1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Европа

Бернар-Анри Леви: Германия и Франция должны помочь США

Нельзя допустить, чтобы США и Великобритания, ослабленные кризисом легитимности войны в Ираке, ушли из страны, оставив ее в руках антидемократических сил.

default

Парадокс иракского конфликта.

Джордж Буш и Тони Блэр сжульничали, сфальсифицировав доклады своих спецслужб, придумав историю о том, что Саддам Хусейн якобы пытался купить уран в Нигере, и сказку об иракских ракетах, которые мол в течение 45 минут могут долететь до европейских столиц. То, что это все сплошные выдумки, понятно всему миру. Но что же делать сейчас? Как должны реагировать на это демократические правительства, которые были против войны в Ираке и оказались правы? На это тему размышляет французский философ Бернар-Анри Леви (Bernard-Henry Levy) в газете «Франкфуртер альгемайне зонтагсцайтунг» за 27 июля.

Очередной удар по легитимности войны в Ираке

Для того чтобы оправдать свою войну Буш и Блэр преподнесли нам самую грубую и абсурдную ложь последних лет. Может мы когда-нибудь узнаем, почему они пошли на такой бессмысленный риск, прекрасно понимая, что десятки инспекторов ООН знают правду...

А результат этой лжи таков: Дэвид Келли, который не сказал ничего кроме правды, мертв. Словам ведущих политиков обеих стран верят все меньше. Это очередной удар по легитимности войны в Ираке, которую и без того уже мало кто понимает – ни иракцы, демонстрирующие неприятную тенденцию путать освободителей и оккупантов, ни американские солдаты, среди которых все больше и больше жертв...

Нельзя допустить, чтобы Ирак стал вторым Вьетнамом

Но что же делать в создавшейся ситуации?... Обе эти демократические страны могут попасть в такое положение, которое, учитывая драматическое обострение международной войны с терроризмом, может быть только хуже Вьетнамской войны, и в десять раз хуже того, что было в Сомали. Это не может отвечать ничьим интересам.

Точнее, самым плохим вариантом была бы ситуация, в которой Белый Дом, поддавшись давлению продолжающихся терактов и общественного мнения, отказывающегося нести расходы за эту неясную войну, решился бы на то, чтобы, обеспечив безопасность лишь иракских нефтяных источников, бросить остальную страну на произвол различных шиитских групп, а также остатков партии "Баас" и тайно поддерживающих Аль-Каиду группировок.

Поэтому необходимо, независимо от того, на какой позиции стояла та или иная страна до войны в Ираке, забыв горечь и обиды, вновь решать этот конфликт на международном уровне, не только потому, что он касается всех нас, а потому, что в противном случае он примет такой же характер кошмара, как и первая война в Заливе – только с гораздо худшими последствиями! – считает Бернар-Анри Леви.

Франция и Германия должны участвовать в урегулировании кризиса

Возможно, такой силой обладают Франция и Германия. Политики этих стран оказались правы, отказавшись участвовать в этой войне, что повысило международное доверие к ним, особенно на Ближнем Востоке, чем они и могли бы воспользоваться, чтобы положить конец кризису.

Более того, в вопросе построения современного демократического государства у Европы есть опыт, что она и демонстрирует сейчас, например, в Косово. У Кондолизы Райс в этом вопросе отсутствует всякое чутье. Еще незадолго до 11 сентября 2001 года она сказала: «Американская армия существует не для того, чтобы помогать детям переходить улицу». Неправильно. Строить демократию – это значит помогать детям переходить улицу, это значит защищать музеи и милицейские посты от поджогов, это означает бороться с нестабильностью. Это должны осуществить международные войска с мандатом ООН, в которых бок о бок действовали бы американские, британские, европейские солдаты, а также солдаты из неевропейских стран.

Это та цена, которую мы должны заплатить в войне против терроризма. Такова могла бы быть цель политической инициативы, с которой должны были бы сейчас выступить Германия, Франция и Евросоюз, - так считает французский философ Бернар-Анри Леви.

Перевод: Ольга Солонарь, НЕМЕЦКАЯ ВОЛНА

Контекст