1. Inhalt
  2. Navigation
  3. Weitere Inhalte
  4. Metanavigation
  5. Suche
  6. Choose from 30 Languages

Суть дела

Авиакатастрофа на Львовском авиашоу

29.07.2002

Естественно, главной темой и в понедельник оставалась авиакатастрофа, произошедшая в субботу во Львове и ставшая причиной гибели уже 83 человек, в том числе 19 детей. Более ста человек ранены. Это самая массовая - по числу жертв на земле - трагедия в истории авиации - люди погибли, или получили ожоги и ранения в результате того, что военный самолёт Су27, выполнявший показательную программу, врезался в толпу зрителей. Как заявил Президент Украины Кучма, прежде всего, необходимо оказать помощь семьям пострадавших, но главная задача сейчас - разобраться в причинах катастрофы.

Видимо с целью продемонстрировать свою решимость, власти не только отстранили от должностей ряд высших военных руководителей, но и арестовали некоторых из них, хотя постоянно подчёркивается, что причины катастрофы будут известны только после анализа записей, сделанных бортовыми самописцами.

«Пока нельзя сказать, что произошло, кто виноват - пилот или техника», - сказал нашему корреспонденту один из военных.

Полковник Василькевич, с удовольствием наблюдавший за ходом воздушного праздника, пережив эту катастрофу, печально констатировал: зачем нужны все эти военно-воздушные шоу, когда армия не в состоянии их проводить. Аналогичного мнения придерживается и Манфред Опель, военный эксперт социал-демократов Германии. В интервью одной из немецких газет Опель подчеркнул, что если бы там, во Львове, действовали правила, существующие в Германии, катастрофы не произошло бы. Конечно, говорит Манфред Опель, после трагедии такого масштаба необходимо ещё и ещё раз подумать о смысле этой эквилибристики. Однако, после того как в Германии, в Рамштайне в 1989 году произошла аналогичная катастрофа, в ФРГ были введены существенные ограничения на проведение подобных показательных выступлений - 430 метров до зрителей и высота пролёта не менее 70 метров. Этого оказалось вполне достаточно для предотвращения новых трагедий.

Украинское руководство ввело, однако, запреты не только на проведение подобных военных шоу, но и вообще на полёты всех военных самолётов, кроме тех, что находятся на боевом дежурстве. О чём это говорит? Спросил наш коллега Захар Бутырский у Вадима Гречанинова, генерал-майора авиации, экс-советника президента Украины по военным вопросам. Прежде всего, говорит Гречанинов, нужно понимать следующее:

«Во-первых. Это – комплекс, комплекс мер, которых, к сожалению, не достает в нашем государстве для того, чтобы обеспечить такие шоу. И то, что президент принял решение на будущее не проводить их, - это, на данном этапе, как я думаю, верно. Надо было раньше принять такое решение, когда устрашающе над Крещатиком пролетали на параде «Мария» и другие самолеты. В принципе, никому не нужна демонстрация такой силы, когда все знают истинную слабость армии и ее проблемы. Показуха просто ни к чему. Одна из причин происшедшего – безответственность. Показуха, которую мы привыкли в последнее время демонстрировать».

Причины бедственного положения украинской армии генерал-майор Гречанинов видит, прежде всего, в следующем:

«В последние годы, данные о состоянии армии нашей, в том числе и авиации, базировались на необъективных докладах министра, руководства страны. Говорилось, что у нас из года в год повышается боевая готовность, которая на самом деле падала, потому что не было средств и по многим другим причинам. То состояние, в котором находятся летчики – элитные части, говорит уже о многом. А хотелось бы, чтобы чиновники, которые определяют и бюджет и все остальное, хотя бы приблизительно представляли суть этих вопросов. На протяжении последних лет у нас было безответственное отношение к сохранению авиации. В начале 90-х годов у нас было полторы тысячи боевых самолетов. Большой процент этих самолетов был четвертого поколения, как тот самолет, который разбился СУ-27. Сейчас мы с трудом можем найти 300 самолетов. Причем половина из них летать не может. Но в тоже время, у нас 3500 танков, которые в современных условиях могут вообще не применяться в бою, потому что будущая война – это война, в которой участвует авиация, ракеты, мобильные войска. А почему у нас создалось такое положение? Потому что, с одной стороны, министр –танкист, а с другой стороны отсутствие гражданского контроля со стороны власти. Я не ратую за то, что было во времена СССР. Это было бы анахронизмом. Но партийный контроль со стороны коммунистической партии, со стороны органов был очень действенным. Сегодня у нас такого контроля абсолютно нет. Все пущено на самотек. Это вопиющий пример: летчики не летают. Два года назад министр обороны сказал откровенно, что наше харьковское авиационное училище, единственное в стране, выпускает летчиков, которые ни разу не летали. Потребовалось вмешательство президента, чтобы там что-то изменилось».

В украинской армии и в авиации происходило немало катастроф, но, как говорит генерал Гречанинов:

«При анализе таких катастроф боролись две стороны: одна сторона защищала готовность матчасти, то есть непосредственно военной техники, а вторая доказывала невиновность пилотов. Между ними всегда шла борьба. Потому что, если отказала техника, то виноваты одни – конструкторы, а если виноват пилот, то виновата летная подготовка, командиры. Но в данном случае вплетается еще одна проблема – это гибель невинных людей, гражданских лиц, не имеющих никакого отношения ни к материальной части, ни к летному составу».

С тем, что причина нынешней трагедии не только в матчасти, и не только в пилотах согласен и Леонид Поляков, эксперт Центра экономических и политических исследований имени Разумкова:

«У нас не понимают, что посты командующего и министра обороны не обязательно должны совмещаться в одном лице. Пускай командующим ВС будет авторитетный генерал, а вот министром – гражданское лицо, которому народ доверил легитимное право осуществлять руководство. Только представители политических сил, получившие мандат народного доверия, имеют право руководить Вооружёнными силами, потому что Вооружённые силы – зона повышенного риска и повышенной ответственности. К великому сожалению, наши политики пока не спешили брать на себя ответственность. А это – принципиальный момент, который и привел к ситуации, когда гибнут люди. Люди гибнут уже регулярно. И в Броварах, и над Чёрным морем, и во Львове. И здесь уже нужна не терапия, а хирургия. Нужно радикально сокращать Вооружённые силы и радикально повышать качество их финансирования. Сегодня мы остались без ВВС, некого назначать командующим, потому что за каждым из преемников тоже тянется свой шлейф – либо чрезвычайных происшествий, либо злоупотребления спиртными напитками. Лётчиков у нас тоже не осталось. У нас многие майоры-лётчики ни разу не садились на боевой самолёт, поднимались только на учебных. Это всё очень похоже на правду. Квалифицированно пилотировать самолёт могут разве что военнослужащие уровня подполковника-полковника. Из них наберётся разве что одна военно-воздушная бригада. Так давайте назначим одного генерала на все ВВС командующим этой бригады, соберём всех квалифицированных лётчиков и пускай это будут нормальные военно-воздушные силы, а не такие, как у нас сейчас. И пусть заботятся о безопасности полётов. Что же у нас получалось до сих пор? Политическое руководство было либо пассивным, либо конфликтовало с военным».

Наш московский корреспондент Анатолий Даценко связался с создателями самолёта, попавшего в катастрофу.

Директор по связям с общественностью КБ Сухого Юрий Черваков в беседе с корреспондентом «Немецкой волны» не стал давать излишне резких, по его словам, оценок львовской трагедии. Он полагает, что самолеты подобного типа за более чем 15 лет службы в воздушных частях СССР, а затем России и стран СНГ, зарекомендовали себя как очень надежные машины, оснащенные к тому же несколькими противоаварийными системами. Российский специалист отказался комментировать «скользкую» тему украинской бедности, в результате которой на Украине из двух старых самолетов давно уже научились лепить один новый. И в России и на Украине есть достаточно военно-воздушных подразделений, укомплектованных и новой и старой и техникой. О техническом состоянии самолета может судить только специальная экспертная комиссия, после детального расследования. Специалисты нашего КБ после просмотра видеопленки львовской трагедии склоняются к версии, что причина происшедшего – человеческий фактор. Во всем мире к организации подобных авиашоу предъявляются чрезвычайно жесткие требования, а во Львове мы увидели явные нарушения «нижней кромки полетов». «В целом у нас не появилось вопросов относительно технического состояния самолета, а вот о недостатках в организации авиашоу все мы подумали».

«Черт его знает», - ответил собеседник на вопрос, почему аварии и с военными и с гражданскими самолетами во всем мире участились в последнее время. Российский специалист согласен, что в России и в странах СНГ по бедности порой не хватает денег на новые самолеты и новые детали к старым машинам, однако один за другим падают и произведения летного искусства ведущих западных фирм, у которых нет дефицита новых машин и запчастей для старых машин. Самое странное в том, что во многих случаях причиной трагедии становится именно человеческий фактор.