1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Классика

Вальтрауд Майер. Портрет

13.01.2003

20 лет назад, в 1983 году из Байрейта пришла радостная весть: родилась вагнеровская певица! Ее имя – Вальтрауд Майер.

Этому своеобразному юбилею немецкой меццо-сопрано мы посвятили наш сегодняшний рассказ.

С чего все началось На самом деле Вальтрауд родилась в Вюрцбурге в 1956 году. Сперва училась играть на блокфлейте, потом на фортепиано, но, как рассказывает сама певица, беглостью пальцев она не отличалась. И когда у нее не получалась выразить свои эмоции на клавиатуре, она в полной ярости захлопывала крышку пианино и начинала петь.

- Пение было для меня всегда совершенно естественным способом самовыражения. Но я никогда не думала, что это станет моей профессией. Зачем? Я и так бы всю жизнь музицировала.

По окончании школы она поступила в университет и собиралась стать педагогом английского и французского. А частным образом брала уроки вокала. Кстати, что касается вкусов, то ее страстью в те годы была вовсе не классические композиторы, а группа «Би Джиз» и французские шансонье.

- И вот спустя год частных занятий по вокалу моя учительница вдруг предложила мне прослушаться на вакантное место в оперном театре Вюрцбурга. Я подумала: а почему бы и нет, я же ничего не теряю. Я этого не планировала, моя жизнь от этого не зависела. Я спела, и меня взяли в театр. Я дебютировала в роли Лолы в опере Масканьи "Сельская честь". Позже я перешла в мангеймский оперный театр, где я стала работать над вагнеровскими ролями. Моей первой партией стала партия Эрды из оперы «Золото Рейна». Мангейм для меня был своего рода фабрикой – я сделала там более 30 ролей. Я пела все меццо-сопрановые партии, в том числе и те, которых я тогда еще не была достойна.

Университет, понятно, Вальтрауд Майер закончить не удалось. Но и музыкального образования, как такового, она тоже не получила. Ее школой были театры. После Мангейма последовали Дортмунд, Ганновер, Штуттгарт. Затем Вена, Мюнхен, Лондон, Милан, Нью-Йорк, Париж. И, конечно же, Байрейт.

Вальтрауд и Байрейт

О том, как Вальтрауд Майер попала в Байрейт, она рассказывает так.

- После того, как я уже несколько лет проработала в различных театрах и уже исполняла вагнеровские партии, настало время прослушаться и в Байрейте. Я позвонила туда сама и приехала на прослушивание. И тут большую роль в моей судьбе сыграл концертмейстер, который, увидев у меня клавир «Парсифаля», предложил спеть именно Кундри. На что я сказала: что? здесь, в Байрейте? Кундри? Я? Упаси Боже, никогда! Он сказал: ну, почему же? Здесь-то вы и сможете себя показать. Тогда я согласилась и спела ее на прослушивании. Так в 83 году в этой роли я дебютировала на сцене Байрейта.

Бас Ганс Зотин так вспоминает о своем первом сотрудничестве с Вальтрауд Майер 1983 в Байрейте.

- Мы пели в Парсифале. Это был ее дебют в роли Кундри. Оказалась, что Вальтрауд – очень любит с утра поспать и в двенадцать, полпервого она приходила с таким заспанным голосом, я думал, боже, справишься ли ты сегодня с ролью вообще. Но удивительно – через полчаса ее голос прекрасно звучал.

После 17 лет тесного сотрудничества между Вальтрауд Майер и руководителем байрейтского фестиваля, внуком Рихарда Вагнера, Вольфгангом Вагнером, возникли непримиримые разногласия, и певица заявила о своем уходе из Байрейта. То, что от этого проиграл фестиваль, а не певица – абсолютно ясно. Вальтрауд Майер с ее вагнеровскими персонажами уже вошла в историю. Рассказывает режиссер Венской государственной оперы Ангела Цабра.

- Когда я познакомилась с Вальтрауд здесь в Государственной опере, ее представляли как вагнеровскую певицу. Ее имя было неразрывно связано с Кундри. Говорят Вальтрауд Майер – читай Кундри. Она в совершенстве владеет своим ремеслом, своим голосом, подаренным ей Господом, она дисциплинирована, она работает над своей техникой до сих пор, она не прекращает учиться. Это существенная часть ее жизни, ее личности – у нее всегда ощущение, что она должна дальше работать над собой.

Коллеги о Вальтрауд Майер

А вот какого мнения о Вальтрауд Майер дирижер Даниель Баренбойм, с которым она не только сделала несколько постановок, выступала в концертах, но и записала на компакт-диск «Кольцо нибелунга», «Тристана и Изольду», «Парсифаль», «Тангейзера»:

- Когда певец молод – он может произвести впечатление голосом, талантом. Но с течением времени многое зависит от того, насколько артист продолжает работать дальше и развивать свой дар. Это все есть у Вальтрауд. И еще: она никогда не отделяет музыку от драмы, а всегда связывает эти составляющие.

Режиссер Юрген Флимм:

- Говорят, что Вальтрауд - сложный человек. При этом она всего лишь умна.

Бас Ганс Зотин:

- Вальтрауд – как говорится, рабочая лошадка. Если вам удастся соприкоснуться с ней в жизни, то у вас совершенно не возникнет впечатления, что перед вами примадонна с какими-нибудь причудами, капризами или переменчивым настроением. Она совершенно нормальная девчонка. Но вечером, когда поднимается занавес, она преображается.

Режиссер Венской государственной оперы Ангела Цабра:

- Она проживает музыку душой. Она увлекает и зрителей, и коллег идти ее путем.

Что же думает о себе сама певица:

- Считают, что я хочу быть во всем безупречной, совершенной. Возможно, это так. Если мне что-нибудь не удается, то я, конечно, недовольна. С другой стороны, я знаю, что должна немного щадить себя и выбирать, что для меня важнее - техническое совершенство или выразительность? Конечно, было бы здорово, совместить верный образ с безупречным, совершенным чистым звуком, беглыми колоратурами. Это – идеал и к этому, разумеется, я всегда стремлюсь. Но если это в какой-то вечер не удается, я думаю, что мне важнее донести до публики смысл, заложенный в музыке, и чувства.

Вальтрауд Майер – актриса

Вальтрауд посчастливилось работать с выдающимися режиссерами своего времени (или им с ней?) – Жан-Пьер Поннел, Гарри Купфер, Петер Конвичный, Жан-Люк Бонди, Франко Дзифирелли и Патрис Шеро, под руководством которого она создала неповторимый образ Марии из оперы Берга «Воццек».

Кто-то из журналистов назвал Майер «Каллас нашего времени». Сперва мне показалось это сравнение очень далеким. Но потом, я поняла, что имел в виду коллега. Певиц с прекрасным голосом и совершенной техникой не так мало. А вот актрис среди них – единицы. Мастерски - с театральной точки зрения - созданный образ - это то, что отличало Каллас 40 с лишним лет назад, и это то, за что ценят Вальтрауд Майер сегодня. Сколько за этим стоит работы – знает только она.

- Для того чтобы я сказала – сегодня роль удалась, необходимо сочетание многих факторов. Во-первых, для меня важно, чтобы я нашла верный путь для создания образа в процессе самостоятельной работы. Во-вторых, на сцене очень многое зависит от партнера. Идеально, если мы можем играть с ним в паре, как в пинг-понге, перекидываясь друг с другом шариком.

Я очень чувствую костюм – мягкий он, струится ли ткань или он сковывает мои движения – от этого меняется моя игра. Парики, макияж, декорации – все это для меня важно, это то, что я могу включить в свою игру. Свет тоже играет большую роль. Я всегда ищу освещенные места и играю со светом и тенью. Наконец, геометрия на сцене, как расположены друг к другу герои – если параллельно к рампе, лицом к публике, как в греческом театре, тогда зритель оказывается вовлеченным в происходящее. Другое дело, если они обращены друг к другу, тогда их диалог носит очень личный характер. Это все очень важно для меня.

Директор Венской оперы Иоан Холендер, который знает Вальтрауд вот уже 20 лет, называет ее актрисой высокого класса.

- У Вальтрауд Майер от спектакля к спектаклю появляются новые краски, нюансы. Поэтому ни одно представление не похоже на другое. Я очень люблю ее Кармен, но также ее Сантуццу. Моя любимая роль в ее исполнении – Ортруд. Она неописуема!

Меццо-сопрано Вальтрауд Майер поет сопрановые партии

Напомним, что Сантуцца – сопрановая партия в опере Масканьи «Сельская честь», опере, где когда-то дебютировала Вальтрауд Майер в роли Лолы. Впрочем, как и Ортруд, которую, как правило, исполняют сопрано .

Вальтрауд, по собственному признанию, честолюбива. И каждый раз она ставит планку немного выше.

- Иногда я начинаю бояться, что не справлюсь. Такое произошло с Изольдой: я ее выучила и уже пела в Байрейте, и вдруг поняла, что, по собственным критериям, недостаточно созрела для этой роли. То же самое произошло и с ролью Леоноры в «Фиделио». Но все же я продолжала работать. Я не из тех, кто опускает руки. Я ищу до тех пор, пока не найду.

Партию Леоноры Бетховен написал для драматического сопрано. И эта не единственная сопрановая партия в репертуаре Вальтрауд. В 1993 году Вальтрауд Майер решила попробовать себя в качестве драматического сопрано – и это ей удалось. С тех пор ее Изольда из оперы Вагнера «Тристан и Изольда» – одна из лучших в мире.

Говорит режиссер Юрген Флимм:

- Ее Изольда стала уже легендой. И это оправдано. Она блестяще владеет ремеслом, техникой, вплоть до малейших деталей. Как она работает над текстом, музыкой, как она это объединяет - не многие это могут. И еще: она умеет вжиться в ситуацию на сцене. Она продумывает, что происходит в голове у персонажа, и затем воплощает это в движениях. А то, как она умеет выразить характер голосом – это фантастика!

Вальтрауд Майер:

- Над большими партиями, такими как, к примеру, Изольда, где только чистого пения почти 2 часа, я начинаю работать заранее. Я ее стала учить за четыре года до того, как впервые вышла с ней на сцену, откладывая клавир и начиная снова.

Ее Тристан, тенор Зигфрид Йерусалем, так рассказывает о работе с Вальтрауд Майер.

- Я вот уже 20 лет пою с Вальтрауд с величайшим удовольствием. Она - великая певица и актриса, это знаем мы все. Но, кроме того, мы с ней еще отлично подходим друг к другу. У нас прекрасные человеческие отношениями и, как правило, одинаковые взгляды на искусство. Не случайно нас называют идеальной парой в Байрейте.

Почему именно Вагнер стал ее композитором, Вальтрауд Майер отвечает так:

- Его сочинения интересуют меня, заставляют меня развиваться и идти дальше. Тематика его опер, уже только с психологической точки зрения, безумно интересна. Работать над образами можно бесконечно, если подходить к этому детально. Например, сейчас взглянуть на эту роль с психологической стороны, теперь с философской или, к примеру, изучить только текст. Или посмотреть оркестровку, ведение мелодии или то, как Вагнер использует голосовые возможности. И, наконец, потом все это объединить. Этим я могу заниматься бесконечно. Мне кажется, я никогда не закончу над этим работать.

Другим идеальным партнером, по мнению немецкой прессы, явился для Вальтрауд Майер Плачидо Доминго. Он – в роли Зигмунда, она – вновь в сопрановой партии Зиглинды.

Плачидо Доминго:

- Вальтрауд является сегодня певицей высочайшего класса в первую очередь в немецком репертуаре, но и не только. Достаточно упомянуть ее роли в операх «Дон Карлос» Верди или «Кармен» Бизе. Но особенно ярко ее талант раскрывается в вагнеровском репертуаре, где есть партии будто написанные для ее голоса, например Кундри в «Парсифале» или Зиглинда в «Валькирии».

Вальтрауд - камерная певица

Удивительно, что спустя 27 лет успешной оперной карьеры у Вальтрауд Майер есть лишь титулы камерной певицы. С другой стороны, тот факт, что она и в этой области добилась успеха – восхищает и вызывает уважение.

- Концерт –для меня нечто особенное, потому что я вынуждена использовать только голосовые краски. Я люблю работать над этим – я думаю тогда, черт возьми, ведь это должно получиться. Я стараюсь как можно меньше помогать себе жестами, считаю это ненужным. Я хочу свое тело как бы поставить на второй план. А на первый план вынести только песню – поэта, композитора, голос – и все.

Вальтрауд о личном

Вальтрауд Майер живет в Мюнхене и считает этот город по-настоящему «своим». Она не замужем и у нее нет детей.

- То, что профессия оперной певицы повлияла на меня – это понятно. Постоянные разъезды приводят к тому, что очень трудно сохранять дружеские связи. Но, вероятно, именно поэтому я осознанно уделяю этому больше внимания, ведь друзья значат для меня очень много.

О недолгой профессиональной жизни вагнеровских певиц известно всем. Вальтрауд уже побила все рекорды в этом отношении. И все же, говоря о будущем, грустная нотка появляется в ее голосе:

- Я уже задумываюсь о том, как долго мне еще суждено петь, но эта мысль не тяготит меня. Мне важнее знать, что мне сейчас нужно делать, в чем моя задача сейчас, в надежде, что когда придет день и я буду вынуждена прекратить - по какой бы то ни было причине - я спокойно с этим смирюсь.