1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Суть дела

Вестарбайтеры

02.05.2002

Сегодня и в двух следующих передачах пойдёт речь о теме, которая в России не существует - об использовании труда иностранцев в советском "гулаге" после Второй мировой войны. Один из немногочисленных историков, занимающихся этой проблемой, назвал этих людей вестарбайтерами. По аналогии с остарбайтерами, т.е. людьми, которые были угнаны в те годы на работу в Германию. Проблема компенсации труда вестарбайтеров, как и других узников "гулага" никогда в практическом плане не стояла. Сначала - до Горбачёва - об этом было нельзя даже думать, затем - после Горбачёва - об этом думать уже никто не хотел, сейчас об этом никто ничего не знает и не хочет знать. Правда, удивляться здесь нечему - советские и российские чиновники даже о своих гражданах думают как о разменной монете. Свежий пример - выплата компенсаций остарбайтерам, т.е. россиянам угнаным в гитлеровскую Германию на принудительные работы. После войны у СССР было несколько возможностей потребовать от ФРГ выплаты компенсаций жертвам нацизма - советские руководители ни разу этого не сделали. Когда все сроки юридических претензий прошли, в 1998 году Германия по инициативе немецких политиков решила создать фонд немецкой экономики для выплаты компенсаций жертвам подневольного труда, российские политики и дипломаты участвовали в переговорном процессе более чем пассивно. Большую заинтересованность проявляли немецкие гуманитарные организации. Естественно, когда деньги оказались на столе, в России начались разговоры о том, что денег мало и выплачиваемые суммы (далеко не крупные) придётся сокращать. Людмила Нарусова, вдова Собчака, назначенная Путиным наблюдать за ходом выплат жертвам, не раз доказывала свою полную некомпетентность и просто непонимание сути проблемы. За последние полтора года Наблюдательный совет ни разу не собирался. В апреле, когда стало ясно, что Нарусову снимают, она попыталась улучшить свою репутацию и заработать дешёвую популярность тем, что в Веймаре выдвинула предложение включить ленинградских блокадников в число лиц, имеющих право на получение денег из фонда, предназначенного для компенсации жертвам подневольного труда. Говорят, что таким образом она хочет заработать очки, поскольку намерена делать политическую карьеру. Естественно, германский фонд "Память, ответственность, будущее", фонд через который деньги попадают в Россию, категорически не согласен с таким расширением круга лиц, претендующих на выплаты. Как заявил мне председатель фонда Михаэль Янзен, выплаты регулируются германским Законом, который однозначно говорит, что претендовать на эти деньги могут только те, кто использовался на принудительных работах в германской промышленности. Компенсировать через этот фонд страдания других жертв войны, к сожалению, невозможно. Это было бы нарушением Закона, на основании которого работает германский фонд. Безусловно, мы ещё вернёмся к этой теме, а сейчас речь о вестарбайтерах. Я попросил рассказать об этой проблеме историка Павла Поляна, единственного эксперта в этой области:

- В октябре 1944 года Красная армия вышла на территорию Румынии и Восточной Пруссии и начала продвигаться дальше. Теперь уже Красной армии приходилось иметь дело с населением и гражданскими лицами, а не только с военными соединениями противника. Начались процессы, которые можно сравнивать с депортацией "наказанных народов", происходившими в 1943-44 гг. по мере освобождения территории Советского союза, и с угоном "остарбайтеров".

То есть насильственным рекрутированием рабочей силы. Это была политика Гитлера. А "наказание" своих народов было политикой Сталина.

- На территории стран Юго-Восточной Европы, прежде всего в Румынии, Венгрии, Югославии, Болгарии и Чехословакии, находилось значительное число лиц немецкой национальности. Гражданских лиц. Примерно в ноябре 1944 года вышел приказ Берии, безусловно согласованный со Сталиным, учесть этих лиц. И в течении каких-то двух недель соответствующие органы НКВД такую перепись провели. На территории Юго-Восточной Европы были зафиксированы 551 тысяча гражданских лиц немецкой национальности. 16 декабря 1944 года последовало постановление Государственного комитета обороны Советского союза, которое предписывало часть этого населения, а именно мужчин в возрасте от 17 до 45 лет, и женщин, в возрасте от 18 до 30 лет, интернировать и мобилизовать. То есть дать им трудовые задания. Поскольку эти задания ждали их на территории Советского союза, значит - депортировать. Этим занимались те же самые войска НКВД под руководством тех же самых генералов Аполлонова, Сладкевича, Горбатюка и других. Они же занимались аналогичными операциями на Северном Кавказе и в Крыму, незадолго до этого. Начался этот процесс в сотрудничестве с местными, там где они были, органами власти: румынской жандармерией, с войсками Тито. Было собрано и отправлено примерно 113 тысяч человек. Их трудовой задачей были работы по восстановлению предприятий черной и цветной металлургии, шахт Донбаса и южной Украины. Подобное было и на Кавказе, и на Урале, на Севере Европейской части Советского союза, например, в Карелии. Это была первая волна. Это были интернированные и мобилизованные. Такой контингент немецких гражданских лиц.

В общем-то войска НКВД различали четыре типа контингента, с которым они имели дело на освобождаемых и, одновременно, оккупируемых территориях. Категория "А": военнопленные армии противника. Категория "Б": так называемые интернированные арестованные, т.е. представители гражданского населения, которые по каким-то признакам, по окраскам, как это называлось на жаргоне НКВД, представляли опасность для новой власти. Их арестовывали и содержали под арестом. Категория "В": граждане СССР, военнопленные и гражданские лица, бывшие "остарбайтеры", "власовцы" и т.д. И категория "Г": так называемые интернированные мобилизованные, о которых мы начали говорить в начале.

Следующая волна арестов интернирования гражданского населения не заставила себя долго ждать. Там были в основном уже люди из контингента группы "Б" - гражданских лиц, имевших статус арестованных, а не мобилизованных. Это произошло в начале февраля 1945 года. Естественно, в категорию группы "Б" входили и женщины. Но для трудоиспользования в СССР предназначались только мужчины. В общей сложности этой волной было захвачено 155 тысяч человек. Итого мы имеем примерно 270 тысяч человек. Плюс еще около 5 тысяч человек, которые были отправлены другой волной в конце 1945 года, но тоже попадавших под определение категории "Б". Были еще небольшие, но очень значимые для советской военной промышленности, группы, в которые входили уникальные специалисты из Германии. Они были тоже своего рода трофеями, вывозились в СССР и использовались в различных шарашках.

В общей сложности гражданских лиц немецкой национальности, привезенных в СССР для того или иного вида трудоиспользования, было примерно 272 тысячи человек. Кроме немцев были еще и японцы, поляки, немножко венгров, румын. В общей сложности весь этот контингент составлял 300 с небольшим тысяч человек. Это, конечно, не много по сравнению с теми миллионами, советских гражданских лиц, которых Германия, а отчасти и Румыния, угнали и трудоиспользовали на своих территориях, когда они были оккупантами на советской земле.

Между этими двумя категориями была большая разница. В плане их содержания, обхождения. В результате и смертность была разной. Люди, которых привозили из этих Европейских стран в СССР, в какой-то степени не оправдывали надежд, которые на них возлагались. На них смотрели с одной стороны, как на вид репарации. Т.е. репарации не деньгами, а человеческим трудом. С другой стороны, как на своего рода месть, что-то зеркально напоминающее то, что делали немцы и румыны с советскими гражданами. Как бы моральное право на это было. По крайней мере, всеми это так ощущалось. Союзники протестовали против этого. И эти протесты не остались незамеченными, процесс приостановился примерно в апреле-мае 1945 года. Но тем не менее, 300 тысяч человек попало в СССР. Они попали в таком физическом состоянии, что эффективность их трудоиспользования не была высокой.

Уже в 1945 году, буквально через несколько месяцев после попытки их трудоиспользования, началась их репатриация. Несколько десятков тысяч человек, около 40 тысяч, по-моему, были репатреированы уже в 1945 году. А вообще, с учетом тех, кто были осуждены различными инстанциями уже непосредственно в СССР, и поэтому возвратились позже, этот процесс растянулся до начала 50-х годов. Еще несколько тысяч человек находилось в 1950-51 году. Только в 1953-54 гг. этот процесс "рассосался". Те, кто относился к группе "Б", в том числе и самого низкого уровня нацистские начальники, или, даже, это могла быть дочь помещика или сотрудник газеты нацистского толка (а других не было в Германии в то время), в общем-то, когда этих людей в феврале-марте 1945 года арестовывали, круг окраски, как это тогда называлось, был очень широким. За то время, пока они содержались в тюрьмах и спецлагерях на территории советской оккупационной зоны, за то время, пока их перевели в СССР, пока их на месте пристроили, и пока они начали работать, в эти первые месяцы, они за это время, конечно же, сильно истощились. Не то, чтобы это были какие-то специальные зверства со стороны советских органов за это отвечавших. Это была ситуация, которая касалась почти всех тогда. Во всяком случае, больших надежд они не оправдали, на то, что они будут хорошо и исправно трудиться. Из-за своего слабого физического состояния они были в довольно массовом порядке репатриированы. При этом примерно 60 тысяч из этих 300 тысяч человек умерло. Смертность по мобилизованным была вдвое ниже, чем смертность по арестованным. Отношение к ним и их статус был несколько иной. Они рассматривались как более враждебная субстанция. И они какую-то судебную процедуру прошли. А что касается интернированных мобилизованных, то эти люди никем не осуждены. Они были просто огульно, так же как и "наказанные" народы, по списку, контингентно, т.е., как немцы, возраст для мужчин 17-45, для женщин 18-30, и всё. Важно, что ты подпадаешь под этот контингент. И этот контингент должен быть выбран, собран, интернирован, переведен к работе, которая нужна Советскому государству в это время. Конечно, это такое же преступление против человечности, как и угон советских граждан во время войны. Эта ситуация в значительной степени зеркальная. По крайней мере, по отношению к контингенту мобилизованных интернированных. И некая вина перед этими людьми на Советском государстве и России, которая его наследует, безусловно лежит. Считаю необходимым на каком-то высоком государственном уровне, наверно, это прерогатива президента, как минимум, извиниться перед этими людьми. А в контексте тех мероприятий, нацеленных на компенсацию рабского и принудительного труда различным категориям граждан в годы Второй мировой войны, в общем, так сказать, формально, эти люди, так сказать, тоже были бы вправе претендовать на какую-то компенсацию за свой абсолютно недобровольный, абсолютно не правомочный и противозаконный труд. Но это вопрос, который, в таком виде не ставился и не ставится. Как историк, могу только зафиксировать вот это историческое положение. Это зеркальная ситуация. Я эту категорию чисто метафорически называю "вестарбайтерами", по аналогии с "остарбайтерами". Многие из них не смогли вернуться на родину. Первое время, например, Румыния, даже тех, кто репатриировались, не пускала к себе на территорию. Они как-то смешивались с теми немцами, которые оставались и жили в Германии. В то время со всех сторон немцев тоже принудительно свозили в Германию. Что и говорить. Сломанные семьи, судьбы. Это всё то, что так хорошо знакомо и советским гражданам в годы Второй мировой войны.

А в юридическом плане этот вопрос вообще никогда не обсуждался? Т.е., никакая Германия, не та, и не другая, этот вопрос никогда не ставила?

- Официально перед Советским союзом, насколько я знаю, никогда. Такого рода голоса звучали на уровне землячеств этих людей, которые существуют, или же их общин, которые существуют еще даже и в Румынии. Но я никогда, до сих пор, по крайней мере, еще не встречал официальных исков и претензий. Людей этих осталось, конечно же, не много. В живых может быть несколько тысяч человек. Если им тогда было между 17-ю и 45-ю, 18-ю и 30-ю, то, конечно, большинство из них женщины, которые были гораздо моложе из тех, что пережил. Но, в общем-то, во всяком случае, это документировано, и это хорошо. В чем нельзя отказать немецкой, в широком смысле слова, стороне, в том, что сразу после их возвращения никто их, конечно, не осуждал, никто их не считал не изменниками родины. Им сочувствовали, их жалели, всячески помогали. Были специальные институты, которые собирали эти сведения. Много книг, в которых эти свидетельства собраны. Чего, конечно же, не происходило с "остарбайтерами", которые рассматривались если не как предатели, а, в общем-то, как предатели они рассматривались тоже, то, по крайней мере, как люди второго сорта, карьера которых и будущие возможности были резко ограничены, они были дискриминированным контингентом практически всю свою жизнь послевоенную. Только в начале 90-х годов поменялась и эта сторона их жизни, и они вовсю о себе говорили. Но заговорили спустя десятилетия, а это большая разница. Тут зеркальности нет.

А немцы, которые были арестованы после войны на территории ГДР по смехотворным обвинениям и тоже увезены в Советский союз, они относятся к этому же числу, как, например, те, кто отсидел Воркуте?

- Безусловно. Это и есть категория "Б". В основном это были совсем мальчишки - гитлерюгенд, организация, не быть в которой было невозможно. Как раз молодые люди многое смогли пережить. В основном это происходило на территории Восточной Пруссии. Были случаи и связанные с Померанией, но это может быть связано с географией советского ГУЛАГА на территории Советской оккупационной зоны.