1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Хроника дня

В тени Бронзового солдата: Эстония оглядывается на апрель 2007-го

Год назад Таллин потрясли массовые беспорядки, вызванные переносом памятника советскому солдату на военное кладбище города. Наш корр. побеседовал о причинах и последствиях тех событий с эстонскими историком и социологом.

default

У памятника советскому солдату

Estland Tallinn Unruhen um sowjetisches Kriegerdenkmal weiten sich aus

Во время прошлогодних беспорядков

Историк Давид Всевиов (David Vseviov) считает, что события, как её называют теперь в Эстонии, «бронзовой ночи» положили конец мифу о процессе мирного обретения независимости республикой и мирной трансформации эстонского общества: «Эстония добилась независимости, а это же переход от диктатуры к демократии – песней. И вдруг всё это рушится. Вдруг не песня, оказывается, летели камни в стёкла и так далее. Значит, какой-то миф, на основе которого мы могли себя осознавать как что-то уникальное, рухнул». Социолог Ирис Петтай (Iris Pettai), однако указывает на сложности переходного периода в стране. Он был сопряжён с трудностями и для эстонцев, но ещё большая нагрузка легла на плечи русскоязычного населения республики: «… потому что надо было выучить эстонский язык. 18 лет назад доля тех, кто знал эстонский язык (среди неэстонского населения), была мизерной, ну, может, максимально 15-20 процентов. Во-вторых, сразу выделили такую категорию – гражданин Эстонии. И те, кто не хотел быть гражданином России, потому что они тут родились и считали себя полноправными жителями Эстонии, - они получили так называемый паспорт иностранца, что дня них, конечно, было, унижением».

Первая программа по интеграции неэстонского населения, принятая восемь лет назад, была нацелена, прежде всего, на изучение эстонского языка. Такую же цель ставит и вторая интеграционная программа, запущенная правительством страны в нынешнем году. По мнению Ирис Петтай, этого явного недостаточно, уже хотя бы потому, что большинство русскоязычной молодёжи знает эстонский: «Если человек даже выучит эстонский язык прекрасно, он должен еще знать, как вообще общаться с эстонцами, чтобы эстонцы стали бы ему доверять, например, если он хочет работать на эстонском предприятии. Русскоязычная молодёжь поняла, несмотря на знания эстонского языка, это общество для них во многом закрыто». Ирис Петтай считает, что и эстонцы должны работать над собой. Опыт других стран показывает: люди не рождаются толерантными, терпимое отношение друг к другу надо воспитывать. Мешают этому и сегодняшние политические реалии, и страхи из прошлого: «Первый страх можно сформулировать так: нас так мало, наш язык исчезнет, наша культура исчезнет, и что если мы позволим, скажем, русским говорить здесь на русском языке, то это крайне опасно. Хотя я лично не считаю, что это как-то опасно. И второй страх: перед Россией. Ведь Россия такая большая, Россия может в любую минуту нас опять оккупировать. Тут последний опрос показал, что 80 процентов эстонцев испытывает такой страх». Но и 60 процентов россиян, согласно прошлогоднему опросу аналитического Центра Юрия Левады, считают Эстонию главным врагом России. Проводился этот опрос сразу после беспорядков в Таллине и блокады эстонского посольства в Москве.

Полную версию сообщения, которое передал из Таллина Андрей Бреннер, слушайте в информационно-аналитической программе «Хроника дня».

Контекст

Аудио- и видеофайлы по теме