 миллиардов евро, что гораздо выше капиталовложений и, тем самым, противоречит конституции. Завтра, в среду, Айхелю предстоит выступить с объяснениями в бундестаге. Он заявит, конечно, что бюджет не противоречит конституции, поскольку конституция предусматривает исключения из правил. Оно касается тех случаев, когда в стране нарушен общий экономический баланс, то есть, попросту говоря, кризисная ситуация. И при наших 4-х миллионах безработных это именно так. Но, с другой стороны, конституция однозначно предписывает, что делать дополнительные долги можно только с целью восстановления общего экономического баланса, например, повышения занятости. Понятно, что Айхелю эти дополнительные 16 миллиардов нужны для того, чтобы залатать дыры в бюджете, а не для того, чтобы создавать новые рабочие места.

Оппозиция требует теперь создать специальную парламентскую комиссию по расследованию предполагаемого предвыборного обмана избирателей. Только так, по мнению руководства партии ХДС, можно будет выяснить - скрыли «красно-зелёные» политики истинное положение дел от избирателей, или же речь идёт об элементарных ошибках в экономических прогнозах. В последнее верится с трудом. Ханс Айхель – опытный финансист и он не мог не знать о реальном положении дел. На что рассчитывает оппозиция, создавая эту парламентскую комиссию? Мой берлинский коллега, парламентский корреспондент «Немецкой Волны» - Никита Жолквер, поясняет:

- По мнению христианских демократов, правительство знало о критическом состоянии государственных финансов, о резком сокращении налоговых поступлений в этом году, но утаило эту информацию от избирателей. Наоборот говорилось, что все в порядке, что повышения налогов не будет. Но именно с повышения налогов и прочих отчислений правительство и начало свою работу. ХДС считает, что это злонамеренный обман избирателей, и требует создания такой следственной комиссии для того, чтобы разобраться в обстоятельствах предвыборной кампании социал-демократов и «зеленых».

Рольф Векель, в свою очередь, полагает, что создание подобной комиссии не имеет никакого смысла.

- Требование оппозиции создать комиссию по расследованию я считаю абсолютно неуместным. Подобные комиссии создаются для расследования криминальных афер. Нынешнее правительство возможно и обмануло избирателей своими неверными расчётами, но это – политическая ошибка, а не экономическое преступление. Кроме того, бюджет принимался не только федеральным правительством в Берлине, но и представителями федеральных земель в бундесрате, в том числе и тех земель, где у власти оппозиционные ХДС/ХСС. Бундесрат вполне мог бы обратить внимание на ошибочные расчёты. Проблема в том, что экономить, делать накопления нужно было раньше, когда дела шли лучше и экономика развивалась. Однако, когда дела идут хорошо, политики склонны не экономить, а делать подарки избирателям - ведь они хотят, чтобы их переизбрали.

Никита Жолквер приходит к выводу, что, заявляя об обмане избирателей и добиваясь расследования, оппозиция совершает хитрый политманёвр накануне выборов в федеральных землях Гессен и Нижняя Саксония.

- После информации о том, что в Германии резко будут повышены налоги, популярность правительства резко пошла на убыль. Если верить опросам общественного мнения, сегодня рейтинг социал-демократов составляет менее 30%, а рейтинг оппозиции более 50%. Дело в том, что в начале февраля в Германии пройдут новые выборы, не общефедеральные, а земельные – в двух федеральных землях Гессен и Нижняя Саксония. Естественно, что христианские демократы хотели бы сохранить такой разрыв в рейтингах, чтобы победить на выборах. График работы следственных комиссий, в общем, соответствует этим планам. Следственная комиссия, если она будет создана, начнет свою работу в начале декабря. Намечено несколько – пять или шесть – заседаний этой комиссии, так что все это будет продолжаться в течение всего декабря и января вплоть до того момента, когда в этих двух федеральных землях пройдут выборы. В результате, весь этот период общественное мнение будет находиться под напряжением, будет получать дополнительную информацию с заседаний этой комиссии, что, естественно, на руку христианским демократам.

Это – внутриполитические аспекты проблемы, но есть и внешнеполитическая сторона, касающаяся участия ФРГ в Европейском валютном союзе. Германия сейчас нарушила критерии Маастрихтского договора, точнее один из критериев: государство-участник евро-клуба не имеет права делать больше долгов, чем три процента от валового внутреннего продукта. Теперь же ясно, что в Германии эта цифра вырастет до 3,8 %, а в следующем году – минимум до 3,3%. Андрей Гурков поясняет:

- В тот момент, когда все только готовились войти в Европейский валютный союз, было три основных критерия. Один из них до сих пор сохранил свою актуальность, согласно которому дефицит государственного бюджета не должен превышать трех процентов от ВВП. Существовал также критерий, касающийся учетных ставок, которые не должны были быть слишком высокими, и критерий инфляции. Страны, которые к моменту введения евро выполнили эти критерии, и вошли в еврозону – 12 стран. Процентные ставки теперь во всей еврозоне одинаковые, инфляция тоже, потому что у всех единая валюта, хотя в каждой стране инфляция все-таки исчисляется отдельно. Тем не менее, эти два критерия свою актуальность уже утратили. Остался главный критерий стабильности – этот трехпроцентный рубеж дефицита государственного бюджета. И вот тут Германия, которая в начале 90-х годов на гребне объединения страны была неким локомотивом, мотором и, отчасти, учителем других европейских стран в отношении стабильности валюты и экономического процветания, оказалась сейчас на задней парте среди худших учеников и страдает от того, что ввели евро и ввели его по тем правилам, на которых настаивала сама Германия. С другой стороны, эти страдания в долгосрочной перспективе целебны, потому что этот пакт стабильности, это правило о трехпроцентном рубеже - своего рода смирительная рубашка для правительства и, в особенности, для министра финансов, чтобы они хозяйствовали разумно и не тратили больше денег, чем способны заработать в государственный бюджет.

Что ж, остается добавить, что за время нашей передачи объем государственного долга ФРГ увеличился на без малого 810 тысяч евро.