1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

История

Бенкендорф - друг не императора, но империи

С графом Александром Бенкендорфом история обошлась не слишком справедливо. В сознании русской интеллигенции он остался лишь главным жандармом России и гонителем Пушкина, хотя был и крупным государственным деятелем.

default

Александр Христофорович Бенкендорф

С графом Александром Христофоровичем Бенкендорфом история обошлась не слишком справедливо. В сознании русской интеллигенции он так и остался главным жандармом России и гонителем Пушкина. Лишь теперь, когда личность Бенкендорфа постепенно начинает очищаться от несправедливых упреков и клеветы, ему позволили покинуть каземат истории, в котором содержались враги русского народа и России.

Происхождение Бенкендорфа

Бенкендорф родился в 1783 году в дворянской семье остзейских немцев. Его отец, генерал от инфантерии, был при императоре Павле военным губернатором Риги. Мать Бенкендорфа, баронесса Шиллинг, была подругой детства императрицы Марии Федоровны, а его бабка со стороны отца была воспитательницей великого князя Александра Павловича, будущего императора Александра Первого.

Бенкендорф воспитывался в модном тогда пансионе иезуитского аббата Николя, в котором довольно поверхностное светское образование получали отпрыски и других известных русских семей, например, Нарышкиных и Орловых. Сразу же по окончании учебы в 1798 году Бенкендорф поступает на военную службу, принимает участие в военных действиях на Кавказе, в сражении при Прейсиш-Эйлау. Во время турецкой кампании в 1809 году Бенкендорф стремительной атакой опрокинул турок, угрожавших тылу русской армии, за что и получил чин генерал-майора. Выдающиеся качества военачальника Бенкендорф проявил и во время войны с Наполеоном.

За боевые заслуги Бенкендорф был награжден двумя орденами Анны второй степени, а за освобождение Голландии от французов – орденами Владимира второй степени и Георгия третьей степени.

Царствование Александра Первого

В 1819 году, еще при императоре Александре Первом, Бенкендорф получает звание царского генерал-адъютанта. Однако особым расположением царя Бенкендорф не пользовался, да и сам он, видимо, тоже особых симпатий к Александру Первому не питал.

Возможно, стремление повысить свою репутацию побудило Бенкендорфа в 1821 году подать Александру Первому две записки: о существовании тайных обществ, в том числе "Союза Благоденствия", и о создании тайной полиции. Государь, однако ходу этим запискам не дал, тем самым не только огорчив своего генерал-адъютанта, но и, в общем-то, сделав возможным восстание декабристов.

Царствование Николая Первого

Положение Бенкендорфа резко изменилось к лучшему с воцарением Николая Первого. Он стал другом императора и одним из самых влиятельных лиц в империи. Еще в декабре 1825 года Николай Первый дал указание своим приближенным составить проекты преобразований тайной полиции. В январе 1826 года Бенкендорф (одним из первых) представил свою написанную по-французски записку, в которой он рекомендует при создании особого ведомства учесть два важных фактора, остававшихся без внимания в прежних тайных службах. По его мнению, следует, во-первых, установить систему строгой централизации и, во-вторых, создать такую организацию, которая внушала бы не только страх, но и уважение.

Третье отделение

Государь благосклонно принял проект Бенкендорфа и в июле 1826 года учредил Третье отделение Собственной Его Императорского Величества канцелярии. Главой этого ведомства был назначен Бенкендорф, остававшийся на этом посту в течение 17 лет. Компетенции нового ведомства были весьма обширны и в силу этого сформулированы не слишком четко.

В апреле 1827 года Николай Первый распоряжается о создании Корпуса жандармов, который становится вооруженной силой Третьего отделения, необходимой для проведения арестов и несения обязанностей "наблюдательной полиции". Командир этого корпуса обладал правами командующего армией.

Leuchtendes Eis

При всех своих недостатках Третье отделение нередко верно смотрело на нужды страны

Возглавляемое Бенкендорфом ведомство, по понятным причинам, особой популярностью среди интеллигенции не пользовалось. Чрезмерная цензурная строгость Бенкендорфа и суровое отношение ко всем, кто казался ему политически опасным, ложились тяжким бременем на духовную жизнь российского общества. Тем не менее, вряд ли соответствует истине расхожее представление о том, что Третье отделение было репрессивным аппаратом, а писатели и журналисты были его жертвами. Благодаря тонкой политике Бенкендорфа с Третьим отделением оказались так или иначе связанными почти все прогрессивные литераторы того времени.

Не только недостатки

При всех своих недостатках Третье отделение нередко верно смотрело на нужды страны. Так, именно Бенкендорф указал на необходимость построить железную дорогу между Москвой и Петербургом, выступил против рекрутских наборов, вызывавших ропот в стране. Бенкендорф рекомендовал приступить к постепенной отмене крепостного права, считая его "пороховой бочкой под государством". Именно Бенкендорф предложил идею строительства бесплатных больниц для чернорабочих.

Николая Первого и Бенкендорфа связывали более теплые чувства, чем просто служебные отношения. Этому способствовал тот факт, что Бенкендорф всегда сопровождал царя в его многочисленных поездках по стране, таким образом у них было много времени для бесед на самые разные темы. Государь любил являться в провинцию без предупреждения, поэтому нередко приходилось ехать без охраны.

Кончина

В 1837 году Бенкендорф серьезно заболел. Государь, иностранные монархи, представители русской знати всячески выражали ему свое сочувствие. Однако за жизнь Бенкендорфа, как свидетельствует барон Корф, тревожились и низшие слом населения, среди которых Бенкендорф был популярен за его любезно-терпеливое отношение к просителям и за помощь в судебных делах. Бенкендорф уезжает на лечение за границу. В 1844 году на пути в Россию Бенкендорф скончался на пароходе, подходившем к Ревелю.

Николай Первый, узнав о кончине того, кого он называл "другом не императора, но империи", произнес свою историческую фразу: "Он ни с кем меня не поссорил, а примирил со многими".

Контекст