1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Культура и стиль жизни

Александр Сокуров: "Мы обязаны быть деликатными по отношению к Украине"

Первый из врученных на фестивале в Венеции призов - приз Союза кинокритиков Европы и Средиземноморья - получил фильм Александра Сокурова "Франкофония". DW встретилась с режиссером.

За день до того, как станут известны все лауреаты кинофестиваля в Венеции, Союз кинокритиков Европы и Средиземноморья FEDEORA уже объявил первого победителя. Им стал фильм Александра Сокурова "Франкофония". Это документально-игровая лента о том, как француз, директор Лувра, и немец, присланный надзирать за музеем из нацистской Германии, делают то, чего не ожидают от них их режимы: они спасают коллекцию Лувра. Корреспондент DW Анастасия Буцко еще в канун премьеры "Франкофонии" на Венецианском кинофестивале встретилась с Александром Сокуровым.

DW: Александр Николаевич, вы сказали, что с тревогой ожидаете реакции на "Франкофонию" в России. Почему? Потому что Германия не предстает в этом фильме в чистом образе врага?

- Честно говоря, я уже не испытываю тревоги по этому поводу, поскольку более чем уверен, что фильм этот в России показываться не будет. Происходит настолько серьезная политическая обработка населения, что произведения, у которых нет агрессивного политического контекста, населению неинтересны по определению.

Александр Сокуров во интервью с DW, Петербург, 28 августа 2015

Александр Сокуров во интервью с DW, Петербург, 28 августа 2015

Что касается Германии, то это единственная страна, которая в состоянии настолько меняться и при этом не приобретать в результате перемен радикальный и агрессивный, слишком динамичный для цивилизации темп. И это единственная страна на европейском континенте, которая умеет извлекать уроки из истории.

- Вы сказали, что многое узнали об устройстве нацистского режима, что вас удивило...

- Ну, например, для меня стало неожиданностью, что при формировании той части войск, которые были введены на территорию Франции, в офицерском составе были сплошь люди, которые прекрасно знали французский язык и французскую культуру и входили туда не врагами, а исполняя некую военную повинность. Собственно, фильм о том, что гуманитарные интересы выше интересов политических.

Во время съемок фильма Франкофония в Лувре

Во время съемок фильма "Франкофония" в Лувре

-Вы как-то заметили, что шансы на "очеловечивание" российской политики минимальны. Боюсь, что с тех пор эти шансы не повысились. Что должно произойти, чтобы люди, еще раз процитирую вас, перестали "приводить к власти латентных или уже состоявшихся мерзавцев"?

- Все зависит от уровня цивилизованности общества и народа. Мы страдаем от того, что уровень цивилизованности народа в самом широком смысле этого слова очень низок. Надежд на то, чтобы просвещение и просвещенность играли определенную роль при формировании облика народа и нации, очень мало. А если учесть, что в России идет жесточайшая политическая борьба…

- Между кем и кем?

- Между правящей элитой и частью образованных и просвещенных людей, которые не согласны с происходящим. Но таких людей очень мало. И круг их не расширяется, поскольку культурный уровень молодежи крайне низок. Он и в Германии не слишком высокий, как мне показалось. Мало кто вообще из молодежи читал Гете. Для меня как для человека, который вырос на немецкой литературе и культуре, это немыслимо. Порежьте меня на куски, оторвите мне голову, – она все равно что-то будет вспоминать про Германию.

Кадр из фильма Франкофония.Граф Меттерних (второй слева) встречается с Жаком Жужаром (справа)

Кадр из фильма "Франкофония".Граф Меттерних (второй слева) встречается с Жаком Жужаром (справа)

- Режиссера Олега Сенцова приговорили к 20 годам строгого режима. Вы – один из немногих деятелей культуры, кто возвысил голос по данному поводу.

- Среди моих коллег-кинорежиссеров многие присоединились к этим протестам. Но мы понимаем прекрасно, что, во-первых, мы защищаем не кинематографиста Сенцова, а молодого человека, который совершал политические действия. Как режиссер он еще не состоялся. Сейчас его имя в политическом смысле много выше, чем его профессиональные и прочие умения. Мы прекрасно понимаем, что это абсолютно политическая коллизия и проблема одного звонка.

- Вам кажется, что этот звонок может состояться?

- Я уверен, что в конечном итоге Сенцов не будет сидеть эти двадцать лет. Возможно, в его освобождении сыграют какую-то роль и наши протесты, официальные и неофициальные.

- В интернете большой популярностью пользуется ролик, где вы в интервью 2008 года предсказываете "большую войну с Украиной". Вас даже провозгласили "русским Нострадамусом". Что вам дало такую уверенность?

- У меня не было никаких сомнений, что это будет именно так. Это зрело, в первую очередь, внутри украинского народа. Российские политики цеплялись за Украину как могли: за любую цену продавали этот несчастный газ, давали любые кредиты. Но этого не нужно было украинской стороне. Я всегда и везде много лет видел раздраженные реакции моих украинских коллег и граждан этой страны на соседство с Россией как таковое. Они мне очень часто говорили: "Нам надоела ваша русская экспансия, надоело соседство с Россией. Мы устали от вас!"

- Зная украинскую историю, можно это понять.

- Ну, пожалуйста! Но я отвечал: "А вам что: Господь приготовил другого соседа? Вам надо совершенствовать свою собственную культуру, структуру своего государства и приводить к власти умных политиков. Тогда у вас будут шансы построить свою страну!"

Но, конечно, Украине это сделать сложно, потому что в России существует абсолютно запредельная по абсурду идея, что русские и украинцы – это один народ. Русская настырность и глупость здесь демонстрируются самым ярким образом.

Контекст

Представьте себе, что у вас есть соседи и вы вдруг начинаете объявлять этих соседей своими братом и сестрой. "С какой стати? - говорят соседи. - Мы просто соседи!" - "Нет! Мы живем тридцать лет на одной лестничной площадке, мы уже родственники, брат и сестра!" Это просто абсурд, политическое дурновкусие в конце концов. Надо на культуру смотреть: культуры разные, и они развиваются по-разному. Мы обязаны быть деликатными по отношению к Украине. Украина – это другое государство.

- Церковь тоже активно заходит на территорию, которая не является исконно церковной. На вашей работе вы это ощущаете?

- Я - нет, но, к большому сожалению, религия является той почвой, на которой развивается всякий экстремизм и терроризм. Прекращение усилий государств по светскости – это большое преступление политиков. Преступлением российских политиков является также то, что они используют для своих целей православную церковь. А православная церковь больна давними своими болезнями. Она не представляет себе жизнь вне бюрократии: государственных денег, субсидий, автомобилей, госохраны и так далее. Она все время пытается обслуживать государство и управлять страной.