1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Политика и общество

Александр Рар: На саммите G-8 Путин сыграл на опережение

Главным сюрпризом встречи "большой восьмерки" стало предложение Владимира Путина о совместном с США использовании РЛС в Азербайджане, считает немецкий эксперт, побывавший в Хайлигендамме в дни саммита.

default

Президент России Владимир Путин

Alexander Rahr DGAP Berlin Politologe

Александр Рар

Неожиданный стратегический ход российского лидера в Хайлигендамме в интервью DW-WORLD.DE прокомментировал Александр Рар (Alexander Rahr), руководитель программ для России и СНГ Центра имени Кёрбера Немецкого общества внешней политики (DGAP).

DW-WORLD.DE: Господин Рар, как изменились, на ваш взгляд, отношения России и Запада после саммита в Хайлигендамме?

Александр Рар: Об этом пока рано говорить, но, по всей видимости, Путин возвращается к своей начальной позиции, которую он занимал семь лет назад, когда только пришел к власти. Она состоит в том, что Россия должна объединиться с Западом в общее экономическое и оборонное пространство. Он обратился к Америке с предложением совместно разрабатывать элементы ракетной обороны на Кавказе. Я думаю, тем самым Путин поворачивает в сторону позиции, которую он занимал в 2001-2002 годах.

- Как вы оцениваете предложение российского президента по поводу размещения системы ПРО на территории Азербайджана?

- С одной стороны, это очень умелый и хитрый пиаровский ход. С другой стороны, если он будет реализован, то это абсолютно уместный и адекватный шаг. Факт остается фактом - в Азербайджане радары для локации возможных взлетов вражеских ракет в сторону Америки или России ставить более целесообразно, чем в Чехии, тем более, что там есть бывшая советская установка, которая была сооружена в 1980 году. Ее можно модифицировать.

Таким образом, своим аргументом, что от Ирана нужно обороняться не в центре Европы, Путин выбил у Буша почву из-под ног. Американцам будет очень трудно аргументировать создание баз системы противоракетной обороны в Чехии и Польше, в то время как Путин им конкретно предлагает ее поставить прямо у границ Ирана.

Вместе с тем, в этом предложении есть и определенные "но". Во первых, Путин позиционирует себя сторонником Запада, и его заявления могут очень сильно испортить отношения Москвы с Тегераном. В Хайлигендамме он впервые выступил с заявлением, что в отношении Ирана, может быть, следует предпринять какие-либо действия. Этого Россия раньше не делала. Возможно, это поможет сблизить позиции с Западом в атомном споре с Ираном.

Второй очень важный момент состоит в том, что Путин сыграл на опережение. Эту азербайджанскую станцию ему все равно бы пришлось отдать после вступления Азербайджана в НАТО. Как известно, это абсолютно реальный вариант развития событий: американцы хотели и хотят расширить НАТО за счет Азербайджана, Грузии и Украины. Поэтому российский президент опередил эти события и создал прочную почву для дальнейшего сотрудничества с Америкой именно в той стране, которая наиболее проблематично могла бы оказаться между двумя фронтами – между Россией и Америкой.

Но в то же время я подчеркиваю, что при определенном раскладе сил Путин и так бы лишился этой станции. Поэтому отдать ее сейчас на 50 процентов американцам не так уж страшно. Однако в России его, безусловно, могут обвинить в том, что он предает российские интересы.

- Вы были в Хайлигендамме в дни саммита. Каковы ваши личные впечатления от этого мероприятия?

- Думаю, каждому полезно побывать на такого рода мероприятии и увидеть диссонанс во всей его атмосфере. С одной стороны, самые могущественные лидеры земного шара сидят и решают судьбу планеты, но делают это в абсолютном оцеплении, в такой обороне, которую себе трудно представить.

Это двойное шоу, после которого сразу возникает вопрос, зачем вообще на нескольких квадратных метрах проводить саммиты, когда вокруг на сотни километров закрыты дороги и протестуют люди, которые стараются попасть на закрытую территорию замка на воздушных шарах и моторных лодках. А этот маленький клочок земли защищает армия бундесвера.

Когда своими глазами видишь, насколько мощное это движение антиглобалистов, то понимаешь, что в мире есть и другой потенциал.

Контекст