1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Галерея

Георг Пихт

07.10.02

Георг Пихт родился в 1913 году в Страсбурге в высокообразованной семье. Его дед был известным археологом и впоследствии – воспитателем Фридриха Третьего. Его мать, сестра писателя Эрнеста Куртиуса, поддерживавшая дружеские отношения с Альбертом Швейцером, сначала сама преподавала историю, литературу и французский язык своему сыну. Кроме того, Пихт брал уроки латыни у известного специалиста по классической филологии Йозефа Лигле.

По окончании гимназии во Фрейбурге Пихт начинает изучать философию, классическую филологию и педагогику. После прихода нацистов к власти глубокое разочарование у Пихта вызвала позиция университетов по отношению к новым властителям. Вера Пихта в науку в это время оказалась подорванной, поскольку наука не считала своей обязанностью строго придерживаться истины. В это время Пихт впервые критикует "необязательность духа".

В 1940 году Пихт становится учеником выдающегося философа Мартина Хайдеггера, познакомившего его с проблематикой "Бытия и времени", а также с методикой "просветительской диалектики". В последующие годы Пихт интенсивно изучает работы Канта и Ницше.

После войны Пихт основал гимназию-интернат, в которой преподавание велось по особой концепции, разработанной самим Пихтом. Эта концепция предусматривала конкретизацию тесной связи между мышлением и действием. Передача знаний, причём упор делался на гуманитарные науки, была подчинена главной цели – воспитанию. Пихт верил в способность каждого ученика проявить свои таланты. Испытывая глубокое уважение к европейской культуре, Пихт с тревогой наблюдал за тем, как современное ему общество всё больше утрачивает историческое сознание, оставаясь тем самым без каких-либо ориентиров. Поэтому главными задачами педагогики Пихта являлись воспитание чувства ответственности, чувства общности и честности. Именно Пихт был одним из инициаторов разгоревшейся в 50-е и 60-е годы дискуссии о необходимости осуществить реформу системы образования в Германии. В 1965 году за своё эссе "Катастрофа системы просвещения в Германии" Пихт был награждён премией имени Теодора Хейса и стал членом союза писателей.

С 1958 года Пихт возглавляет Исследовательский центр евангелического научного общества в Гейдельберге. Здесь Пихт создаёт своего рода форум для сотрудничества между богословами и учёными, занимающимися естественными и гуманитарными науками, а также правом. Основное внимание в исследовательском центре уделялось социологии бундесвера, изучению проблем мира, энергетической политике и экологии. С 1965 года Пихт в течение 13 лет возглавляет кафедру религиозной философии в Гейдельбергском университете.

В 1969 Пихт публикует книгу "Не бойтесь утопии" ("Mut zur Utopie"), которая вызвала такой резонанс, что уже вскоре была переведена на 9 языков. В этой книге Пихт исследует глобальные проблемы и их взаимодействие. Благодаря давней дружбе с физиком-ядерщиком Карлом Фридрихом фон Вайцзекером Пихт начинает по-новому осознавать историю и глобальную ответственность за судьбы мира. В книге Пихт формулирует задачи, которые человечеству предстоит решить в будущем.

В Германии слово "утопия", особенно в устах учёного или политика, всегда имело некоторый негативный оттенок. Пихт употребляет слово "утопия" в несколько ином значении.

"Я считаю необходимым придать этому слову новый смысл. Обычно утопией называют нереальные, иллюзорные представления о будущем мире. Существуют также негативные утопии, полные ужасных картин будущего мира, которые, собственно направлены на то, чтобы заострить внимание на негативных явлениях нынешнего мира. Мне кажется важным указать на то, что сегодня человечество вступило в ту фазу своей истории, когда оно оказывается вынужденным создать новый, искусственный мир, поскольку в будущем только в этом искусственном мире человечество сможет прокормить и сохранить себя. Построить этот мир можно, лишь имея чёткое представление об этом будущем мире. Эти представления должны быть реалистическими, то есть не выходить за рамки реальных возможностей. Если же мы откажемся от "проектирования" мира, считая, что мы можем обойтись без этого, то наша затея со строительством нового мира окажется обречённой на провал, что, в свою очередь, будет иметь катастрофические последствия. Я называю это "просвещённой утопией", поскольку она должна быть в состоянии избегать заблуждений, обусловленных нашими неосознанными желаниями и нашими неосознанными страхами. "Просвещённой" эта утопия является потому, что она предполагает точное осознание реальных возможностей".

Осознанию реальных возможностей должна способствовать футурология, наука о будущем. Что же это за особая научная дисциплина?

"Исследование будущего возможно лишь в рамках взаимодействия множества научных дисциплин. Правда, спорным по-прежнему остаётся вопрос о том, можно ли вообще исследовать будущее. На это можно ответить, что уже сегодня есть целый ряд непреложных фактов будущего мира, поддающихся точным расчётам, при этом следует указать, в каких условиях были произведены эти расчёты. Например, с удивительной точностью можно рассчитать рост населения мира в ближайшие десятилетия. Существует огромное множество бесспорных данных относительно будущего мира, которые поддаются научным расчётам. При этом можно точно выяснить, какие последствия будут иметь эти данные в будущем. Таким образом, мы оказываемся в сфере точных данных, которые необходимо принять к сведению, поскольку, оставаясь реальностью будущего, они в то же время являются и сегодняшней реальностью, которую следует учитывать".

В своей работе Пихт поднимает очень важную проблему: проблему взаимоотношений между наукой и политикой. По мнению Пихта, уже сегодня наука представляет собой значительную политическую силу. Так ли это? Ведь мировая политика далеко не так рациональна, как наука.

"В своей книге я выдвигаю тезис, который носит провокационный характер: наша раздробленная на сотни и тысячи отдельных дисциплин наука, наша канонизированная наука, по сути своей, нерациональна. И поскольку наука в её нынешнем состоянии нерациональна, то вряд ли желательно, чтобы она в своей нынешней форме оказывала большее влияние на политику. Нам следует придать науке форму, которая обеспечивала бы ей способность выполнять консультационную функцию при политике. Особенно в Германии этого ещё нет".

Действительно, если наука приобретёт эту форму, то она сможет оказывать значительное влияние на политику. Как пишет Пихт в своей книге, "в будущем мире политика достигнет такой степени абстрактности, что её вполне можно будет сравнивать с астрофизикой". Однако именно астрофизику сегодня больше не понимает большинство учёных, занимающихся другими естественными науками, не говоря уже о людях, вообще далёких от науки. Означает ли это, что в будущем политика будет непонятной людям, ради которых она проводится?

"Действительно, это одна из серьёзных проблем нового технизированного мира: рациональность систем управления, необходимых для функционирования этого мира, обладает описанной мною степенью абстрактности. Кроме того, серьёзные международные проблемы могут быть решены только международными инстанциями. Решение этих проблем на уровне политики отдельных государств и на уровне политического сознания отдельных государств становится всё более трудным, а в некоторых областях – вообще невозможным. Сегодня ни один политик не в состоянии действительно понять проблему, например, скажем, проблему современной энергетической политики. Не только политики, но и большая часть учёных блуждают в потёмках жизненных вопросов. Так что нам придётся выработать совершенно новые институциональные формы политики, для того чтобы демократическая общественность была в состоянии понимать политические решения. Сегодня тревогу вызывает не тот факт, что часто проблемы вообще остаются незамеченными, а тот факт, что многие считают, будто вопросы нового технизированного мира можно решить с помощью политических инструментов, использовавшихся до технической революции. А ведь это невозможно. Тем самым, в отношениях между политикой и наукой возникает совершенно новая проблема – проблема политической свободы, которая в будущем будет зависеть от совершенно иных факторов, чем в прошлом".

Итак, возникает вопрос свободы науки. В этом "утопическом политическом мире" Пихт отводит науке, а следовательно, и учёным совершенно новую роль. Учёные не должны заниматься, чем им хочется. Они должны постоянно думать о последствиях своих научных открытий. Не означает ли это отказ от свободы научных исследований?

"Свободным человек, обладающий чувством ответственности, является именно потому, что он не делает, что ему взбредает в голову, а думает о последствиях своих действий. То же самое относится и к науке. Наука будет обладать истинной свободой лишь в том случае, если она разработает теорию последствий своих собственных достижений и, учитывая эти последствия, будет принимать решения относительно направления своей работы. Это и есть проблема ответственности".

Таким образом, кто-то должен определять направление научных исследований. И кто же должен этим заниматься?

"Современные научные исследования сегодня – это широкомасштабные исследования, то есть это означает, что их необходимо планировать. И в связи с тем, что научные исследования требуют огромных инвестиций, они оказываются во всё большей зависимости от политических и экономических интересов. Свобода науки будет зависеть от того, удастся ли создать учреждения, способные, руководствуясь чувством ответственности, планировать научные работы. Нам нужны учреждения, исследующие последствия научных работ и зависимость науки от определённых факторов. Собственно, в этом и заключается центральная проблема сохранения свободы в современном мире".

Во время студенческих протестов 1968 года Пихт становится одним из важнейших участников полемики со студентами. Пихт настаивал на введении самоуправления в университетах, полагая, что только свобода в состоянии обусловить политическую силу науки в государстве и обществе. Поэтому в 1971 году президент Германии Густав Хайнеман пригласил Пихта принять участие в работе Немецкого общества по исследованию конфликтов и проблем мира.

В 1972 году Пихт прочитал свой знаменитый доклад "Искусство и миф", в котором он указал на трансцендентность истины, познающейся через искусство совершенно иначе, чем через науку. Искусство, наряду с религией и наукой, Пихт считает составной частью европейской культуры. По мнению Пихта, миф, который отражает в себе непостижимую силу "незнания", позволяет прикоснуться к божественному.

Георг Пихт умер в 1982 году, так и не дождавшись выхода в свет своей последней книги "На горизонте времени", перекликающейся с главной работой Хайдеггера "Бытие и время".

Георг Пихт, высокообразованный просветитель, посвятил всю свою жизнь служению обществу: сначала – как учитель, а затем – в качестве профессора философии. В своих работах он исследует как проблемы классической философии, так и вопросы глобальной этики, исходя из тезиса о необходимости и возможности обновить жизнь посредством веры в единого Бога.

Арно Крауткремер, НЕМЕЦКАЯ ВОЛНА