1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Тема

Генпрокуратура России занимается делом проживающей в Германии чеченки Субар Магамедовой

07.11.2002

Как сообщило российское телевидение, генпрокуратура России обратилась к властям Германии с требованием помочь в расследовании преступления, совершённого чеченкой - она названа Субар Магомедова - которая убила в Грозном четырёх российских солдат. Посол России был по этому поводу в МИДе Германии. Подчёркивается, что в этом она сама призналась в интервью немецкому новостному телеканалу N-TV. Что же произошло? Кто эта женщина, что она сделала, и почему немецкие телевизионщики предоставили ей возможность выступить в эфире? Об этом и пойдёт сегодня речь.

Как Субар Магомедова оказалась в немецком эфире, понять нетрудно. Московская трагедия, естественно, вызывала живейший интерес в мире, но информационная политика российских властей была столь упрощённой, одиозной и туманной, позволяла такое количество самых различных трактовок, что западные средства массовой информации, желавшие дать своим зрителям и слушателям представление о всей сложности проблематики, были вынуждены собирать её по крупицам повсюду, где только было возможно. Субар Магомедова, живущая в Германии как беженка, стала известна немцам после того, как ряд газет и интернет опубликовали отрывки из её книги, точнее, из книги написанной с её слов немецкой журналисткой. Кстати, на самом деле она называется не Субар Магомедова, а Ася Домбаева. Субар Магомедова - это имя рассказчицы в книге и, если я правильно понял, имя её дочери. Так вот, как рассказала мне по телефону Ася Домбаева, немецкие журналисты позвонили ей, чтобы узнать её мнение по поводу захвата заложников. Она ответила:

- Я сказала, конечно, это неправильно, но чеченские люди – все, которые находятся в Чечне – они все в заложниках. С 99 года ни одного журналиста туда не допускают, они все находятся в смертном страхе. Я не знаю, наверное, это интервью им не понравилось. Я сказала, почему весь мир молчит и никто не говорит об этом? Почему чеченский народ – детей, например, роддомы, больницы с больными людьми вместе уничтожили. Ни одной больницы у нас в Чечне нет, почему об том никто не говорит? Весь мир молчит. В заложниках весь чеченский народ в данное время. Они ночью заходят, мирных людей забирают, уничтожают. Почему об этом никто не говорит, - так я сказала. Каждый, кто находится в Чечне, каждый наемник - солдат я не обвиняю, потому что они молодые еще - каждый наемник издевается, убивает, уничтожает наш народ. Об этом говорить нельзя.

Вы участвовали и в вооруженной борьбе, это было в первую еще войну, да?

- Я не участвовала в вооруженной борьбе, я была дома. А они ночью приходили, днем приходили, никак не давали жить в своем доме. Они мне угрожали каждый раз, что убьют.

Почему? Они искали что-то конкретное?

- Нет, каждый чеченец страдал таким образом. Каждая семья. Триста шестьдесят семь тысяч у нас без вести пропавших. Они мне угрожали каждый раз, я защищала себя. После этого я ушла и жила в горах, потому что не было возможности вернуться обратно, но я не воевала.

И это все было еще во время первой войны?

- Да.

Это все было в Грозном?

- Да, это все было в Грозном.

Вы уже много лет здесь в Германии.

- Да, пять лет.

На законных основаниях? Ни арестовать, ни выдворить Вас не могут?

- Я даже не знаю об этом, у меня есть вид на жительство, я даже не знаю, могут они меня выдать или не могут. Если сразу сказать – я не хочу живой попасть в их руки. Я знаю, как они издеваются. Ни один человек об этом не говорит, никто об этом не показывает. Они насилуют, ножами режут, детей вешают, режут, и никто об этом не говорит. Почему они требуют меня, за то, что убила троих наемников? А они сколько убили? Они сколько уничтожили народу? Четыреста лет уничтожают чеченскую нацию.

О Вас даже книгу написали, роман?

- Да, в этой книге я написала правду, как они уничтожают своих солдат и бросают в лес. Мне жалко российский народ. Они не знают, что делается с их собственными солдатами. Вот это написано в книге, это им не понравилось.

А вы свой текст написали по-русски или по-чеченски, а потом его переводили на немецкий язык?

- Да.

А по-русски эту книгу еще никто не издавал?

- Нет.

Экхард Маас, председатель Германо-кавказского общества, журналист уже читал эту книгу.

- Это безумно интересный роман, критичный взгляд на чеченское общество. В этом романе она рассказывает, как она жила в первую войну в Грозном и всегда кормила чеченских боевиков. И потом уже на нее напали русские и когда они в третий раз пришли, она убила четырех человек, пока они не убили ее. Она просто защищала себя. Командир дал ей автомат Калашникова, она до тех пор не знала, как стрелять. Но когда они потом пришли, она с балкона их убила, - так в романе. И потом против нее была кровавая месть, потому что среди этих четырех наемников находился один чеченец. Семья этого чеченца требовала ее смерти, и потом смерти ее детей. Не от русских она сбежала, а от чеченцев из Чечни в Германию.

Мнение всех демократических чеченцев, которых я знаю, - они осуждают этот теракт, и говорят, что одно преступление не оправдывает другое преступление. Но борьба партизан, боевиков – это справедливая война против русского агрессора или борьба за независимость. Русская война в Чечне является государственным терроризмом. Они производят теракты, они уничтожил около 80 тысяч мирного население в Чечне. Разрушили 80 процентов жилых домов, инфраструктур и разрушили социальный строй. Все люди стали беженцами и у них больше нет надежды на мировые организации ООН, ОБСЕ или другие – все закрывают глаза. И в этом отчаянии они поэтому уже действуют сами. И это несправедливо потребовать от Масхадова, чтобы он контролировал это. Как будто Путин контролирует русских солдат!

Говорит Экхард Маас, руководитель Германо-кавказского общества. Но вернемся к судьбе Аси Домбаевой, она же Субар Магомедова.

Как будет развиваться ситуация дальше? Я хотел связаться с российским посольством, но там 7 ноября праздник. Мне пришёл на помощь Олег Мигунов, корреспондент российского первого канала в Германии:

- Германский МИД будет выяснять, какой ее статус здесь, и даст ответ. Если она здесь находится на совершенно законных основаниях, то следующим шагом может быть запрос со стороны нашей Генеральной прокуратуры, возможно, на проведение с ней беседы здесь. Кто-то приедет сюда и в присутствии каких-то немецких представителей проведет с ней то ли беседу, то ли допрос. Самый предельный вариант, это запрос на экстрадицию. Второй вариант, если она здесь не на законных основаниях, получила статус каким-то обманом. Тогда ее вышлют в ту страну, откуда она приехала. То есть если она приехала через Турцию, то в Турцию, если через Польшу, то значит в Польшу.

В Министерстве Иностранных дел Германии мне сказали, что делом занимается Министерство юстиции, а там после долгих поисков ответили, что никакого запроса из России не поступало. Ванда Ванзидлер, представительница международного общества по защите прав человека, рассказывает, как, возможно, будут развиваться дальнейшие события:

- Если российская прокуратура предоставит достаточные доказательства, ведомство уголовной полиции задержит обвиняемого.

На вопрос были ли уже такие случаи, госпожа Ванзидлер сказала, что как раз сейчас её правозащитная организация занимается делом, по которому из России поступило требование о высылке чеченца, но, в этом деле оказалось так много противоречий и надуманных обвинений, что он зашло в тупик. Если правозащитник предоставляют доказательства того, что обвинения фальшивы, немецкие власти приостанавливают рассмотрение вопроса о высылке, но для того, чтобы собрать нужные доказательства, правозащитникам необходимо ехать в Россию, но это небезопасно. На вопрос о том, может ли Ася Домбаева быть задержана сразу, Ванда Ванзидлер ответила, что, скорее всего, нет, учитывая ситуацию в России и Чечне, а так же то, что в стране до сих пор не отменена смертная казнь. Кроме того, будет учтено, существует ли опасность исчезновения обвиняемого.