1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Поиск и архив

Аугсбургское исповедание

default

Установление новой веры происходило далеко не бескровно.

31 октября 1517 года считается началом Реформации. Именно в этот день Мартин Лютер вывесил на вратах дворцовой церкви в Виттенберге свои знаменитые 95 тезисов. Движение получило такой размах, что уже через 13 лет, в 1530 году, последователи Мартина Лютера представили в Аугсбурге императору Карлу Пятому так называемое Аугсбургское исповедание - основные положения лютеранской веры.

21 января 1530 года император Карл Пятый направил послание немецким князьям с предложением о созыве сейма в Аугсбурге, рассчитывая таким образом прекратить междоусобные войны перед лицом турецкой угрозы. Император полагал, что церковное единство можно восстановить лишь в ходе мирных переговоров между католическими и протестантскими участниками сейма. С этой целью император предписал лютеранам составить письменное изложение своего вероисповедания на латинском и немецком языках.

Получив послание императора, написанное в примирительном тоне, самый могущественный протестантский государь, саксонский курфюрст Иоанн пригласил Мартина Лютера, Филиппа Меланхтона и других видных протестантских богословов в Торгау и просил их в недельный срок составить требуемый вероисповедный документ. Протестантские богословы готовились к этому со времени объявления о созыве Аугсбургского сейма, и поэтому изложение основ протестантского вероучения было написано очень быстро.

Взяв с собой "Торгауское вероизложение", курфюрст Иоанн в сопровождении Мартина Лютера и Меланхтона выехал в Аугсбург. Лютер, пребывавший с 1521 года в немилости императора, не мог показаться на сейме и хотел остановиться в Нюрнберге, чтобы быть поблизости от Аугсбурга, но горожане, опасаясь гнева императора, воспротивились этому, и Лютер был вынужден отправиться в саксонский город Кобург. Таким образом протестантские богословы, присутствовавшие на Аугсбургском сейме, имели возможность поддерживать связь с Лютером хотя бы на расстоянии 4-х дневного пути.

Курфюрст Иоанн и сопровождавшие его лица прибыли на сейм 1 мая, император же приехал в Аугсбург лишь 15 июня 1530 года. Все это время Филипп Меланхтон трудился над составлением вероисповедного документа, используя для написания 2-й части имевшееся в его распоряжении «Торгауское вероизложение».

Отредактированный документ Меланхтон отправил в Кобург Лютеру. Сначала Лютер был крайне недоволен тем, что Меланхтон чрезмерно сглаживал разногласия между католическими и протестантскими воззрениями по целому ряду вопросов. Позже, однако, он смягчил свою позицию, хотя в душе по-прежнему не одобрял умеренность Меланхтона по отношению к католикам. Тем не менее, автора Аугсбургского исповедания он напутствовал такими словами: "Христос Господь наш да поможет, чтобы оно дало плод многий и великий, как мы надеемся и молим. Аминь".

Сейм в Аугсбурге был торжественно открыт 20 июня 1530 года. Исповедание было зачитано на заседании сейма на немецком языке. После чтения оба экземпляра Исповедания, на латинском и немецком языках, были вручены императору, выразившему свое сожаление по поводу незнания немецкого языка. Вскоре этот документ завоевал в протестантской среде самый высокий авторитет, получив общепризнанное название "Аугсбургского исповедания" (Confessio Augustana), и стал приобретать постепенно характер символической книги лютеранства.

Ознакомившись с содержанием Аугсбургского исповедания по латинскому тексту, император Карл Пятый приказал католическим богословам составить критический разбор его содержания. В конечном варианте "Опровержение Аугсбургского исповедания" составило 12 листов. Причём в этом документе выражалось согласие со многими положениями Аугсбургского исповедания. Исключение составляла точка зрения на покаяние, на значение заслуг в деле спасения (оправдания) и призывание святых.

Документ был зачитан на заседании сейма, и император признал его содержание вполне достаточным для того, чтобы считать Аугсбургское исповедание опровергнутым, с чем, естественно, не согласились протестанты. На их взгляд, оно "так твердо основано на слове Божием и вечной истине, что с ним они готовы с дерзновением и уверенностью предстать на Страшном суде".

Аугсбургский сейм завершился фактическим объявлением войны протестантам, поскольку император заявил, что если они не примут решения сейма, то немедленно будут приняты меры к уничтожению реформационного движения. Для лютеран такой поворот событий не был большой неожиданностью. В сущности, Лютер предвидел это еще во время своего пребывания в Кобурге. В своём письме в Аугсбург он писал: "Если из-за этого произойдет война, ну и пусть начнется война; довольно мы молились и хлопотали".

Между тем, лютеранское учение распространялось: "католические князья, умирая, освобождают места для наследников-протестантов; города один за другим принимают новую веру; ходит даже слух, что будто Кельнский архиепископ хочет свой диоцез обратить к лютеранству", – писал историк Бэрд.

В сентябре 1530 года Меланхтон покинул Аугсбург, но при отъезде ему удалось получить текст "Опровержения" и другие полемические труды католических богословов, участвовавших в работе сейма. С этого времени Меланхтон в течение нескольких месяцев работал над "Апологией" (защитой) Аугсбургского исповедания. Тон "Апологии" более резкий, поскольку Меланхтон уже потерял надежду на примирение с католиками. По мнению лютеранских богословов, символическое значение "Апологии" заключается в систематическом изложении лютеранской догматики, в частности, учения об оправдании одной верой.

Кроме того, по своему содержанию "Апология" находится в "неразрывной связи с Аугсбургским исповеданием; к важнейшим членам последнего она образует как бы богословско-научные комментарии".

Первая часть Аугсбургского исповедания содержит 21 статью. Особый интерес представляет собой 4-ая статья ("Об оправдании"). В ней говорится, что "прощения грехов и оправдания перед Богом мы можем достичь не посредством наших заслуг, трудов и богоугодных дел. Более того, мы получаем прощение грехов и становимся оправданными перед Богом по милости Его ради Христа посредством веры, то есть, если мы веруем, что Христос пострадал за нас, чтобы ради Него было даровано прощение грехов, оправдание и жизнь вечная. Эту веру Бог рассматривает как правду, действующую перед Ним, и считает ее таковой, как говорит апостол Павел в Послании к Римлянам".

Именно против лютеранского учения об оправдании одной верой и была направлена основная критика со стороны католических (и православных) богословов. При этом не следует забывать, что Аугсбургское исповедание не является полным изложением всех аспектов христианской веры и что уже поэтому оно не дает ответа на все вопросы. Его следует читать в контексте других лютеранских символических книг.

Своё мнение по вопросу об оправдании одной верой "ранний" Лютер изложил в труде "О свободе христианина" в 1520 году. "Вера сама по себе так могущественна, – писал Лютер, – что никакие добрые дела не могут с ней сравняться ... Итак, достаточно христианину одной веры, не нужны ему дела, чтобы оправдаться. Раз не нужны ему дела, раз он безусловно освобожден от всех предписании и велений, то он безусловно и свободен. Вот что является христианской свободой: она в одной лишь вере; это не значит, что мы можем творить зло или что должны бездействовать, но что мы не нуждаемся в делах, чтобы спастись".

После изложения этих довольно спорных положений Лютер пространно разъясняет значение добрых дел в жизни христианина, но в такой неоднозначной форме, что впоследствии его противники обвиняли лютеран в том, что они отвергают необходимость совершения добрых дел в повседневной практике.

Шестая статья Аугсбургского исповедания ("О новом послушании") более определенно излагает взгляд лютеран на необходимость добрых дел для спасения: "Вера должна порождать добрые плоды и добрые дела; и нужно делать много добрых дел, как заповедал Господь, потому что Он этого желает. Но нельзя полагаться на то, что посредством их можно заслужить милость перед Богом, поскольку прощения грехов и оправдания мы достигаем только верой во Христа, как Он Сам говорит: "Когда исполните все повеленное вам, говорите: мы рабы ничего не стоящие, потому что сделали, что должны были сделать".

И, наконец, в 20-й главе Аугсбургского исповедания ("О вере и добрых делах") можно найти частичное объяснение того, что именно подразумевали под добрыми делами богословы Римско-католической Церкви и их оппоненты в 16 столетии. Здесь лютеране отвергают несправедливые упреки в том, что они якобы запрещают делать добрые дела. Напротив, они проповедуют истинно христианский образ жизни и предписывают верующим помогать своим ближним. Далее приводится перечень тех предписаний Римско-католической Церкви (молитвы по четкам, почитание святых, монашеская жизнь, паломничество, уставы о посте и прочее), которые, по мнению лютеран, вытеснили истинное доброделание из сознания простых верующих.

Далее говорится о необходимости сочетать веру и добрые дела для спасения христианина: "Наши дела не могут примирить нас с Богом и принести нам благодать, но то и другое происходит только через веру, если человек верует, что грехи нам прощаются ради Христа; Он один является Посредником, чтобы примирить нас с Отцом. Тот, кто думает достичь этого через собственное делание и тем самым достичь благодати, презирает Христа и ищет собственную дорогу к Богу, которая противоречит Евангелию".

Таким образом лютеране приближались к учению древней неразделенной Церкви. Но в процессе полемики они стали подвергать критике такие существенные установления древней Церкви, как почитание святых, монашество, соблюдение постов.

Несмотря на содержавшиеся в Аугсбургском исповедании отличия от вероучения Римско-католической Церкви, возможности для восстановления единства между участниками Аугсбургского сейма оставались открытыми. Меланхтон опасался , что, "пожалуй, иные будут смущены нашей откровенностью". Поэтому, как писал один исследователь, "вероучение в той форме, как оно представлено здесь (в Аугсбургском исповедании), оказывается еще произведением живого духа Римско-католической Церкви, так что оно не выходит даже за пределы этой Церкви".

Богословы Римско-католической Церкви не могли игнорировать протестантское учение об оправдании одной верой, Оно было рассмотрено на Тридентском соборе в 1546 году. Собор постановил, что началом оправдания служит милосердие Иисуса Христа, даруемое Им безо всякой заслуги человека, который может лишь принять или отвергнуть его, так что, в конечном итоге, его спасение зависит от него самого; что при помощи своей веры, раскаяния, принятия благих решений, умерщвления плоти, повиновения церковному руководству, добрых дел всякий верующий может надеяться на спасение, но никто не может быть в нем уверен; что смертный грех влечет за собой потерю помилования, хотя бы вера и оставалась искренней.

Некоторые из этих положений противоречили лютеранскому учению. Позже они были подтверждены и разъяснены дополнительно 33-ю канонами, в которые была включена анафема всем, противящимся католическому учению, что упрочило разделение Лютеранской и Римско-католической Церквей.

Аугсбургскому исповеданию было суждено стать основной символической книгой Евангелическо-Лютеранской Церкви, и оно на протяжении нескольких столетий было предметом самого тщательного изучения для богословов различных конфессий.