1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Германия из первых рук

Богатые тоже стареют

09.08.2007

Вот наши сегодняшние темы: Во-первых, мы побываем в резиденции для весьма и весьма состоятельных пенсионеров в Бонне.

default

Во-вторых, познакомимся с полькой Крыштыной, которая ухаживает за менее богатыми стариками в Германии. А в заключение посетим кладбище для кошечек и собачек в Берлине. Давайте, с богатой старости и начнём.

«Дом престарелых?» Да кто же решиться такое слово не то что произнести, но даже и подумать при взгляде на всю эту роскошь? Толстые красные ковры, тяжелые хрустальные люстры, массивные кресла и диваны у каминов. И выход в поистине барский парк на берегу Рейна. Ну, прямо-таки кулисы для съёмок сериала про богатых, которые тоже стареют. Когда здесь и в самом деле располагалась киностудия, потом - посольство Южной Кореи. А с 2006-го года - «дом престарелых». Нет, конечно, никакой это не дом, а загородная резиденция, вилла под названием «Кампхаузен». В фитнесс-центре рядом с биллиардной Ари Кристианус - персональный тренер и «координатор досуга» - так официально называется его должность - занимается гимнастикой с двумя дамами и господином преклонных лет:

«Мы продолжаем. Правой ногой мы уже занимались, теперь очередь за левой, надо разогреть суставы. Правильно».

Одна из дам - госпожа Кикштат. Она каждое утро приходит на сидячую гимнастику, разогревает суставы. Выглядит госпожа Кикштат лет на 65 или 70, не правда ли? На самом деле, ей 88. Она только недавно переехала в резиденцию «Кампхаузен». Так бы и жила она в своей вилле на севере Германии, но ходить стало трудно:

«Только-только позавтракали, и начинается: левую ногу, правую ногу. Мне очень это нравится, эта разминка поутру».

Вообще, обитатели резиденции словоохотливостью не отличаются, тем более, с чужими. Госпожа Кикштат - скорее исключение. Но и она предпочитает говорить не о себе, а о зяте, который сделал карьеру в министерстве. А дочь её живёт здесь же, в Бонне. Поэтому разумно было перебраться именно в эту резиденцию, не правда ли? Ну, а деньги, что деньги? О них говорить неприлично, их надо просто иметь. Кто же живёт в резиденции? Координатор досуга Ари Кристианус пожимает плечами:

«Конечно, есть среди наших клиентов и кинозвёзды. Вы же сами видите, какую атмосферу, какой уровень комфорта мы предлагаем. Но есть и совершенно нормальные, обычные люди».

Не хочется обижать господина Кристиануса, но в этом последнем его заявлении позволительно усомниться. Средняя пенсия в Германии - около 1100 евро в месяц, что-то доплачивает страховка по уходу за престарелыми. Но в резиденции «Кампхаузен» только квартира стоит 3.000 евро, за услуги и уход надо платить отдельно. Квартиры небольшие: спальня, гостиная и мини-кухня. Своими кухнями, правда, практически никто не пользуется, потому что в любой момент Вам подадут завтрак обед или ужин. Никакого расписания питания нет. Торопиться некуда. Вот госпожа Кикштат после завтрака и зарядки и занялась своей любимой коллекцией столового серебра. Потом она показала коллекцию госпоже фон Людингхаузен. А госпожа фон Людингхаузен в ответ пригласила её к себе - посмотреть на новую мебель. Дело в том, что вилла «Кампхаузен» принадлежит американскому концерну «Санрайз», так что квартиры обставлены в соответствии с американскими понятиями о роскоши. Госпожа фон Людингхаузен такого плебейского дурновкусия не вынесла и пригласила собственного специалиста по интерьерам. Может быть, и госпоже Кикштат стоит воспользоваться его услугами? Вот об этом и шла неторопливая беседа за вкусным обедом. От десерта госпожа Кикштат благоразумно отказалась:

«Чем мне теперь заняться? Пожалуй, вздремну я сейчас, ушко на подушку. А как проснусь после обеда, все уже здесь, в каминном зале соберутся, за кофе и шоколадом».

Что ж, обитателям виллы Кампхаузен можно позавидовать. Подавляющее большинство пенсионеров в Германии о такой комфортабельной старости могут только мечтать. Но ведь и плохих примеров сколько угодно. В прошлом году Немецкий институт защиты прав человека констатировал, что 384.000 стариков в домах престарелых не получают полноценного питания и ухода. Даже не потому, что, кто-то экономит на этом питании, а просто потому, что персонала в домах престарелых катастрофически не хватает. Поэтому многие семьи не хотят отдавать туда своих стариков, особенно тех, кому требуется постоянный присмотр и уход. Приглашать сиделок на дом - тоже слишком дорого. Во всяком случае, официально, через социальные службы. Поэтому многие и прибегают к услугам нелегалов. По оценкам, сейчас в Германии нелегально работают сиделками до 100.000 женщин из стран Восточной Европы.

Полька Крыштына работает вахтовым методом. Три месяца на заработках в Германии, три месяца - дома, с семьёй, мужем и сыном. Работа у неё тяжелая: круглосуточно ухаживать за пожилой женщиной, которая впала в детство:

«Она спала два или три часа, потом, сорвала с себя всю одежду, подгузник бросила посреди комнаты, до туалета не дошла. Я каждую ночь за ней убираю. Иногда всего-то пару часов и удаётся поспать. Я страшно устаю».

Крыштына моет и кормит свою подопечную, делает ей уколы, следит за тем, чтобы она вовремя принимала свои таблетки. А в промежутках делает все необходимые покупки, готовит, убирает в квартире. Живёт она там же. Причём на этот раз ей ещё повезло:

«Вот это моя комната с телевизором. Это роскошь. Это у меня первый раз. У других людей было хуже. У меня была общая ванна с бабушкой и каморка. Кровать, и больше ничего. Без телевизора. А тут у меня даже польские программы. Это роскошь».

Кроме жилья и питания Крыштына получает за свою работу 800 евро в месяц. Десять процентов сразу уходят посреднику, который находит для неё очередное место. Конечно, Кристина могла бы работать и легально. Но тогда ей пришлось бы платить налоги, медицинскую и пенсионную страховку. Так что работать нелегально получается выгоднее. Раз в три месяца хозяева оплачивают ей ещё и билет домой, правда, только автобусом. Добираться приходится целые сутки, но так дешевле. Хорошо ещё, что с тех пор, как Польша вступила в Евросоюз, не надо платить за визу. Хотя Крыштына успела поработать в нескольких городах, Германии она так толком и не видела. Да и не интересует её Германия. Ей хочется домой. Но Крыштыне 55 лет, работы в Польше она так и не нашла:

«Иногда мы плачем. Ситуация очень тяжелая. Я нужна своей семье, мне нужна моя семья, мои друзья. Когда я здесь, всё, мне даже поговорить не с кем. Нет, это плохая жизнь. Но что делать, мне нужно зарабатывать».

А теперь мы поговорим о ближайших друзьях человека - кошках и собаках. Когда по телевизору идёт реклама еды для кошек и собак, даже у гурмана слюнки потекут. Есть парикмахерские, есть рестораны и булочные для кошек и собак, есть для них бутики. Есть даже курсы йоги. Но природа отмерила нашим любимцам меньше лет жизни, чем нам самим, так что рано или поздно приходится их хоронить. Вот и для этого есть специальное собачье кладбище, во всяком случае, в Берлине:

Помните детскую присказку: у попа была собака, он её любил. Она съела кусок мяса, он её убил. Вот так примерно и переводится эта немецкая песенка, и тоже без конца. Только в немецком варианте вместо мяса было яйцо, а вместо попа - повар. Но что немец, что русский: всё равно убил, убил и закопал и на камне написал. В наши-то дни эту песенку надо запретить. Потому что убивать собак запрещено, а уж закапывать где ни попадя - и подавно. А ещё эту песенку надо запретить из соображений пиетета:

«У животных, в первую очередь, у собак и кошек в нашем обществе одиноких людей очень высокий социальный статус. Я это вижу каждый день. Вчера только были похороны. И слёз на этих похоронах было столько, как будто ближайший родственник скончался. Вся семья была, в трауре, всё как полагается. А это была болонка».

Так вот где собака зарыта. Райнхард Фельдкамп - хозяин самого большого в Берлине кладбища для животных. А ещё он - президент Всегерманского союза похоронных дел мастеров для животных. Но в чём же состоит работа похоронных дел мастера для животных?

«Ну, обычно, это выглядит так: мне звонит ветеринар, и сообщает, что животное скончалось. Иногда это сами хозяева. Я в любое время дня и ночи посылаю своих сотрудников, чтобы она забрали останки. У нас есть свой морг, где они могут храниться. Потом мы договариваемся о ритуаля, выясняем, нужен ли гроб или нет. Хозяин сам может выбрать подходящее место на кладбище. У нас есть часовня, мы её называем «местом молчания и скорби». Там хозяева и их друзья могут проститься с усопшим любимцем».

А ещё можно выбрать надгробную плиту, эпитафию и подходящую музыку для похорон. Например, вот эту песню о старом верном друге:

Перед тем, как предать бренные останки земле, похоронных дел мастер, по желанию клиентов, произносит надгробную речь. Главное тут, говорит Райнхард Фельдкамп, подчеркнуть, каким верным другом была собака или кошка, как она любила хозяина, а чаще - хозяйку. А ещё надо учитывать, какую веру хозяева исповедуют:

«В основном это христиане. Но были среди моих клиентов и мусульмане, и даже буддисты. Самое главное для всех, это вопрос: а если жизнь после смерти, встречу ли я там своего друга?»

А пока похоронных дел мастер для животных говорит о родстве душ, загробной жизни и прочих эзотерических материях, на соседней могиле, прямо рядом со статуей собаки уселась кошка. По забору разгуливает ворона, а в кустах копошатся непуганые кролики. Для живых зверей, кладбище для животных - оазис и заповедник в большом городе.

Вот и всё на сегодня. Передачу мне помогли подготовить Маркус Бёш, Сабина Дамашке и Юрген Верте.

Аудио- и видеофайлы по теме