1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Культура и стиль жизни

"Враг народа" и глас народа: московская публика выходит на сцену

Полный аншлаг был в Москве на спектакле берлинского театра Schaubühne "Враг народа". Корреспондент DW побывал на нем и был поражен тем, что происходило на сцене.

5 и 6 октября в Москве в рамках IX Международного фестиваля-школы современного искусства "Территория" на сцене Государственного театра наций состоялись гастроли берлинского театра "Шаубюне" (Schaubühne). Он привез спектакль "Враг народа" по пьесе Генрика Ибсена в постановке художественного руководителя театра Томаса Остермайера (Thomas Ostermeier), два года назад ставший одной из главных сенсаций на фестивале в Авиньоне и с тех пор не утративший свой взрывной характер. Что показала и постановка в Москве.

Герой-одиночка?

Остермайер любую классическую пьесу ставит так, как будто она написана сегодня, подвергая тщательной ревизии ее основные идеи. Создавая сценическую интерпретацию драмы Ибсена, он и ее осовременил. В чем немало помог ему своей оригинальной адаптацией Флориан Борхмейер (Florian Borchmeyer) - "штатный" драматург Schaubühne, сделавший здесь, кстати, кроме всего прочего, великолепную постановку "Евгения Онегина" вместе с Алвисом Херманисом.

Во "Враге народа" главные изменения коснулись героя, в одиночку противостоящего бюрократии, круговой поруке и вообще идеологии большинства. Доктор Стокман Ибсена, уважаемый в городе человек, превратился в исполнении Кристофа Гавенды (Christoph Gawenda) в молодого специалиста и молодого отца, у которого только что родился первенец. Весь день этот доктор наносит визиты больным, а по вечерам играет рок-музыку вместе с друзьями-ровесниками, в число которых входят журналист Биллинг и редактор газеты Ховстад.

Контекст

В этой газете Стокман намерен опубликовать статью о том, что водолечебницу в их городке-курорте нужно закрыть, потому что воду загрязняют ядовитые отходы заводов. А от них и водолечебницы зависит благосостояние всего городка и его жителей. Но уверенный в своей правоте доктор, подобно своему классическому прототипу, готов во имя всеобщего блага выступить против мнения большинства. Все с первого взгляда как у Ибсена: герой-одиночка.

Актуализируя классика

Но внешне Стокман в спектакле Остермайера на героя-одиночку совсем не похож. Бледный молодой человек с жиденькой бородкой, в потертой кожаной курточке, откровенно теряется на фоне своего брата, муниципального советника и ловкого политика Петера Стокмана, которого актер Инго Хюльзманн (Ingo Hülsmann) наделил потрясающим обаянием. Он переманивает всех на свою сторону, в том числе и газетчиков, которые отказываются печатать статью доктора Стокмана. А самого доктора увольняют с работы. Но тот не сдается и поднимает больную тему в публичном выступлении. Это­ кульминация спектакля. Поначалу идет точный ибсеновский текст. Но затем вдруг появляются фразы, к Ибсену никакого отношения не имеющие: об экономике, кризисе, экологической катастрофе.

В длиннющий монолог "оригинального" Стокмана искусно вкраплены отрывки из анонимного французского трактата "Грядущее восстание". Трактат этот носит явный антидемократический характер и переведен на русский язык (его можно прочесть в интернете). В какой-то момент Стокман произносит со сцены фразу, повергшую московскую публику спектакля в восторг: он заявляет, что во всем виноваты "гнилые либералы". Зал начал бурно рукоплескать.

Сцена из спектакля Враг народа. Актер Кристоф Гавенда в роли доктора Стокмана

Сцена из спектакля "Враг народа". Актер Кристоф Гавенда в роли доктора Стокмана

И тут в зале включили свет, и противники Стокмана спустились в зрительный зал, предлагая аудитории выразить свое мнение относительно идей доктора. Сначала проводилось голосование. Практически весь зрительный зал проголосовал "за" антидемократию, против "гнилых либералов". Потом представителям этого большинства предложили выйти на сцену и высказаться. И тут случилось невероятное для немецких актеров: на сцену двинулась чуть ли не половина партера. И началось!..

Если все шагают в ногу...

Немцы, привыкшие к столкновению мнений, аргументированной дискуссии, спору, в котором, как известно, рождается истина, и ожидавшие их (для того и провоцирует Остермайер), явно были ошеломлены. Никакой дискуссии, никакого столкновения мнений не получилось. Все, как один (за небольшими исключениями), набросились на либералов, демократию, свободную экономику, Запад. Про отравленную воду словно забыли. Московских зрителей волновало не "пить или не пить", а "быть или не быть". Чувствовалось, что этому поразительному единодушию не будет ни конца, ни края. Никто из промаршировавших на сцену не собирался уходить с нее даже после того, как немецкие актеры спросили их: не хотели бы вы посмотреть спектакль дальше? В конце концов, публику попросили покинуть сцену в целях безопасности, и народ, наконец, послушался.

Спектакль на этом не окончился, но "наезд" партера был его кульминацией. А финал остался открытым, что типично для Остермайера: его театр - это театр, "предпочитающий задавать больше вопросов, не давая на них ответы". Ответ в данном случае дала московская публика. Вы спросите: неужели среди нее не было людей, разделяющих, выражаясь несколько высокопарно, демократические ценности, принципы свободы, в том числе свободной экономики, людей, для которых слово "либерал" является не ругательством, а комплиментом? Были, конечно. Но жить-то еще никому не надоело.

Я шел домой по вечерней Москве и бормотал под нос (никак не отвязывалась) старую песню Галича о солдатах, шагающих через мост. Она называется "Закон природы" и заканчивается такими словами:

"Повторяйте же в дорогу
Не для красного словца,
А поверьте же, ей-Богу,
Если все шагают в ногу -
Мост об-ру-ши-ва-ет-ся..."