1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Беларусь

Белорусский Кельн

В медвежьем углу Островецкого района ютятся Гервяты - маленький европейский островок. Дух заграницы витает здесь у костела Святой Троицы и во французском саду со скульптурами 12 апостолов.

default

Международный характер маленьких Гервят проявляется уже хотя бы в том, что по воскресеньям ксендз Леонид Нестюк ведет службы на белорусском, польском и литовском языках – литовская граница всего в нескольких километрах.

Шпили гервятского костела, одного из самых высоких в Беларуси, видны издалека. По одним источникам их высота 55 метров, по другим – 61. Для белорусского пейзажа храм слишком монументален. Сравнить его можно разве что со знаменитым Кёльнским собором – готическим "лицом" Германии.

"Для человека, видевшего Кёльнский собор, различия, конечно, есть. Неудивительно: это разные эпохи, разный менталитет. Но в целом, европейский дух Гервят чувствуется. Будем считать, что это белорусский Кёльн", - делает допущение известный белорусский экскурсовод Анатолий Варавва.

Загадки готики

Магическое сочетание красного кирпича, побеленных деталей, зубчатых поясов, каменной облицовки и воздушных конструкций… У главного входа в храм нас, словно магнитом, затягивает в замысловатую воронку из наложенных друг на друга стрельчатых арок. Хочется ускорить шаг, чтобы поскорее разгадать загадку: а что внутри?

"Вот эти динамические моменты лежат в основе души готики. Почему они так и действовали мистически на современников, а потом отвергались архитекторами ренессанса", - рассказывает Анатолий Варавва.

Прощальным приветом пламенеющей готики XV столетия называют гервятский костел специалисты. Появление на белорусских землях такого храма стало возможным чуть больше ста лет назад, когда в Российской империи вышел указ о веротерпимости и впервые после восстания 1863 года было позволено вновь строить костелы.

"Что было делать католикам, как не обратиться к тому стилю, который характеризовал самое возвышенное время в истории католицизма – готике, которая символизировала однозначное господство церкви в духовной жизни Европы", - говорит экскурсовод.

Но в Гервятах архитектор Ольшеловский за деньги князя Ольшевского умудрился построить каменный костел вместо деревянного еще до выхода разрешительного указа - к 1903 году!

"До 1905 года возвести такую монументальную постройку было невозможно. Никак иначе, кроме как под ремонт, они не могли начать это строительство", - делает предположение Анатолий Варавва.

Оказывается, в конце XIX века католические общины частенько использовали такую уловку – обращались к властям за разрешением на ремонт храма. А к моменту окончания ремонтных работ выяснялось, что за это время выросло новое здание.

Безымянные могилы – память Первой мировой войны

Еще один немецкий след обнаружился в Гервятах неподалеку от колхозных мастерских, на сельском кладбище. В 1915 году местные жители на повозках свозили сюда со всей округи тела немецких солдат. Сейчас отыскать воинские могилы можно, только если точно знать их месторасположение, говорит журналист Владимир Богданов. Уже несколько лет он ищет по всей Беларуси свидетельства Первой мировой войны.

"Сохранились столбики ограды с 1930-х годов, когда при Польше обустраивали кладбище. По ним военный участок можно примерно вычислить. Остался один общий памятник-обелиск, но он уже без плит, без мемориальных досок".

По версии бабушек, которые сидят на скамейке у костела, имена захороненных с надгробий удалили солдаты немецкого гарнизона, стоявшего в Гервятах в 1942 - 1944 годах. Но, скорее всего, надписи стерло время.

"Там уже прочитать ничего нельзя", - подтверждает Владимир Богданов.

А цветы у обелиска стоят всегда – местное население не делит погибших на "наших" и немцев.

Почему Гервяты круче Кёльна?

Три года назад в Гервятах появился собственный агрогородок, на обустройство которого ушло больше 6 млрд. рублей. А в сельмаге "Янтарный" напротив костела продаются совершенно фантастические тёрки… величиной с ведро. В Кёльне таких днем с огнем не сыщешь.