1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Поиск и архив

Авраам: завет с праведником

В своей работе «Еврейство и христианский вопрос» Владимир Соловьев пишет: "Союзный договор или завет Бога с Израилем составляет средоточие еврейской религии. Явление единственное во всемирной истории, ибо ни у какого другого народа религия не принимала этой формы союза или завета между Богом и человеком как двумя существами, хотя и неравносильными, но нравственно однородными... Сильный Бог избирает себе сильного человека, который мог бы бороться с Ним; самосущий Бог открывается только самосознательной личности. Бог святой соединяется только с человеком, ищущим святости и способным к деятельному нравственному подвигу".

Таким именно человеком и был праотец Авраам. И Библия, и последующая еврейская традиция выделяют как основное в его личности праведность. Мудрецы говорят: Десять поколений прошли от Ноя до Авраама, и ни к одному человеку не обратился Господь благословенный напрямую. Словно сказал Он Аврааму: десять поколений искал Я такого праведника, как ты!

Существуют легенды об испытаниях Авраама, которым подверглась его вера в единого Бога, прежде чем Господь заключил с ним завет. Это произошло в родном городе Авраама Уре Халдейском в Месопотамии, где, по преданию, Авраам был едва ли не единственным, отрицавшим идолопоклонство. Даже отец его, Фарра (Терах), не составлял исключения. Поэтому первые слова Бога, обращенные к Аврааму, таковы: «...Пойди из земли твоей, от родства твоего и из дома отца твоего в землю, которую Я укажу тебе». Библия не приводит ответа Авраама, там лишь говорится: «И пошёл Авраам, как сказал ему Господь». А ведь к тому времени ему было уже 75 лет.

Авраам ведет с собой группу единомышленников: жену Сарру, племянника Лота и нескольких людей, убежденных Авраамом и Саррой в истинности единобожия. Земля, которую Господь указал странникам, оказалась Ханааном, впоследствии ставшим Землей Израиля. Впоследствии - и вследствие, так как обещание Господа Аврааму в заключенном с ним завете - это именно обещание земли: «Потомству твоему даю я землю сию, от реки Египетской до великой реки, реки Евфрата». Потомство же Аврааму, бездетному к моменту выхода из Ура, обещано бессчетное, как песок морской или звезды на небе. И хотя, по словам Господа, потомкам Авраама предстоит 400 лет порабощения в чужом краю, они, в конце концов, должны возвратиться в землю, обещанную им через Авраама.

Однако каждый союз, в том числе и завет, предусматривает обязательства для обеих сторон. Поэтому к Аврааму и его будущим потомкам выдвинуто требование: «Да будет у вас обрезан весь мужеский пол... и сие будет знамением завета между Мною и вами». Господь требует не столько телесного отличия потомков Авраама от других народов, сколько памяти самого народа о Завете, о передаваемом из поколения в поколение обещании хранить верность единому Богу, "ибо Я избрал его (Авраама) для того, чтобы он заповедал сынам своим и дому своему после себя, ходить путем Господним, творя правду и суд". В этом и заключается суть избранничества Авраама, а символом этого избранничества является Завет. Тут можно вспомнить, что великий еврейский мудрец 2 века рабби Акива рассматривал «Песнь песней» как аллегорию любви между общиной Израилевой и Господом.

99-летний Авраам, у которого по-прежнему нет наследника от Сарры, не сомневается в том, что Господь выполнит своё обещание. Со своей стороны, он выполняет поставленное условие и совершает обряд обрезания себя и всех мужчин в доме. При чтении Библии создаётся впечатление, что Авраам полностью покорен воле Бога и что лишь в этой безропотности и состоит его заслуга: «Авраам поверил Господу, и Он вменил ему это в праведность». Но уже из следующего эпизода видно, что, если речь идет о других людях, праведность Авраама перестает быть пассивной.

Авраама посещают три гостя. (Еврейские комментаторы Писания склонны видеть в них ангелов). Через них Авраам узнает, что города Содом и Гоморра, населенные грешниками, должны быть разрушены, так как чаша Господнего терпения переполнилась. В этот момент Авраам обращается к Богу сам, и слова его напоминают вызов: "Неужели Ты погубишь праведного с нечестивым? Может быть, есть в этом городе пятьдесят праведников? Неужели Ты погубишь, и не пощадишь места сего ради пятидесяти праведников в нем?.. .Судия всей земли поступит ли неправосудно?" Бог обещает Аврааму не уничтожать Содом и Гоморру, если в них действительно найдется 50 праведников. Аврааму удается уговорить Господа пощадить Содом и Гоморру даже ради десяти праведников. Характерно, что в разговоре с Богом он вовсе не упоминает своего племянника Лота, живущего в Содоме, то есть не добивается ничего ни для себя, ни для своих близких. Надо думать, что печальная слава Содома и Гоморры, чей "грех тяжел весьма", известна и Аврааму, и просит он, по сути, не за праведников (мало вероятно, что они там есть), а просто за людей, которым грозит гибель.

В хасидском фольклоре есть притча о «праведнике в шубе», то есть человеке, который ни разу не нарушил заповеди Торы, но и ничем иным, кроме личного нравственного совершенствования, не занимался. Иное дело праведник, который в холод не надевает шубу, а разводит огонь, у которого вместе с ним могут греться другие. Поэтому в Ное, которого Библия прямо называет праведником, традиция усматривает пример «праведника в шубе»: предупрежденный о потопе и получивший указания построить ковчег, Ной не пытается выйти за рамки предписаний и попробовать спасти кого-нибудь, кроме собственной семьи. Авраам же - человек, к которому приложимо понятие «украшение заповеди»: он не просто буквально выполняет предписания, но и выходит за рамки собственного, пусть и прекрасного, морального мира, выходит навстречу другим людям. И хотя в Содоме и Гоморре не нашлось и пяти праведников, ангел Господень спасает Лота и его семью, потому что, видимо, даже для Господа послужили уроком слова Авраама о том, что божественная справедливость должна быть абсолютной. Часть комментаторов даже считает, что извещение Авраама о готовящейся гибели Содома и Гоморры было испытанием преданности Авраама не только Богу, но и людям.

Однако на этом испытания Авраама не закончились. В возрасте ста лет он, наконец, дождался наследника - Исаака, о котором Господь говорил, что он станет первым звеном воплощения Завета, дав начало бесконечной цепочке потомков Авраама. «И было, после сих происшествий Бог испытывал Авраама и сказал ему: возьми сына твоего, единственного твоего, которого ты любишь, Исаака; и пойди в землю Мориа и там принеси его во всесожжение на одной из гор, о которой Я скажу тебе». И вновь, как когда-то, Авраам отвечает не словом, а действием.

«Авраам встал рано утром, оседлал осла своего, взял с собою Исаака, сына своего; наколол дров для всесожжения и встав пошел на место, о котором сказал ему Бог». Боровшийся за жизнь грешников Содома, Авраам на сей раз не спорит с Богом, который словно решил отнять у него не просто сына, но и надежду на осуществление Завета в поколениях. Призывавший ранее Бога быть справедливым судией, теперь Авраам не напоминает Ему об обещании многочисленного, как звезды, потомства. Это столь же трудно поддаётся объяснению, как и настойчивость Бога в испытывании Авраама. В Мидраше - древнем комментарии на Писание - приводятся слова рабби Йонатана: Горшечник не проверяет надтреснутые горшки, по которым достаточно раз ударить, и они сломаются. А проверяет он прочные горшки, которые не сломаются и после нескольких ударов. Так же и Господь, да будет Он благословен, испытывает не грешников, но праведников. К этому можно добавить высказывание Нахманида, также считавшего, что испытания предназначены для праведников: «Все описанные в Торе испытания предназначались к пользе испытуемого».

Однако Авраам, направлявшийся с Исааком к месту жертвоприношения, вряд ли мог ощущатъ, что всё происходящее - к его же пользе, особенно в минуту, когда Исаак спросил: «Вот огонь и дрова, где же агнец для всесожжения?» Читая Библию, мы можем лишь догадываться, надежда ли, ужас ли признания страшной правды или просто жалость к сыну двигали отцом, когда вместо прямого ответа он сказал: «Бог усмотрит Себе агнца для всесожжения, сын мой». И в самом деле, когда Исаак уже лежит связанным на жертвеннике и Авраам заносит над ним нож, ангел останавливает его руку, и Авраам видит запутавшегося рогами в кустарнике барана, который и был принесён в жертву вместо Исаака.

В бараний рог, шофар, трубят в синагоге в период между новолетьем и Днем искупления, и тогда же читают историю испытания Авраама. Народ Израиля надеется, что за заслуги праведника и родоначальника Авраама всей общине Израилевой будут отпущены грехи, и она сможет вступить обновленной в новый годовой цикл, как обновленными спустились с горы Мориа Авраам и Исаак. В еврейской традиции испытание на горе Мориа получило название акедат Ицхак, то есть связывание, а не жертвоприношение Исаака. И если Исаак был оставлен в живых, то у народа Израиля остается надежда, что продолжение его существования входит в замысел Всевышнего, заключившего с Авраамом завет, касающийся и его потомков

Каково же вознаграждение за безграничную преданность Авраама Богу? "Теперь я знаю", - говорит Господь, - "что боишься ты Бога и не пожалел сына своего, единственного своего, для Меня".

Комментаторы спрашивают: неужто Господь всеведущий не знал, как поведет себя Авраам? Дело в том, что награда за добродетельный поступок больше, чем за добродетельность как таковую. Награда Авраама состоит в том, что, как пишет Исаак Арама, рассказ о его испытании записан в Торе и таким образом делает крепость веры Аараама известной всему человечеству, а не только Господу. В глазах каждого читателя этого рассказа Авраам становится таким, каким он с самого начала был для Всевышнего, обещавшего: «Я произведу от тебя великий народ, и благословлю тебя, и возвеличу имя твое, и будешь ты благословением; Я благословлю благословляющих тебя, а злословящих тебя прокляну; и благословятся в тебе все племена земные».